— Ну! И чего?

— И чего? И того! У собаки теперь несварение, у меня нервный срыв. Мы ругаемся с ним по сто раз на дню.

— С кем? С Лордом? — спросила Ириша. Так звали собаку подруги.

— С Маратом! — ответила Люся.

— По поводу? — хмыкнула Ира.

— Да по любому, Ир! Он обленился в конец. И посуду не моет, и жрёт, как свинья. После него весь стол в крошках. Ну, я говорю: «Тебе что, протереть тряпочкой трудно? Взял, намочил и протёр».

— А он что?

— А он мычит только: «Бэ, мэ!».

— Говорить разучился? — хихикнула Ира.

— Ну, типа того! Разучился всему. Превращается в обезьяну. Только и видно его на диване. Пультом тык-тык. Футбол включит и пялится! Пиво дудолит. Пердит и рыгает.

— О, господи! Фу! — не сдержалась Ириша.

— Ну, а я о чём? — ощущая поддержку, Люсьен замолчала.

Ира подставила руку под голову. И, вытянув ногу вверх, подумала, стоит ли бриться?

— А раньше он не пердел, не рыгал? Сам готовил и сам мыл посуду? — предположила она.

— Раньше…, - вздохнула на том конце провода Люся, — Раньше тоже пердел и рыгал! Но не в таких же количествах? Утром мы завтракали, потом успевали соскучиться друг по другу. А вечером вместе смотрели кино.

— Ну, так и сейчас посмотрите! Что вам мешает?

— Не хочу я смотреть с ним кино! Не хочу я лежать на диване. Мне тесно! Мне нечем дышать, понимаешь? В четырёх стенах. Оказывается, в нашей квартире вообще недостаточно места, — ответила Люся, — Вообще!

— Ну, так выйди на улицу? Тебе для чего нужен пёс? — подсказала Ириша.

— Ну, так я выхожу! — Люся фыркнула, — Бедный Лордик, — последовал вздох, — Все лапы в мозолях уже от прогулок.

— Вам надо вторую собаку себе завести. Одну тебе, а вторую Марату.

— Ага! Чтобы я убирала за ними двумя? — озадачилась Люся, — Нет уж, спасибо!

— Тогда разъезжайтесь, — сказала Ирина.

— Не знаю, — внезапно Люсьен стала очень серьёзной, — Обидно, Ириш! Ведь мы жили нормально? Уже третий год, как нормально живём. А тут на тебе! Долбанный вирус.

«Да, уж», — подумала Ира, — «Ведь и мы с Валероном на третий год разбежались». И что за цифра такая? Как в книге Бегбедера «Любовь живёт три года». Прочитав эту книгу, Ириша плевалась! Мужики придумали миф, чтобы дольше трёх лет с одной бабой не жить. А оказалось, что в этом есть доля правды…

— Наверное, этот вирус придумали специально, чтобы вас с Маратиком испытать, — произнесла она версию.

Люся в ответ усмехнулась:

— Ага! Только нас? Я думаю, много таких испытуемых будет.

— Воспринимай это, как эксперимент. Пандемия когда-нибудь кончится и всё вернётся на круги своя, — философски заметила Ира.

— Твои слова да божечке в ушки, — пропела подруга, — Ну, ладно, Ириш! Я пошла. А то Лордик уже все кусты обоссал.

— Ты звони, я на связи, — ответила Ира. И, оставшись одна, опрокинулась на спину.

«Как хорошо», — понимающе выдохнул мозг. И никто не пердит! И никто не мешает. И посуду не пачкает, и унитаз. Правда, услышав о Лорде, она озадачилась тем, что её одиночество слишком уж абсолютное. Нет, собачницей Ира никогда не была! Ведь это требует вечной готовности выйти на улицу: в дождь ли, в снег — всё равно. А вот кошку себе завести вполне можно.

Она подтянула к себе ноутбук. Набрала в поисковике: «Купить котёнка…». И с головой окунулась в бескрайний поток объявлений. Британцы и персы, сиамские, сфинксы, и просто безродные. На кого можно глаз положить, если каждый настолько хорош, что охота их всех завести и присвоить?

Насмотревшись мимишных котов, она выбрала несколько. Пушистый сибирский, при одном взгляде на которого можно было умереть от восторга. Британец, с висячими ушками и взглядом, способным влюбить! Чёрно-белый, как будто в носочках. И рыжий в полосочку, что лежал, демонстрируя брюшко.

«Что делаешь?», — написал Михаил.

Ира хитро улыбнулась:

«Кота выбираю».

«???», — прислал он ей.

«Решила кота завести», — написала Ириша.

«Хорошее решение. Я тоже котов обожаю!», — поддержал стоматолог.

В ответ Ира выслала фото котов:

«Какого бы взял?».

Он долго смотрел, а затем написал:

«Взял бы рыжего. Рыжих люблю! И котов и людей. Почему-то».

«Жаль, я не рыжая», — с грустью подумала Ира, — «А то бы он тоже меня полюбил».

«А у тебя был кот?», — решила она уточнить.

«Да, был в детстве! Потом расскажу. Пойду мучить своего пациента», — он снабдил сообщение смайликом с рожками.

Ира смеясь, убрала телефон. Спустя час Михаил написал:

«Может, созвон?».

Ира как раз поливала цветы на балконе. Увидев его сообщение, она чуть не выронила лейку:

«Да у меня камера на смартфоне не работает. Хотела в ремонт отнести, а тут пандемия…», — набрала, кусая губу и надеясь, что это не выглядит глупо.

Но Михаил не заметил подвоха:

«Давай просто голосом. Так хочется голос услышать».

Она ощутила, как ноги слабеют. И даже присела на пол. Задышала медленно и глубоко, пытаясь себя успокоить. И чего она так испугалась? Ведь миллион раз говорила по телефону с мужчинами! С клиентами, по работе. С парнями, с которыми были и встречи, и секс. А тут… как девчонка, ей богу!

Михаил позвонил. Эмблема его стоматологии загорелась на целый экран. Ира, в последний раз выдохнув, нажала «принять».

— Да! Алло! — произнесла она, стараясь придать своему голосу лёгкости.

— Ирин? Это ты? — уточнил Михаил. Его голос был точно таким, как она представляла. Приятным и бархатным. Мягким, настойчивым. Таким настоящим, мужским!

Ира закрыла глаза:

— Это я.

— Ну, класс! Не то, что печатать. А так можно много чего сказать, — произнёс.

— Согласна, так лучше. Как будто ты рядом, — сказала она и представила Мишу, того, с фотографии. Сидящего рядом с собой, на полу. И держащего руку Ириши в своей мягкой, тёплой ладони…

Они проболтали до ночи. О разном! О жизни, любви, о работе. Вспоминали забавные байки из детства. Миша рассказывал ей о горах, о своих пациентах. О том, почему до сих пор не женился.

— Не везло, — сообщил.

— Аналогично, — вздохнула Ирина.

— Может, и к лучшему, — выдохнул Миша, — Вернее, не так! Я имею ввиду, что будь ты замужем, то не зашла бы в тот чат. И я бы не познакомился с тобой.

— Ну, не факт, — протянула она, — Там, кстати, много замужних.

— Это да, — подтвердил, словно сам имел опыт общения с ними, — Но быть одиноким в браке — это ещё хуже, чем быть одиноким вообще.

— Соглашусь! — подхватила Ириша, сама удивляясь тому, как созвучны их мысли, слова и поступки. Вот только, увы, внешне он превосходит её! И навряд ли захочет узнать, что Ирина — не та, за кого выдаёт себя.

— А это сверчки у тебя на заднем фоне? — спросил он.

— Сижу на балконе. Тут пахнет петуньями, и поют сверчки, — рассказала Ириша.

— Надо же! А у меня петунии растут в кадках рядом с крыльцом.

— Ты живёшь в своём доме? — спросила она.

— Нет, я в кирпичке живу. А крыльцо в моей клинике, — произнёс Михаил.

— А на каком этаже живёшь? — поинтересовалась Ирина. Просто так! Но вот сердце забилось, предвкушая ответ. Сама она проживала на пятом. Не слишком высоко, но достаточно, чтобы быть в стороне от царящей вокруг суеты.

— На пятом, а ты? — сказал он.

— Я тоже, — сказала Ириша. Закрыла глаза, улыбнулась. И полной грудью вдохнула в себя запах сладких цветов.

Пандемия закончилась. Ира села в автобус. Где теперь все сидели через одного, соблюдая дистанцию. Всем полагалось быть в масках! Что почти невозможно представить во время июльской жары. И половина людей только делали вид, а сами спускали квадратик из ткани чуть ниже, давая носу свободно дышать. Взгляды, которыми все обменялись при входе, были весьма озадаченными. Почти в каждом из них сквозил главный вопрос: «Что мы тут делаем?». Все настолько привыкли работать на удалёнке, что «выход из сумрака» был вызывающе красноречив.