— Ого! — уважительно произнёс Марк. — Лихо ты! Ну вот и меня она пожелала проверить. Тем более что я не с Ищущим магом прибыл, а с начальником приюта. Ну я и запустил огненный столб в камин. Как сегодня. Там и так огонь горел, так что ничего особо не изменилось. Но проверку я прошёл, и меня зачислили в Семинарию! Кстати, деканша произнесла что-то вроде: «Сколько, интересно, ещё в Арвегском приюте юных дарований?» и «Вот Сарах лопух! Такой Дар проглядел!». После чего написала что-то на пергаменте и передала его Кисару, велев зайти с ним в расчётный дом Семинарии к казначею. Тот взял протянутый пергамент, вчитался в написанное и, заулыбавшись, бережно его свернул и убрал в нагрудный карман. После чего долго благодарил деканшу за щедрость и осыпал её комплиментами. Даже предложил пойти посидеть с ним в ближайший трактир и «оценить букет лучшего физарского вина»! Но она, конечно же, отказалась, сославшись на «огромный объём работы».

— Кстати, да! — задумчиво проговорил Арон, заметив в рассказе приятеля одну нестыковку. — А как Ищущий-то тебя проглядел? Вас же проверяли на наличие Дара. Помнишь, ты мне сам рассказывал об этом в приютской столовой? В тот вечер, перед тем как я уехал.

— Помню, — ответил Марк. — Ищущий действительно нас проверял. Старался у нас эмоции вызвать. Про родителей тогда меня спрашивал.

Парень задумался, стараясь вспомнить тот вечер.

— Только я вот, помню, почти его не слушал. Всё о тебе думал. Радовался, что ты магом станешь, и грустил, что уедешь. Вот. Может, поэтому проверка и не сработала? Ну или Дара у меня тогда ещё не было?

— Не думаю, — сказал Арон, стараясь нащупать суть. — Полагаю, тут дело в другом, — произнёс он спустя несколько ударов сердца. — Мне кажется, Марк, что ты очень спокойный и рассудительный. А главное, ты хорошо умеешь контролировать свои эмоции и не поддаваться их порывам. Ты всегда мыслишь здраво, с некой, не знаю, как сказать…

Арон снова задумался.

— С некой отстранённостью. С холодной, трезвой головой. Во!

— Ну ты и загнул! — Марк повеселел. — Впрочем, ты прав, — произнёс он уже серьёзнее, немного подумав. — Меня так отец всю жизнь учил. Говорил, мол: «Всегда держи свои эмоции при себе и не позволяй сердцу взять верх над разумом! Контролируй свои эмоции, мысли, желания и действия». Вот. Ну я и привык мыслить не сердцем, а головой.

— Теперь понятно, почему Ищущий с тобой облажался. Ох и влетит ему, кстати, за это…

Арон немного погрустнел.

— Жаль. Хороший он человек! Многому меня научил. Надеюсь, не сильно его накажут за недогляд.

Марк, заметив, что друг понурил голову, решил его подбодрить:

— А ещё нас от ворот столичной станции Небесных странников до самой двери деканата двое легионеров в красных плащах провожали! Представляешь? — восторженно произнёс он. — Первый легион! Гордость Физарии! Помнишь, как мечтал до него дослужиться, Арон, когда ещё у тебя Дар не открылся?

— Ага. Ой, тут такое было! — припомнил светловолосый парнишка, услышав о первом легионе. — Ты же пропустил праздник!

— Праздник? Это по случаю начала сезона дождей и нового учебного года?

— Именно! Так вот, первый легион, Гордость Физарии то бишь, целый военный парад устроил!

Арон поведал другу о праздничной церемонии, прошедшей на основной арене Семинарии. Теперь уже Марк заворожённо слушал его рассказ: про торжественное появление самого Императора Физарской империи Зилата и его обращение к подданным, про могущественную магию огня, с помощью которой тот призвал феникса, про красочное представление магов воды и парад первого легиона, про появление страшного сурга и его покушение на самого Императора.

— Да! Про это я слышал! — перебил повествование друга Марк. — У нас, в Арвеге, пошли слухи, мол, Император переполнен праведным гневом и не оставит это без ответа! Поговаривают, что уже готовится новый поход на север. Карательный поход! Что, мол, пленных приказано не брать, а убивать всех сургов, которые встретятся, и жечь их поселения!

— Ничего себе! — удивился Арон. — А что обычные люди по этому поводу думают? Им-то эта война зачем? На них-то сурги давно уже не нападали!

— В точку! — заметил Марк. — Люди не хотят новой войны! Какой смысл зазря отдавать свои жизни на дальнем севере? Да и захвата новых земель не предвидится. Кому нужны эти заснеженные скалы, где почти ничего не растёт? Только сурги там прожить и могут. Для них, с их густым мехом, там раздолье! А вот люди никогда в тех краях по собственной воле не поселятся. Выжить в столь суровом, холодном климате для человека практически невозможно!

— Угу, — буркнул Арон. — Да и опасно воевать на чужой территории…

Парень вспомнил рассказ Сараха про засады и ловушки хитроумных сургов, а также про их Снежных колдуний и оборотней. И поделился этим с Марком.

— Во-во! — поддакнул тот. — А больше всего, мне кажется, войне будут недовольны в северных землях империи — на севере Залирии, Сурдина и Бреара. Ведь с Сургаром, то бишь с королевством сургов, у нас сейчас был негласный мир. Конечно, никаких официальных договоров империя с нелюдью никогда не заключала, тем более мирных. Но, по сути, ни мы к ним, ни они к нам уже очень давно не лезли. Мне отец рассказывал. Ну, бывали вроде как небольшие стычки, но это больше так, для порядка. Легионные учения на вражеской территории. Чтоб не забывали солдаты, с какой стороны за меч браться нужно! А полномасштабных столкновений и сражений не было давненько. А вот теперь, когда мы на них карательной войной пойдём, миру точно конец наступит. Как бы простым жителям тех земель из-за столь дерзкого решения Императора не прилетело!

— А отец твой откуда про это мог знать? — удивлённо спросил Арон у друга. — Вы же в Тантире жили.

— Не знаю, — пробормотал Марк. — Порой я и сам удивлялся его осведомлённости. Хотя он же был торговцем! Много кого встречал, со многими общался. Оттуда, наверное, и познания.

Марк пожал плечами и перевёл взгляд на огонь.

Арон ничего не ответил.

«Многовато он всё-таки знал для обычного торговца…» — мелькнуло у паренька в голове.

Друзья сидели в гостиной у камина и никак не могли наговориться. Несмотря на то, что с их расставания прошло не больше двух седмиц, у них было много тем, которые хотелось обсудить.

Арону, прожившему всю свою жизнь в приюте Арвеги, где всё было очень однообразно и скучно, вообще казалось, что с момента его отъезда в Семинарию с ним произошло столько разных интересных событий, сколько не происходило за все прошлые годы.

— Так вот, — продолжал свой рассказ парнишка, — оказывается, в библиотеке Семинарии есть не только основное хранилище с книгами и свитками! Под читальным залом расположена ещё как минимум одна подземная секция со стеллажами, заваленными различными знаниями! И там можно отыскать практически всё! От секретиков и уловок Духовенства, применяемых всякими дипломатами и имперскими чиновниками, до секретных сведений самой Инквизиции!

Арон на всякий случай перешёл на шёпот.

— Я там одну книжонку отыскал! Странную-престранную! — еле слышно проговорил он, подсев поближе к Марку, чтобы тот мог его расслышать. — На вид она — тяжеленный, здоровый талмуд, а берёшь её в руки — лёгкая, как небольшая стопка листов пергамента! И обложка у неё необычная какая-то. Уж чересчур замысловатая. Но самое интересное — это язык, на котором эта книга написана! Я как её открыл, взглянул на строчки, так ничего разобрать и не смог. А потом как зазвучит у меня в голове всякая тарабарщина! «Тангар, перкал, баркал-шмангал», не помню! Непонятно ничего, в общем! Одно-единственное слово разобрал толком. Амарис. Не знаешь, случайно, что это такое?

— Амарис? — переспросил Марк. — Ну, на амари похоже. Нелюдь ушастая из Потаённого леса.

— Вот и я так подумал, но, сдаётся мне, что не про это там написано было! Я будто чувствую, что в другом тут дело! Хотя и амари эти, вполне возможно, как-то с этим связаны.