Но темноту вдруг разрезал луч света, упавший из приоткрытой двери прямо на мое лицо.

— Что ты, черт возьми, здесь делаешь?

Его голос резкий, холодный. Пугающе чужой.

Я не ответила. Просто лежала, стараясь не дышать, чтобы не выдать, как сильно трясутся мои руки. За его спиной стояла девушка, которая с любопытством поглядывала на меня. Очередная блондинка, с которой он планировал уединиться, а я помешала.

Он обернулся к девушке, нахмурившись.

— Подожди меня. Я скоро приду. Только разберусь с этой ненормальной, и мы уедем.

— Но… — она попробовала возразить.

— Никаких но. — Оборвал ее Ник. — Сказал же, подожди.

Она неохотно вышла, бросив на меня недовольный взгляд.

Когда девушка закрыла дверь, в комнате снова воцарилась темнота. Я не видела этого, но почувствовала, как Ник приблизился к кровати. Так как я осталась лежать, его силуэт теперь нависал надо мной. Он молчал. Ждал.

— Хорошо, что ты помирился с Владом. Это правильно, — я еле ворочала языком. В ожидании я почти допила бутылку, чтобы приглушить страх и тревогу, но теперь мне это только мешало. Я совсем поплыла. Теперь я не уверена даже в том, что у меня получится приподняться, а не то что вести осмысленный диалог.

Ник усмехнулся. Я снова не увидела, но мне и не нужно было. На сетчатке глаз отпечатан его образ с этой наглой, насмешливой улыбкой. Белые, ровные зубы, блеск его глаз, спадающие на лоб мягкие волосы.

— Черт, ты правда думаешь, что мои действия нуждаются в твоем одобрении? Кто ты такая вообще?

— Действительно, — согласилась я. — Просто мне бы хотелось, чтобы рядом с тобой был человек, на которого ты можешь положиться. Не стоит с ним ссориться из-за меня.

Ник подошел к окну, одним движением раздвинул шторы и открыл форточку. Уличный свет немного развеял сумрак комнаты. Я наконец смогла его увидеть.

В нем не было прежней теплоты. Только напряжение и обида. Он смотрел на меня так, словно я была проблемой, которую он не знал, как решить.

— Ты напилась, — сказал он. — Тебе нужно под холодный душ. Или хотя бы на свежий воздух.

— Я никуда не уйду, — заявила я, испугавшись, что Ник хочет от меня отделаться.

Немного постояв у окна, он подошел к дивану и сел рядом со мной.

— Почему ты здесь? — спросил он тихо. Почти устало.

Я не знала, что сказать. Все слова, которые я могла бы произнести, встали комом в горле.

— Я просто… — запнулась и замолчала. — Я не знаю.

Он смотрел на меня долго, как будто пытался что-то разгадать. В глубине его взгляда теплилось что-то, похожее на сожаление.

— Алиса…

— Нет, не надо, — я покачала головой. — Не говори ничего. Просто… Позволь мне немного побыть рядом.

— Ты чокнутая. Я уже ничего не понимаю.

Поддавшись внутреннему порыву, я схватила его за руку.

— Почему ты с ней? Я думала, что мы… Я думала, что у нас… Есть что-то особенное.

Он скривился.

— Она хотя бы не выглядит так, как будто я ее… — Ник задумался, подбирая слова. — насилую. Ты хоть понимаешь, как ты тогда выглядела, когда мы с тобой… на парковке…? Как будто я заставляю тебя, беру насильно. Я помню этот твой взгляд, твое лицо, и я… Не могу забыть. Я чувствую себя виноватым, но за что? Я же ничего плохого с тобой не сделал. Ты же хотела сама, или… Мне все это только кажется? И твои признания… Я не могу тебя понять.

Он устало покачал головой, его раздражение было почти физическим. Попытался встать, но я еще сильнее вцепилась ему в руку. Держалась, как за соломинку, как за единственное свое спасение.

— Не уходи, — я обхватила его колени. — Пожалуйста. Не уходи от меня.

Ник медленно наклонился. Его горячее дыхание коснулась моего лица. Я почувствовала (или мне это показалось, потому что я сама дрожала как осиновый лист?), что его пальцы дрожат, касаясь моей щеки.

— Не плачь, — глухо произнес он. — Мне невыносимо видеть, как ты плачешь.

Ужас сковал тело. Сейчас нужно было действовать быстро, а я не могла заставить себя даже пошевелиться.

Они уже поднимаются.

Как же Ник?

Сколько у нас времени? Минута? Полминуты?

Бежать? Но куда?

Где-то внизу хлопнула дверь машины, и этот звук вдруг показался мне таким же зловещим, как предвестие конца.

Мышеловка захлопнулась. Мы в ловушке.

Я выскочила с балкона. Сердце глухо бухало в груди. Воздух внутри комнаты казался вязким, тяжелым. Время замедлилось, хотя счет шел на секунды.

Ник стоял в дверях. Разгневанный, разочарованный, сбитый с толку. Он уже от меня уходил. Минуту назад я потеряла тот последний шанс, который он дал мне, но проблемы наших отношений снова отошли на второй план перед лицом внешней угрозы. Чтобы выжить сейчас, мы должны были сплотиться.

— Ник, надо закрыть дверь! — я задыхалась, меня трясло, слова вылетали обрывками. — Надо избавиться от товара!

Вцепившись ему в руку, я почти повисла на нем.

— Они идут. Они уже здесь!

— Кто? Кто, черт возьми? — он с раздражением отстранился от меня. В этот момент раздался грохот на лестнице. Подобный раскату грома, расколовшего небо над нашими головами.

Мы одновременно повернулись в сторону входной двери. В комнате на мгновение повисла зловещая тишина, нарушаемая лишь моим прерывистым дыханием.

До него, наконец, дошло.

— Держи дверь сколько сможешь! — бросил Ник стоящему в коридоре Владу. Сам он уже двигался к спальне. — Собери наших. Быстро!

Его не пришлось просить дважды. Одним прыжком Влад бросился к двери, повернул замок, навалился на нее всем телом. С другой стороны двери послышались топот и команды.

Ник вбежал в спальню, я последовала за ним. Даша, которая мирно сушила феном мокрые волосы, вздрогнула, увидев нас.

— Какого хрена?! — ее взгляд метнулся от меня — босой, в одной майке и трусах — к Нику в одних джинсах, который наклонился к кровати. — Что происходит?

Но ей никто не ответил. Одним рывком Ник перевернул нашу кровать, оторвал тонкую панель, которая была прибита ко дну. Оттуда посыпались пакеты. Даша округлила глаза.

— Ты с ума сошел? — она сделала шаг назад. — Ты хранил все это дерьмо здесь? В моей комнате?

— Не мешай! — рявкнул на нее Ник.

— Ты знала? — подруга подскочила ко мне, тряхнула за плечи. — Ответь, ты знала или нет?

Ник сгребал пакеты, разлетевшиеся на полу. Один из них разорвался, белый порошок просыпался на пол.

— Твою мать, — прорычал он, пытаясь стряхнуть порошок с ковролина.

— Ник, быстрее! — очередной раскат грома, который донесся до моего слуха из коридора, заставил выйти из оцепенения. Я оставила вопрос Даши без ответа — но и без слов было очевидно, что я в курсе всех дел.

Ник бросился в ванную, я сгребла остатки и сорвалась за ним.

— Даш, помоги нам, — я притормозила на пороге, умоляюще глядя на подругу.

— Он все-таки твой брат! — мне пришлось об этом напомнить, потому что лицо Даши выражало только возмущение. У нее не было ни малейшего желания нам помогать.

Я кинулась к раковине, выкрутила кран на полную мощность. Ник зачерпывал товар и смывал его в унитаз. Он бросил мне следующий пакет, и я, не раздумывая, высыпала его в поток воды. Растирала кристаллы по керамике, пока они не исчезли. Руки дрожали, но я не останавливалась. Белый порошок слипался, забивал слив, я проталкивала его пальцами, стирала с ладоней и ногтей. Кожа щипала, горло саднило от напряжения.

Вдруг в дверях возникла Даша.

— Ник! — кажется только сейчас до нее дошло, что дело по-настоящему серьезное. — Что происходит? Почему они ломают дверь?

В ответ снова раздался грохот — и мне показалось, что дом содрогнулся от этого удара. У меня потемнело в глазах, я пошатнулась. Тошнота подступила к горлу. За всеми этими мероприятиями по утилизации наркотиков я совсем забыла о том, что мне жизненно необходимо исчезнуть из этой квартиры до того, как они ворвутся в нее. Но меня, к сожалению, так просто не высыпешь в раковину и не смоешь в унитаз.