Ира была слишком занятой и слишком самодостаточной, чтобы ещё и собаку себе заводить. Вот кота бы она завела! И хотела. Большого и толстого. Который бы стал для неё средоточием всех её собственных слабостей. Наипервейшей из которых была любовь к сгущенному молоку. Вот уж в чём Ира была постоянна, так в этой любви! И если мужчины, наряды, подруги, менялись. То молоко оставалось всегда неизменным. В жестяной баночке с надписью ГОСТ. Им Ирина утешалась после очередного расставания с мужчиной. Им же она поздравляла себя с повышением. В него Ирина влюбилась впервые, ещё в раннем детстве. И с тех пор её чувство к нему не прошло.

Ира выбрала блузку с прозрачными вставками. Вот чего ей не хватало, так это нарядов! Ведь дома, увы, не походишь ни на каблуках, ни в ветреных офисных платьицах. И весь гардероб, на который потратила премию, псу под хвост. Только и оставалось, что наряжаться на «зум» и ходить за продуктами не в спортивных штанах, как любила обычно, а в платьях, как будто идёт в ресторан.

Как-то раз к ней пристал охранник в супермаркете. Улыбнулся и дверь придержал. На обратном пути предложил познакомиться.

— Ира! — сказала она, пряча банку сгущёнки в большой непрозрачный пакет.

— Любишь сладкое? — выпятив грудь колесом, подмигнул ей мужчина. На вид ему было лет сорок. А может, и больше того. На правой руке нет кольца. И взгляд чрезмерно голодный. И работает он здесь не просто от нечего делать. А, видимо, мутит с кассиршей? И точно!

Стоило Ире лишь пару минут постоять в поле зрения кассы, как одна из девчонок, с эмблемой сети, стала злобно коситься на них.

— Извините, мне пора. Кот не кормлен, — сказала Ирина.

Охранник «лизнул» её взглядом. Отметил красивую пышную грудь, что виднелась в разрезе.

— А где же корм для кота? Ты его, что ли сгущёнкой кормишь? — хмыкнул он, глядя на Ирин пакет. И считая их разницу в возрасте поводом «тыкать».

Ирина пожала плечами:

— А что? Он у меня сладкоежка.

— Как и его хозяйка? — пропел мужичок.

Кассирша пробила товар, умудряясь при этом следить за ним взглядом. Видно было, как злость закипает в глазах!

— Ну, так что, телефончик оставишь? Зайду, познакомлюсь с котом.

— Ой, он злой у меня! — поделилась Ирина, — Одному кавалеру вцепился в мошонку, так еле спасли.

— Да ты чё? — вскинул брови охранник.

— Ага, — заключила она, — Так что вы не рискуйте. Тем более, вам бы самому выйти сухим из воды.

Она подмигнула, кивнув на кассиршу, которая, судя по взгляду, готова была растерзать…

В блузке и трусиках Ира смотрелась комично. Но повод обязывал. Сев за компьютерный стол и поправив жабо на груди, она подключилась к рабочему чату. В возникающих сбоку окошках, один за другим появлялись коллеги.

— Добрый день! — помахала начальник отдела финансов.

— Девочки, доброе утро всем! — поздоровался их программист.

— Приветствую всех и каждого! — весело вспыхнул экран у главбуха.

И уже не Ириша. Ирина! Куратор отдела закупок со стороны бухгалтерии, произнесла деловито:

— А где же Руслан?

— А Руслан уже здесь! — подключился «продажник».

Все были в сборе. И рабочий день начался.

Первое время, когда похудела и «стала красивой», Ириша ударилась в гул. Так сказала ей мать, видя дочь каждый раз с новым парнем. А Ириша и впрямь ожидала, что этот — уж точно, «тот самый»! Но каждый раз обжигалась, поняв, что не тот. С Валерой у них завязалось надолго. Срослось. Они повстречались неделю, затем переспали. А съехались месяц спустя.

Жили весело, дружно. Почти не ругались. Но было одно незаметное «но». Валера был крупным мужчиной, тридцати шести лет. С одной стороны хорошо! Рядом с ним Ира впервые себя ощущала Дюймовочкой. Валера носил на руках, в прямом смысле слова. И трахал так, как никто до него. Вот только…

Он ел слишком много! А вместе с ним ела Ира. Она не могла удержаться, не есть, когда вечером Варик готовил картошку. Он жарил её так красиво и долго, после мазал сметаной, затем отрезал ломоть хлеба, огромный, и клал на него кусок сала размером с себя.

Ира ела и знала, что будет толстеть. Что уже потолстела на пять килограммов! А дальше будет ещё хуже. Валера любил повторять:

— Хорошей женщины должно быть много!

Или ещё одно, из любимых:

— Мужики — не собаки, на кости не бросаются.

И с одной стороны хорошо! Бодипозитив был на уровне. Сам он качался, не слишком старательно, правда. Так что пузо росло, но почему-то не так быстро, как рос Иркин зад. Тот раздался на пару размеров. И, поняв, что пути назад нет, Ира села на диету сама, и посадила Валеру.

Валера противился, злился. Приходя домой, первым делом лез в холодильник. И только учуяв с порога пары сельдерея, выходил из себя.

— Я что козёл, чтобы жрать эту гадость? — бросал он ложку, попробовав суп.

— Это диета такая, малыш, — пыталась Ирина его убедить. Брала за руку, снова вручала ему ложку. И призывала попробовать, — Послезавтра будет коричневый рис.

— Это чё за херня? — напрягался Валера. Он привык, что рис должен быть белым. Желательно с мясом. А тут…

— Это очень полезно! — восклицала Ириша, посыпала его порцию зеленью, перцем. Стараясь хоть как-то украсить её.

— Дай хлеба, а? — канючил Валера, — Я не могу это жрать без хлеба!

— Малыш, ну, нельзя! Тогда всё насмарку, — противилась Ира, — Зато будешь стройным, красивым.

— А щас я урод? — он смотрел на неё исподлобья. Ире самой до безумия претил отвратнейший суп. Ей хотелось картошки и сала! Сгущёнки с батоном. Хотелось нормально пожрать, не поесть. Но диета сулила значительный минус за пару недель. А весы говорили: здоровье дороже привычек.

Валера ушёл. Стало невыносимо. Она перестала его возбуждать. Точнее, он перестал возбуждаться. Говорил: «Без еды секса нет». А Ириша хотела любви, в том числе и телесной! К тому же, тело её обрело очертания прежних, утраченных форм, и пылало желанием, несмотря на физический голод.

С тех пор прошёл год, и Валера звонил регулярно. Предлагая им снова сойтись. И теперь позвонил. Когда Ира шагала на своём тренажёре под музыку. Она сделала звук телевизора тише. Нажала на кнопку:

— Алло!

— Ириша, сладкая моя! Рад тебя слышать! — начал елейничать Вэл.

— Привет, ты по делу? — спросила она, запыхавшись, убавила шаг и провела полотенцем по взмокшим от пота плечам.

— А чего, тебе теперь по делу только звонить? Ты типа у нас деловая? — издевательски выдавил он.

— Валер! Не нуди. Ты не вовремя просто, — сказала Ириша.

Он усмехнулся:

— А чем занята?

Она задышала, опять набирая усиленный темп:

— Догадайся! — предложила ему.

— Сексом, что ли? — отозвался Валера на том конце провода.

— Почти угадал, — съязвила она.

— Мастурбируешь? — хмыкнул он.

— Фу, Валер!

— А чего? Ты же на удалёнке, небось? И ни с кем не встречаешься?

Его осведомлённость слегка испугала Ирину. И она уточнила:

— Откуда ты знаешь?

— Что на удалёнке? Или что ни с кем? — расслабленно выдохнул он.

— И то, и другое!

— Не важно.

Валера опять позвонил с предложением. Было понятно уже с первых фраз. Он всегда предлагал ей заняться любовью. Хотя бы! Не то, чтобы съехаться, но просто встречаться для секса.

— Ведь нам было так хорошо? Ну, Ириш! — промычал, спустя пару минут.

— Было, да! Ну, и что? — деловито ответила Ира.

— Ну, и что? Тебе лучше одной, чем со мной? — удивился Валера.

— Валер, я одна вешу меньше, — не без гордости выдала Ира, взглянув на себя сверху вниз.

Она и впрямь похудела и стала чувствовать себя значительно лучше, несмотря на отсутствие секса. Который с лихвой компенсировал возобновившийся мужской интерес к её скромной персоне. И понимание того, что любой из этих мужчин может быть ею захвачен, вселял ощущение лёгкости.

«Вот сброшу ещё пару кило, и отвечу Володе взаимностью», — размышляла она, интригуя айтишника Вову привычкой снабжать сообщения в чате зазывными смайлами, вроде сердечка, или накрашенных губ.