— Не кричи, — я потянула его в сторону, заставляя идти за мной. Я не ожидала, что Ник так отчаянно будет добиваться чего-то для меня, так настойчиво будет стараться мне помочь. Это и пугало, и радовало, и окончательно сбивало с толку.

— Он полностью весь продаётся! — сообщил Ник радостно. — Прямо с сутенёром и девочками.

— Ммм, — протянула я, не зная, как реагировать. — Круто.

Идея вложить деньги, заработанные на перегоне краденых автомобилей, в покупку борделя меня шокировала. Но потом, пораскинув мозгами, я решила, что чего-то другого от Ника ожидать было попросту смешно. В какой бизнес он мог бы ещё вложиться? Открыть барбершоп? Или, может быть, кофейню?

— Здорово, — я решила его поддержать. — Классная идея.

— Правда? — Ник оживился еще больше. — Хочешь, мы с тобой туда зайдём?

Посещать бордель мне не очень хотелось, но Ник уже схватил меня за руку и потащил к подъездной двери.

Это была просто старая питерская квартира, почти ничто в ней не выдавало её порочного назначения. Запах тяжёлый — смесь табака, удушливых благовоний и дешёвых духов. На кухне важно восседал толстый пожилой мужчина с усиками. Перед ним на столе лежали несколько телефонов, сигареты, куча мятых купюр. Девочки сидели тут же на обшарпанных табуретках, курили и залипали в телефоны.

— Почему не работаем? — разрушил их сонную идиллию Ник. — У вас что, работы нет?

Девочки встрепенулись и наперебой начали рассказывать о том, как много они работали и как сильно устали. Каждая так и норовила дотронуться до него или заглянуть в глаза, щебеча что-то ласковое.

— Бездельницы, — ласково отмахнулся от них Ник. — Расходитесь по комнатам, нечего тут торчать.

Выпроводив девушек, Ник сел за стол переговоров к старому сутенеру.

— Новенькую привёз? — бросил тот, выразительно осмотрев меня.

Ник отгородил меня собой, закрыл спиной от оценивающего взгляда мужчины.

— Давай про стареньких поговорим. Почему они у тебя болтаются без дела? У вас нет работы? Вы давали рекламу, как я вам говорил?

Когда мы вышли из подъезда, Ник протянул недовольно:

— Никто работать не хочет. Всех надо пинать. Совершенно не на кого положиться.

Мы сели в машину.

— Ну ничего, — Ник проводил взглядом заветные окна. — Когда я полноценно возьмусь за них, они у меня будут пахать круглые сутки. Я кое-что придумал… Нужно только закупить оборудование, и они в перерывах между клиентами ещё будут вести стримы в интернете. Как тебе идея?

— Потрясающая, — поддакнула я. Мне было приятно видеть то, каким воодушевлённым он становится, когда говорит о бизнесе.

Даша говорила мне о том, что её брат по-настоящему плохой человек, но, узнав его поближе, я не могла с этим согласиться. Да, он иногда употребляет наркотики, перегоняет ворованные тачки и хочет купить притон, но разве все это это делает его хоть сколько нибудь плохим?

Я никогда раньше не любила, поэтому и не знала, насколько сильно бывает любовь слепа.

Остаток пути за разговорами пролетел незаметно. Время, отведённое для того, чтобы побыть вдвоём, истекало.

Сначала Ник высадил друзей, потом подъехал к дому. Мы вместе вышли из машины, и у подъезда он достал сигареты.

— Как ты так живёшь? — спросила я. — Это же трудно... так ездить.

Я хотела сказать что-то ещё, но примолкла, заметив, что Ник смотрит на меня как-то странно и молчит. Решила, что со мной что-то не так, и попыталась вспомнить, когда последний раз смотрелась в зеркало. Поправила волосы, убрала челку.

— Можно один вопрос? — он прервал молчание, когда оно стало совсем неловким.

Сердце взволнованно забилось. Мы о многом говорили сегодня, может, он захочет сказать еще что-то очень личное, сокровенное?

— Ты утром сказала, что хочешь мне помочь. Предложение ещё в силе?

— Ну да, — я растеряно кивнула, чувствуя легкий укол разочарования.

— Ты могла бы сделать кое-что для меня? Это бы очень помогло мне и приблизило бы к цели. Той цели, которую я тебе сегодня показал.

Он был очень серьёзен, и я тоже перестала улыбаться.

— Говори.

— Твоя работа в клубе… Вас же там не обыскивают, так? Вы проходите свободно через вход для стаффа, можете пронести всё…То есть, ты ничем не рискуешь, правильно?

— Я что-то никак не могу понять…

— Ты можешь пронести туда кое-что для меня?

Неожиданная просьба обескуражила. А Ник явно не собирался давать мне время на раздумие, он стоял и ждал, а под его пристальным взглядом я не могла собраться с мыслями.

Но гораздо хуже было другое. Что-то внутри меня подсказывало, что вся эта прекрасная поездка и откровенные разговоры были лишь для того, чтобы потом что-то у меня попросить...

— Конечно, — сказала я, чувствуя его напряжённый взгляд. — Если это так важно для тебя…

— Да! Очень важно! — услышав согласие, Ник заулыбался и снова стал таким же милым, каким был на протяжении всей поездки. — Спасибо тебе!

— Ты идешь? — он сделал шаг в сторону, едва только я взялась за ручку металлической двери.

— Не, у меня еще дела есть. Я попозже, — он кивнул мне на прощание и сразу же ушел, растворился в предрассветной дымке города.

Я простояла несколько секунд, глядя ему вслед. Пустота, оставшаяся после его ухода, была тягостной. Едва только мы успели расстаться, как я уже начала по нему скучать.

Я втянула свежий ночной воздух, пытаясь прогнать мысль о том, что, возможно, эта поездка стала началом чего-то еще более запутанного в моей жизни.

— Ты все поняла? — в очередной раз переспросил Влад.

— Да поняла я. Еще с первого раза, — бросила я, уставившись в окно.

Мы подъехали к клубу, припарковались напротив входа для сотрудников. Я смотрела, как к двери подходят молодые девушки и парни — официанты, бармены, танцовщицы, хостесс, и чувствовала, как спина покрывается холодным потом.

— Ты не должна нас подвести, — продолжал давить Влад. Он пристально разглядывал меня, пытаясь уловить следы волнения или страха. Но в тоже время сам нервно барабанит пальцами по рулю.

— А Ник…? — все-таки решилась спросить я перед тем, как выйти из машины.

— Он занят.

— Он придет сегодня в клуб?

— Нет.

— Он в Москве?

— Нет. У него дела. В другой части города, — нехотя сообщил Влад и глянул на экран телефона. — Ну иди уже давай. Время.

Я открыла дверь, вышла и медленно направилась ко входу, чувствуя неподъемную тяжесть в своей сумочке — там было то, ради чего меня сюда привезли. Меня снабдили инструкцией, но ничего не объяснили. Это было к лучшему — я не хотела бы знать подробности о том задании, которое должна была выполнить, потому что мозг и без того подкидывал тревожащие догадки.

— Эй, Снежинка!

Я обернулась. Влад высунулся из окна, провожая меня взглядом. При свете фонаря, ярко осветившего его лицо, стало очевидно, что он сильно волнуется.

— Удачи, — сказал он тихо и добавил: — Не подведи.

Если даже этому здоровому, накаченному парню, который с ног до головы покрыт татуировками, не по себе — что же там на дне черного ящика?

В реальности это был никакой не ящик, а просто небольшой сверток, обернутый в черный целлофан. Когда Влад передал мне его в машине, меня поразило, насколько он тяжелый.

Я зашла в здание и застыла, увидев, что у входа столпилось несколько человек. Раньше все просто проходили мимо добродушного охранника, а теперь на входе стояла рамка металлоискателя, охраны было в два раза больше, а у одной из девушек на входе выворачивали сумку.

— Вы с цепи сорвались что ли сегодня? — возмущалась она. — Что вы устроили? Я тут работаю целый год!

— Приказ начальства, девочки, вы уж не обижайтесь, — пытался успокоить недовольно гудящую толпу один из работников местного ЧОПа. — Приказано усилить охранные мероприятия. Не надо кричать.

— Нас обыскивать зачем? — продолжала скандалить танцовщица. — Идите вон обыскивайте этот пьяный скот, который сейчас в клуб повалит!