– А Семья наверняка потратилась на твое обучение – презрительно сказал Артур.

– Да. Я буду отдавать долг понемногу. Уже начал – согласился Ежи. У меня, кстати, тоже два голоса. Я подмастерье - наставник, подмастерье - преподаватель математики для групп «D-G».

– Дааа, наставники почти всегда голосуют – включилась в разговор Вика.

– Мы отвечаем за будущие поколения – без пафоса, даже с какой-то обреченностью сказал Ёжик.

– А я - семейный врач, пока ученица – рассказала себе Вика. Я про этот ваш закон вообще впервые слышу. В моем информационном поле это не появлялось. А если бы и появилось – мне это не интересно. Я бы и участвовать не стала в референдуме. Тем более что там не только галочку поставить надо, а еще и аргументацию свою написать, почему именно так голосуешь. Я в прошлый раз, когда решался вопрос о стипендии для начинающих врачей, замучилась изучать тему.

– А как же рейтинг? Он же понизится, если игнорировать приглашение без причины – удивился я.

– Да ладно, что там с одного голосования! – отмахнулась Вика.

– Да не скажи… – вмешался Матиас – у меня приятель как-то раз не появился на референдуме, и балл ему скинули. А у него был пограничный рейтинг, откатился в другую страту, пришлось съезжать из Зеленого района.

– Собственно, поэтому и находятся желающие уйти бенефициарами в феоды – предположил я. Жить под хозяином в чем-то проще. Ни голосовать не нужно, тем более с аргументами, ни учиться-развиваться постоянно.

– Да, намного проще, на самом деле – подхватил мысль Ёжик. Думать почти не надо, делай, что сказали, главное, как следует, и все будет хорошо. Если только хозяин вменяемый, то все нормально. Многое от сеньора зависит.

– Вот именно! – горячо согласился Артур. Думать и решать должны те, кому это дано! Я вообще не понимаю, зачем подопечных спрашивать, они обычно сами не знают, что хотят. Поэтому я и не понимаю, зачем этот новый законопроект!

– Ну, для таких, как я, наверное, – грустно улыбнулся Ежи, – которые хотят самостоятельно решать, чем им заниматься. Да, так вот, – вернулся он своей теме – если бенефициары не захотят заключать договор с одним наследником, бенефактор может поискать другого. Или узнать, чем людей не устраивает потомок, и подучить его чему-нибудь полезному. Может быть, после этого его и примут.

– А если нет? Если не получится найти того, с кем люди захотят перезаключить договор? Все налаженное хозяйство развалится! Подданные заберут свою собственность и свои права обратно себе, и домен исчезнет как политическое и экономическое единство – возмутился Артур.

– Ну да, пожал плечами Ёжик. – Все имеет начало и конец. Что поделать.

Возникла пауза.

– Там, кажется, еще Правитель может кого-то предложить на замену – неожиданно показала свою осведомленность Люси.

Артур злился. Ему, похоже, совершенно не нравилась идея, что он не сможет стать властителем феода просто так, по праву рождения. И теперь, если примут мамин закон, ему придется доказывать свою компетентность и зависеть от мнения «холопов».

Какое-то время мы ехали молча. Поля и перелески за окном перемежались домиками. Проехали какой-то полуразрушенный населенный пункт, где контролеры присматривали за роботами, разбирающими здания.

– Уже почти все снесли и вычистили – глядя в окно, отметила Таня. – Тут было много разваливающихся домов, оставшихся с прошлого века. У меня родственники нанимались на разборку пустых городских районов.

– Мои знакомые тоже ездили – добавил Матти. – На севере много пустых городов. Много полезных материалов оттуда идет: и бетон в переработку, и металлы. Старый пластик тоже придумали, как использовать. Я – геолог-эколог, кстати.

– А я – робототехник – наконец, и Люси рассказала о себе.

За окном мелькали темно-зеленые сосны и нежно-салатовые березы.

– Давайте откроем окна? – предложила Вика. – Там такая красота!

Мы согласились. В машине сразу запахло лесом и весной.

– Какая здесь все-таки роскошная природа! – восхитилась Вика. – Как я люблю наши места… И море, и лес, и архитектурные памятники в столице и окрестностях… Есть где побродить, полюбоваться…

– У нас в имении… – начал было Артур, но машина стала плавно тормозить, и он замолчал на полуслове.

– Кажется, мы уже приехали – констатировала Таня.

– Прошу на выход – снова принялся командовать Артур.

Немин читал лекцию очень энергично: ходил туда-сюда вдоль демонстрационного экрана и жестикулировал. Светозара внимательно слушала и с восторгом смотрела на Аристарха. Тема была интересная, да и в мужчине девушке нравилось все: и то, как он говорил, и то, как он выглядел… У Немина была отличная подтянутая фигура и густые русые волосы, которые он иногда небрежным жестом откидывал со лба. Прожитые полсотни лет практически не сказались на внешности мужчины, лишь несколько едва наметившихся мимических морщин и седые пряди на висках. В общем, не только Света не сводила глаз с преподавателя, другие девушки тоже поглядывали с интересом.

Аристарх обратился к студентам:

– Как вы думаете, чем современные люди больше всего отличаются от людей прошлого? Например, возьмем сегодняшних граждан нашей страны и сравним их… со среднестатистическими жителями любого государства 21 века. Речь идет о психологическом портрете. В чем основное отличие?

– Мы стремимся к развитию? – предположила худенькая брюнетка, сидевшая у окна.

– Это верно, Тильда, но многие люди прошлого тоже совершенствовались. Иначе бы нас с вами сейчас здесь не было, как вы понимаете – возразил преподаватель.

– Ну да, исчезли бы в кризисе реальности… – тихонечко согласился парень в другой части аудитории.

– Мы делимся на страты? – неуверенно выдвинул свою версию студент с длинной фиолетовой шевелюрой.

– Речь идет именно о психологических различиях! – подчеркнул преподаватель. – И, конечно же, социальные группы всегда существовали – решил пояснить Немин. От древних шумеров и по сей день, иногда явно, иногда скрыто люди распределялись на сословия по происхождению и роду занятий. Например, конфуцианские Ши, Нун, Гун, Шан в древнем Китае – буквально: служилые, земледельцы, ремесленники и купцы… Или древнеиндийская система... В ней каждый принадлежал к определенной варне. Брахманы – жрецы, учёные. Кшатрии – воины, правители. Вайшьи – земледельцы, ремесленники, торговцы. Шудры – слуги, наёмные рабочие. Кстати, кто знает, чем наша система страт отличается от индийских варн?

– У индусов варна определялась по родителям, а у нас для этого есть Видящие. Ведь в семье может появиться ребенок с совершенно другой душой. Не такой, как у папы или мамы! – громко и эмоционально сказала круглолицая кареглазая брюнетка.

– Раиса, тип души ребенка чаще всего совпадает с типом души одного из родителей – не согласился преподаватель. – Потом, правда, может измениться… И в древней Индии как раз тоже были Видящие…

Преподаватель задумался, повернулся к окну и начал рассказывать немного напевным голосом:

– Однажды Сатьякама Джабала обратился к своей матери Джабале: "Мать, я хочу вести жизнь ученика. Из какой же я семьи?" Она сказала ему: "Я не знаю, дитя, из какой ты семьи. В юности, когда я зачала тебя, я была служанкой, очень занятой, и вот не знаю, из какой ты семьи? Но мое имя – Джабала, твое имя – Сатьякама. Называй же себя Сатьякама Джабала". И, придя к Харидрумате Гаутаме, он сказал ему: "Я хочу жить учеником у тебя, почтенный, Могу ли я приблизиться к почтенному?" Тот сказал ему: "Дорогой! Из какой же ты семьи?" Он сказал: "Я не знаю, господин, из какой я семьи. Я спросил мать, и она ответила мне: "В юности, когда я зачала тебя, я была служанкой, очень занятой, и вот не знаю, из какой ты семьи. Но мое имя – Джабала, твое имя – Сатьякама". Поэтому я – Сатьякама Джабала, господин". Тот сказал ему: "Не брахман, не мог бы так объяснить. Принеси жертвенное топливо, дорогой, – я посвящу тебя в ученики. Ты не удалился от истины".