Но сегодня в квартире было полно чужих — друзей Ника, среди которых было много новеньких, совершенно незнакомых, и они прохаживались по комнатам, выпивали в гостиной, курили на кухне. Бесцеремонно нарушая атмосферу нашего спокойного уединения.

— Я хотела повидаться с братом, — тихо произнесла я. — Увидела его на школьном дворе и подошла. Просила Влада остановиться, но он не слушал.

Холодный взгляд Ника немного смягчился, когда он, приглядевшись, заметил мое заплаканное, расстроенное лицо. Он увлек меня подальше от проходного двора, которым снова стала наша квартира, в укромный угол коридора возле своей комнаты.

— Заранее надо о таких вещах предупреждать, — тихо сказал он, когда мы оказались наедине. — Я не хочу, чтобы ты ходила одна. Ты же видишь, что я всегда даю тебе сопровождение.

— Спасибо. Я очень это ценю, — ответила я совершенно искренне.

— Не нужно мне твое спасибо, — но Ник только отмахнулся. — Просто ты сама говоришь, что у тебя проблемы, но делиться не хочешь. А я не знаю, от чего тебя нужно защищать… Иногда это меня с ума сводит. Так недалеко и до паранойи.

— Ник, мы идем? — наше уединение нарушил один из парней, который подошел к нам.

— Да, я сейчас приду. Ждите, — бросил Ник, раздраженный, что нас прервали во время личного разговора.

— Я очень тебе благодарна, — прошептала я, как только тот парень отошел. — За все!

— Вместо благодарности было неплохо бы узнать о том, кто конкретно тебе угрожает.

Вместо ответа я прильнула к нему, а Ник стиснул меня в объятиях. С улучшением самочувствия ему стало все сложнее удерживать себя в руках.

— Мне пора, — он сам отстранился от меня.

— Куда? Мы можем поехать вместе?

— Нет, — Ник сжал мои руки.

— Черт, только не говори, что это разборки с теми типами, которые тебя подрезали!

— Ну а ты что думала, что я спущу им с рук? — Ник скривился. — Ни за что на свете. Они заплатят.

— У тебя сейчас есть клуб, он приносит много прибыли, зачем тебе с кем-то конфликтовать? Это же рискованно. Один раз они уже чуть тебя ни убили!

— Прибыль от клуба приходится делить с Федей. Думаешь, что на этом сраном клубе я остановлюсь? Это, блять, только начало. И те идиоты с ножами меня не остановят.

Я подумала о той решительности, который был до краев полон Ник — он несся как локомотив. И лучше было бы никому не оказываться у него на пути. Его рана едва успела затянуться, а он уже был готов к мести.

— Дело не только в машинах. Мы на этих тачках наркоту перевозили мешками, — признался мне Ник. — Там ебаный наркотрафик. Если мы потеряем его, что будем продавать в клубе?

— А как же я? — спросила я со слабой надеждой на то, что мое присутствие способно убедить его остаться.

— Ты нужна мне здесь, — твердо произнес Ник. — Нам пришла новая партия, пацаны только что привезли из питерского порта. Расфасуйте по зипам. Дашка тебе поможет. Нужно до ночи успеть с расфасовкой и завезти в клуб.

Я кивнула обреченно. А что еще мне оставалось делать, кроме того, как выполнять его приказы и смиренно ждать, когда он вернется?

— Поцелуешь меня на удачу? — Ник по-доброму усмехнулся, видя, что я сильно расстроена из-за его отъезда.

Я подняла голову и встала на цыпочки, чтобы ему удобнее было меня целовать.

— Все хорошо будет. Я обязательно вернусь, — заверил он, чувствуя как я дрожу в его объятиях.

Он вышел в коридор, и вслед за ним туда стянулись вся его свита. Я поспешила на кухню, чтобы проводить его взглядом, когда он выйдет из подъезда.

За столом на кухне сидела Даша, которая с подозрением глядела на меня, пялящуюся в окно.

— Что у вас с Ником? — холод ее голоса разрезал воцарившуюся в квартире тишину.

Я едва заметно вздрогнула и оторвалась от окна.

— Ничего личного, — спокойно и в тон подруге холодно ответила я. — Просто бизнес. А ты с каким пор участвуешь в его делах?

Я кивнула на разложенные на столе перед Дашей приблуды для фасовки порошка.

Она заметно стушевалась.

— Ну деньги не лишние, — смущенно ответила девушка. — Да и с Улансом он помог. А ты?

— Мне деньги очень нужны, ты же знаешь, — бросила я, усаживаясь за стол. — Виделась сегодня с мелким братом… Надо поскорее его забрать.

По случаю своего возвращения и удачно решенной проблемы Ник устроил в квартире шумную пати, совсем как в старые-добрые времена. После затишья длиною в несколько недель музыка показалась соседям особенно громкой, поэтому они начали стучать в стену. Пьяный Ник вывалился на балкон, взял по дороге какую-то метлу и начал изо всех сил барабанить в окна соседке. За стеклом мелькнуло испуганное старушечье лицо. Она погрозила ему кулаком и крикнула, что сейчас будет звонить в полицию, чтобы та разогнала их гадюшник, а Ник, рассвирепев, грозился перебить ей все стекла к чертовой матери, если она не заткнется. Он даже предпринял попытку перелезть на соседский балкон. Я вышла вслед за ним, взбудораженная, раскрасневшаяся от вина, и сразу же попыталась вытянуть его из этого глупого конфликта.

— Оставь ее, — прошептала, прижимаясь к нему. — Не надо портить вечер.

Ник обернулся и, заметив мое сияющее лицо, сразу смягчился.

— Сегодня твой счастливый день, слышишь, стерва? — обратился он к вредной бабке и вернул ногу обратно на собственный балкон.

— А может, сегодня и мой счастливый день? — пошатываясь, он сделал шаг ко мне, обнял за талию и притянул к себе. Наклонившись, он спрятал лицо в копне моих волос, уткнулся в шею.

Я положила голову ему на грудь, ощущая, как его сердце начинает биться быстрее. Прикрыла глаза, чувствуя, как тело расслабляется в его объятиях.

Мы постояли так некоторое время, наслаждаясь моментом, тишиной и свежестью ночи. Балконная дверь отгородила нас от того шумного веселья, что творилось в квартире, и теперь казалось, что мы совершенно одни.

— Я так скучала по тебе, — прошептала я, подняв голову, чтобы встретиться с его взглядом.

Ник нежно коснулся моей щеки, потом его пальцы мягко скользнули по моей коже, прикоснулись к губам.

— Меня не было всего лишь сутки.

— Намного больше! Эти тридцать шесть с половиной часов! И ты мне почти не писал…

— Мне там было не до этого, милая, — проведя большим пальцем по моим губам, Ник поцеловал меня осторожно и нежно, но, чувствуя, что я таю в его объятиях, усилил напор. Проведя несколько раз по тонкому шелку руками, он неожиданно задрал мне юбку и скользнул под нее, коснулся голой кожи.

— Черт, я тоже скучал, — признался он, на миг перерывая поцелуй. — Думал все время про тебя. Представлял тебя голую. Это пиздец отвлекало…

Ситуация уже давно вышла за рамки — его руки вовсю хозяйничали по моему телу, оглаживали бедра, хватали за задницу и пару раз прошлись по тонкой ткани трусиков спереди. Несколько раз я хотела его остановить, но каждый раз откладывала — мне невыносимо хорошо было находиться в его объятиях. Чувствовать его тяжелое, пропитанное парами алкоголя дыхание на своей шее, каждый горячий, влажный поцелуй на своих губах, груди или плече, ощущать тепло ладони, скользящей вдоль по позвоночнику — нет, это остановить невозможно.

Однако уже очень скоро я начала опасаться того, что Ник попытается трахнуть меня прямо возле балконной двери, за которой собрались его друзья и Дашины подруги, в паре метров от соседки, продолжающей поглядывать на нас в окно.

«Еще немножечко» — думала я про себя, подставляя ему шею для все новых поцелуев. Такое удовольствие — горько-сладкое, дикое, невыносимое, я испытывала первый раз в своей жизни, а тот факт, что нас в любую минуту могли застать, только добавляло приятной опасности.

— Перестань, — мягко прошептала я, уворачиваясь от его уже ставшими агрессивными и голодными поцелуев. — Хватит…

Я уперлась руками ему в плечи, попыталась отодвинуться, но куда мне было справиться с подвыпившим Ником, который стремительно терял берега.