Потом, медленно набирая скорость, я пересекла бывшую парковку. Пыталась почувствовать машину, стать с ней единым целым, ощутить ее мотор, ее габариты и возможности — все это мне говорил делать Ник, который сидел рядом и мягким, вкрадчивым шепотом все это лил мне в уши. Он говорил о машине, как о моем любовнике, с которым я должна слиться воедино, и, несмотря на то, что речь шла о таких прозаических вещах, как педаль, скорости или сцепление, в его устах это звучало сексуально. Это звучало так, будто он учил меня совсем другому.

Когда он коснулся моего плеча, я вдруг ощутила напряжение, которое исходило от его тела, и это шарахнуло, как молния. Ник только выглядел расслабленным, а внутри от спокойствия его отделяли километры.

— Всё получится. Расслабься, — прошептал Ник. — Ты так напряжена…

«Кто бы говорил» — подумала я про себя. Хотела сказать вслух, но не смогла — его рука снова коснулась моего плеча. Это еще было терпимо — спасала прикрывавшая мою кожу ткань. Но вот он коснулся шеи.

Я вздохнула — и в тишине этот вздох звучал как стон, как поощрение. И он продолжил — сжал мою шею сзади.

Его дыхание, его голос, его тепло совсем рядом... Мне казалось, что вот сейчас он прикоснется к моей шее, потом на ней сомкнутся зубы, делая мне больно, и мне хотелось этой боли, я жаждала ее.

Это странное желание и стало для меня новой энергией. Я вела более уверенно, реагировала на команды быстрее. Кажется, я действительно стала единым целым, но только не с машиной, а с ним.

— Ты отлично справляешься, — сказал Ник, и я отметила в его голосе незнакомую хрипотцу. — Ты правда никогда раньше не ездила?

— Нет, — ответила я, пытаясь приглушить в себе вспышки радости. Пора приучать себя не реагировать каждый раз на его похвалу, как получивший свое лакомство дрессированный щеночек.

— Теперь попробуем кое-что поинтереснее, — с этими словами он резко выкрутил руль. Машина на полной скорости вошла в поворот, заскользила.

— Держи контроль! — приказал мне Ник.

Я просто вцепилась в руль. Нас немного занесло, но все-таки машина выпрямилась, и в этот момент Ник крутанул руль в противоположную сторону.

Теперь я действительно хорошо чувствовала и машину, и Ника, который прижимался ко мне. Теперь, когда мы в шаге от опасности, от неконтролируемого заноса или еще чего-то ужасного, ему позволено гладить меня по плечам, успокаивая, или сжимать пальцы на шее, контролируя меня.

Машина крутится вокруг своей оси, мир кружится вокруг нас, осыпается цветными осколками, как в детской игрушке — калейдоскопе.

Остановившись, мы смотрим друг на друга, ошеломленные. Словно мы только что вместе укротили огромное и очень опасное животное.

Неожиданно перед нами загорелся дальний свет от фар. Напротив припарковалась машина и несколько раз мигнула, ослепляя.

— Теперь небольшое соревнование, — объявил Ник, натянуто улыбаясь. Он, видимо, тоже не ждал гостей.

Приглядевшись, я убедилась, что это машина, на которой я приехала. За рулем, очевидно, Влад. Зачем ему нужно было нас прерывать?

— Готова, — тихо произнес Ник. Это не вопрос, интонация утвердительная.

Я кивнула и сжала руль. Мои глаза светятся азартом. Пульс мгновенно взлетел вверх.

Машины встали рядом, на импровизированной стартовой линии. Звук моторов заполнил пространство. Ник предупредил, что я должна стартовать по его сигналу.

Я не успела спросить, какого сигнала мне нужно ждать, потому что Ник опустил свою руку мне на колено. В этот момент мотор взвыл, и наша машина вырвалась вперед. По довольному смеху Ника я поняла, что это и был сигнал, и я сделала все правильно.

Две машины мчатся по пустой дороге, нос к носу, не уступая. Никто из нас не может вырваться вперед.

В какой-то момент я заметила, что машина Влада начала меня прижимать, и испуганно крутанула руль в сторону. Мне кажется, что вот-вот я услышу мерзкий звук скрежета металла, и эта великолепная машина будет испорчена.

— Что он делает? — выкрикнула я. — Это же даже не твоя тачка!

Я чувствую, что что-то не так, что-то явно вышло из-под контроля.

— Просто прибавь скорость, — спокойно командует Ник, но в голосе у него звучат тревожные нотки.

Он ведет руку вверх по моему бедру.

В этот момент все происходящее перестает меня волновать. Ладонь Ника скользит вверх и не встречает сопротивления. Неудивительно, ведь я не могу оторвать руку от руля, чтобы ударить его за наглость. И вот я уже чувствую его пальцы на внутренней стороне бедра, и это срывает крышу нам обоим.

Когда машина Влада, взвизгнув шинами, уехала, Ник повернулся ко мне, воодушевленный, ликующий, с горящими глазами, полными неприкрытого восхищения. Мы одновременно опустили глаза и посмотрели на то место, где еще недавно хозяйничала его рука — юбка была задрана до белья, кожа на бедре сверкала белизной. Она все еще хранила на себе тепло его ладони.

Я выскочила из машины.

— Хочу проверить, нет ли царапин, — бросила я вышедшему вслед за мной Нику. Я ходила вокруг машины, проводя по ней ладонью, пытаясь в темноте разглядеть стёсы и повреждения.

Вокруг в беспорядке валялись розы, частично раздавленные колесами автомобилей. От растерзанных лепестков поднимался пьянящий, выворачивающий душу аромат. Прямо над нами прогремел мощный раскат грома.

Первый летний дождь застал врасплох. Холодные капли моментально прилипли к коже, но даже они были не в силах погасить огонь внутри.

Ник наблюдал за моими хаотичными движениями. Он не предложил мне вернуться в машину, догадываясь, каким истерическим будет отказ. Дождь усиливался с каждой минутой, превращаясь в поток, который заливал волосы, одежду, машину, все вокруг. Молния разрезала небо.

Я отошла дальше — решила собрать цветы, по крайней мере, те из них, что остались в стороне от колес. Поняла, что хочу забрать их — придумаю, как объяснить это Даше, но ни за что не оставлю здесь. Они слишком прекрасные, а мне слишком хочется оставить себе что-то, что будет напоминать о сегодняшней ночи.

— Мышка, — тихо позвал Ник. — Иди сюда.

Волосы его уже были мокрые, как и одежда, но он так и не отвел от меня взгляд. Я встала, с трудом донесла до машины охапку.

— Я пойду пешком. Здесь недалеко. А под дождем это даже приятно.

— Глупая… Садись в машину.

— Нет.

— Мы на окраине города. Ты пешком не дойдешь.

Я посмотрела на него, изображая несгибаемую решимость.

— Я попробую.

Я видела, что у него в глазах горит не меньшая решимость, и подумала о том, что сейчас он, наверно, будет силой затаскивать меня в машину.

Ник сделал шаг мне навстречу, я приготовилась отбиваться, а он молча схватил меня за шею, почти так же, как во время нашей сумашедшей гонки, когда он буквально мной управлял, и молча притянул к себе. Я не успела опомниться, как оказалась втянута в поцелуй — тот самый, о котором мечтала годами, который мне снился, который я представляла множество раз.

И который в реальности оказался настолько лучше, чем самые смелые мои мечты, что они разом померкли.

Цветы выпали из моих ослабевших рук. Ник прижал меня ближе, я почувствовала, как в мои голые ноги впиваются шипы от упавшего букета, но не отстранилась. Жаркая волна на этот раз прошла сразу через все тело, прошила его словно электрический ток.

С неба на нас падали тонны воды. Его губы выбили землю у меня из-под ног. Нас разделяли только чертовы розы, которые охапкой лежали между нами.

Углубив поцелуй, Ник ослабил хватку, рассчитывая, что теперь-то я уже никуда не денусь, потому что плавлюсь, как мороженое, в его руках. Медленно повел руку вниз. Ладонь скользнула по моему бедру и сжала его с силой.

— Нет! — это было как вспышка, как ослепляющий дальний свет от фар. — Я не могу!

Вырвавшись из объятий, я оттолкнула его.

— Что нет так?

— Нет, не спрашивай, — прошептала я, чувствуя как мое лицо, грудь и шея расцветает красными пятнами. — Ничего не говори, пожалуйста… Я просто не могу… Отвези меня домой!