– Мы в порядке, – произнесла Эльза с демонстративным спокойствием, хоть я и чувствовал, как её колотит.

Жандарм ещё раз поклонился и бросился к своим людям, один из которых озаботился вызовом подкрепления для транспортировки грабителей. Я же повернулся к Эльзе, взял её под локоток – и потянул её дальше по набережной.

– Ты как?

– Я… – она сглотнула. – Я в порядке. Всё было очень быстро, Лекс. Очень. Я даже испугаться не успела…

– Это хорошо, – я улыбнулся. – Незачем портить хороший день столь неприятным инцидентом. Как насчёт того, чтобы отыскать ещё одного торговца кукурузой?..

Остатки вечера пролетели, как миг, а в экипаже по пути к Первой Академии мы молчали. Эльза переваривала случившееся, прижимая к груди букет порядком истрепавшихся за день ирисов, а я размышлял обо всём том, что увидел сегодня.

«Сант‑Море – крупный, богатый город. И это не помешало банде каких‑то отморозков следить за нами от самого банка, на глазах у сотен и сотен жандармов. И огнестрел… будь на моём месте кто‑то другой, то и вечер мог бы закончиться совсем иначе. Готовность черни убивать аристократов – это звоночек. И звоночек не самый приятный, коли ты находишься по другую сторону баррикад».

Мы вышли у ворот Академии, где я расплатился с кучером и, вновь взяв Эльзу под локоток, повёл её в сторону женского общежития.

– Лекс, – Эльза остановилась на границе парка и площади, потянув меня за край пиджака. – Я хочу… кое‑что сказать. Пока мы не дошли.

Я развернулся к ней, окинув аристократку взглядом сверху донизу. Она выглядела бледной и напряжённой – состояние, противоположное тому, которое ожидаешь увидеть после хорошего дня, проведённого вместе.

– Я слушаю, Эльза, – я ободряюще улыбнулся, мельком убедившись в том, что поблизости нет ни студентов, ни охраны, ни персонала академии.

– Я хотела… В общем… – Эльза втянула воздух носом, сжав кулачки, – В общем, ты должен знать о том, что я общаюсь с тобой, ну… – она запнулась, поджав губы, но налилась упрямством и продолжила. – Не из‑за статуса. Не потому, что ты «будущий столп», и не потому, что на тебя император внимание обратил. Мне… честно, мне страшно, что кто‑то решит, будто отец мне приказал с тобой сблизиться. Или ты сам подумаешь, что это я сама ищу выгоду…

– Эльза…

– Нет, дай договорить, – она упрямо мотнула головой, задрав её и поймав мой взгляд. – Хоть я и «бесприданница», даже помолвки ранней недостойная, но я никогда не была охотницей за деньгами или титулами. Я… – Эльза сбилась на полуслове, не справилась с эмоциями и продолжила на полтона тише, – я же на тебя посмотрела ещё «до» всего этого, правда? До твоей славы, до…

Я чуть подался вперёд, опустив руки на плечи девушки и слегка её встряхнув.

«Она так отчаянно ищет оправдания. Ищет что‑то, что могло бы послужить аргументом для неё самой. Эльза Шталь – и неуверенность. Это… наивно и мило».

– Эльза, послушай меня. Во‑первых, – я легонько щёлкнул её по носу, за который она тут же возмущённо схватилась, – я прекрасно помню тот вечер и ту ночь в лесу, когда я всё ещё был просто Лександром, титул и положение которого – пустая формальность. Там у меня не было ничего кроме собственного имени, и, тем не менее, ты уже начала за мной присматривать. Я это запомнил, и я это ценю. А во‑вторых, я твою искренность прекрасно вижу. И твои сомнения тоже…

– Пф‑ф, – Эльза фыркнула, уткнувшись лбом мне в грудь и не дав договорить до конца. – Ты дурак, Лекс. Ты же даже не знаешь всего. Не знаешь, что матушка чуть ли не приказала мне «развивать успех», гордая тем, что ты меня выделяешь. Что в нашем кругу многие уже шепчутся обо мне нелестно. Что даже Вик… – она замолчала на секунду, – даже он всерьёз спрашивал, уверена ли я, что это того стоит. Даже этот деревянный, ленивый идиот!..

Я медленно выдохнул, осмысливая её слова. Плечи Эльзы всё ещё подрагивали, а она сама не стала ни на йоту более уверенной, чем в начале этого разговора.

– Значит, и Виктор тоже хорош, – произнёс я негромко, коснувшись её волос. – Стоило догадаться, что без его ехидных комментариев не обойдётся. Но, знаешь… независимо от того, что и кто говорил, говорит и будет говорить, я тебе верю. Как и ты поверила мне, а не отправила нарезать круги по парку просто из‑за моего прошлого…

– Ты слишком собран, Лекс, – она задрала голову, поймав мой взгляд и прижавшись виском к ладони. – Почему ты всегда ведёшь себя так, словно у тебя в голове аналитический механизм встроен? Пф‑ф…

Фыркнула она скорее от растерянности, чем от недовольства.

– И этот человек ещё смотрел на меня как на пустое место в том купе, – продолжила девушка, поджав губы. – Я и правда тогда была так плоха?

Я хмыкнул:

– Я не смотрел на тебя как на пустое место, Эльза. Просто я был слишком занят тем, чтобы не умереть от похмелья и того факта, что мне нужно как‑то подготовиться к экзамену за сутки.

Эльза издала то ли смешок, то ли возмущённый выдох, и стукнула меня обеими кулачками в грудь, вцепившись в полы пиджака. А потом замерла.

Вокруг было достаточно тихо, чтобы ничего не мешало и не провоцировало лишние мысли. Я посмотрел в большие, кажущиеся почти чёрными глаза, плавно опустив руки с плеч девушки на её талию. Замер, отслеживая реакцию, но сделал это зря – Эльза не стала ни смущаться, ни негодовать. Лишь потянулась вперёд, встав на носочки.

Намёк был понят, и я наклонился, мягко, но настойчиво прижавшись своими губами к её. Короткий, почти невесомый поцелуй, кажется, подействовал на девушку лучше всяких слов.

Эльза замерла на секунду, распахнув глаза, а спустя миг выдохнула мне в губы и ответила – неумело, но с завидным упрямством и присущим ей напором. Её ладони на моей груди сжали ткань, а она сама подалась вперёд так сильно, словно решила меня повалить на землю.

Мы отпрянули друг от друга спустя несколько секунд. Я выпрямился, поймав съехавшую шляпку аристократки, а Эльза прижала ладонь к своим губам, глядя на меня с выражением, которое в её исполнении видеть было дозволено не всем – радость пополам с облегчением и изумлением.

Она словно до сих пор не до конца поверила в то, что всё происходит на самом деле.

– Теперь‑то всё встало на свои места? – бросил я тихо, улыбнувшись. – Потому что более веских доказательств я предложить не могу, Эльза. Кроме, разве что, сеанса профессиональной демагогии…

Пф‑ф, – девушка фыркнула возмущённо и одновременно как‑то совсем нежно. – Как у тебя всё просто, Лекс. Просто взял – и поцеловал. Даже не спросил…

– Ты сама тянулась, – заметил я, улыбнувшись.

– Я не… – Эльза запнулась, покраснела и резко отвернулась, подняв ещё более истрёпанный букет к груди. – Ладно, допустим. Чуть‑чуть тянулась. Но ты всё равно дурак.

– Согласен, – я кивнул, не решившись спорить, и приобнял её со спины. – Но дурак честный и искренний. Вам с собой завернуть, или не будете брать?

– Посмотрим, – Эльза повернулась, бросила на меня тёплый взгляд и шагнула в сторону общежития. – Проводишь до дверей?

– С радостью…

От края парка до женского крыла было совсем близко, так что вскоре Эльза, напоследок мне улыбнувшись, скрылась за порогом общежития.

Я постоял так ещё несколько секунд, после чего развернулся и поспешил раствориться в тенях, прерывая теперь уже лишнюю материализацию, и открывая аккуратную дырочку в пиджаке – почти напротив сердца.

Сунул руку в карман, достал сплющенную пулю, покрутил её меж пальцев и цокнул языком – так самоуверенные идиоты и умирают, собственно. Отклонение в сантиметр, и пуля спокойно прошла мимо ленты ртути, а перехватить я её успел только за счёт «нательного доспеха».

«Пойди всё чуточку иначе, и мне, в отсутствие в этом мире магии исцеления, было бы сейчас очень грустно».

Я не стал поднимать шум при Эльзе. Зачем? Чтобы ещё сильнее её напугать? Чтобы она полночи не спала, прокручивая в голове то, как её кавалера могли убить из‑за пачки ассигнаций?

В этом просто не было смысла, с какой стороны ни посмотри. Поэтому я изящно замаскировал свою оплошность – благо, в полумраке идеального попадания в тон и текстуру повреждённой одежды не требовалось.