После того, во что он меня втянул.

— Куда ты? — Даша подняла голову. Глаза ее удивленно расширились. — Время уже час ночи!

— Я за сигаретами, — бросила я, обуваясь быстрее, чтобы подруга не успела меня остановить.

— У меня есть! Будешь? — но прежде, чем Даша успела встать из-за стола, я уже выскочила в подъезд и поспешила вниз, прыгая через две ступеньки.

Сердце колотилось. Ноги сами несли вниз.

Я выбежала на улицу. Перед глазами мелькнула машина, за рулем которой сидел Влад.

— Садись, — приказал он.

Недолго думая, я развернулась и бросилась обратно к подъездной двери.

— Иди сюда. Живо! — Влад выскочил из машины и настиг меня в два прыжка. Его пальцы сомкнулись на моем запястье в тот момент, когда я уже приложила ключ-таблетку к домофону.

— Я отвезу тебя к Нику, поняла? Он попросил тебя привезти, — выкрикнул Влад мне в лицо.

— Чем докажешь?

— Я тебе еще что-то доказывать должен? — возмутился парень и снова потянул меня к машине. Грубой силы он не мог применять, слишком велик был риск нарваться на гнев Ника. В противном случае он бы попросту запихал меня в багажник.

Я не могла объяснить себе ни сейчас, ни позднее, почему любой мужчина казался мне угрозой — но не Ник. Почему мысль сесть в машину к Владу вызывала панику, а перспектива поехать к Нику — нет.

Все еще чувствуя себя не в своей тарелке, я не стала спрашивать, куда меня везут. Влад тоже не хотел со мной разговаривать, обидевшись на то, что я чуть от него не сбежала.

Город остался позади. Мерцающий свет фонарей сменился темнотой, прорезаемой лишь фарами.

Когда мы подъехали, на площадке бывшей стоянки перед супермаркетом стояла машина. Рядом с ней застыл высокий силуэт.

Сердце забилось в сто раз быстрее.

На капоте массивного черного седана беспорядочной охапкой лежали красные розы.

Высадив меня, Влад сразу уехал. Едва я ступила на землю, меня почти сбил с ног аромат роз, окутал душным облаком.

— Злишься на меня, мышка? — спросил Ник после того, как несколько минут молча меня разглядывал.

Непонятно, с чего он сделал такой вывод — я не выглядела обиженной или злой, просто была немного растеряна.

— Что это?

— Небольшой сюрприз, — Ник на мгновение исчез в темноте салона и появился снова, держа в руке бутылку шампанского. — Чтобы ты немного расслабилась после тяжёлой работы.

Так вот как это называется, подумала я. Значит, моя догадка была верной — вся эта красивая показуха всего лишь плата за выполненное задание.

Пробка отлетела с громким хлопком, а Ник торопливо выставил на бампер пластиковые стаканчики.

Где-то вдалеке послышались слабые раскаты грома. Весь день стояла мучительная жара, но сейчас воздух заметно посвежел. Прохладный ветер с реки касался моей кожи.

Ник был прав в одном — последние сутки я и правда была на грани. Один сплошной комок нервов, накручивающий себя до предела. Мне нужно расслабиться, иначе я просто сведу себя с ума.

Он протянул мне стакан, и я выпила почти залпом. Ник удовлетворённо улыбнулся и налил ещё. Очень скоро я почувствовала, как мир начинает слегка плыть — накопившееся волнение, усталость и алкоголь на голодный желудок сделали своё дело.

Ник внимательно смотрел на меня, пытаясь угадать, что у меня на уме. Выпивка не сделала меня разговорчивее.

Отставив стакан, Ник полез в карман.

— Ладно, ближе к делу, — сказал он и протянул конверт. — Вот твоя доля. Спасибо. Ты большая молодец. Ты всё правильно сделала.

На автомате я взяла конверт, также, не задумываясь, открыла — там лежали крупные купюры. Я застыла, глядя на них, будто не до конца понимая.

Гром глухо прокатился по небу. Ветер с реки усилился.

Ник расценил мой ступор по-своему и снова полез во внутренний карман.

— Если считаешь, что этого мало…

— Нет, — я будто очнулась и положила конверт на бампер, рядом с розами. — Я ничего не считаю. Я понятия не имею, сколько стоят эти… услуги.

— Не уверен, что этого хватит, чтобы уехать, как ты хотела, но ты можешь продолжать мне помогать, — начал он, но, заметив ужас на моем лице, быстро добавил: — Это не то, о чем ты подумала. Таких заданий больше не будет. Я о другом.

Я дрожала. Ник распахнул передо мной дверцу автомобиля:

— Ты замерзла? Садись. Внутри поговорим. — Он поднял голову к звездному небу. — Скоро ливанет.

Пребывая в каком-то сомнамбулическом состоянии, я послушно села на водительское сидение. Ник устроился рядом на пассажирском.

Мой взгляд зацепился за его руку, в которой он держал стакан — на браслет на его запястье, на широкую кисть и тонкие пальцы. Представила, как он держит в этих руках тот самый пистолет, как чувствует ладонью его ледяную тяжесть, как эти аристократичные пальцы давят на курок, отнимая чью-то жизнь.

— Как ты мог? — вырвалось у меня.

— Что ты имеешь в виду? — Ник чуть склонил голову.

— Не делай вид, что не понимаешь, — внутри все сжималось от холода. — Произошло нечто непоправимое.

— О чем ты?

— О том, что ты сделал.

— Я не сделал ничего.

— То, что произошло в клубе…

— Я помог другу. Он меня попросил, а я попросил тебя. Но я не сделал ничего такого, за что можно было бы смотреть на меня с такой злостью, мышка. Я его не убивал.

Я посмотрела ему в глаза.

— Точно?

— Ага, — в его голосе послышался оттенок сожаления. — Этим занимались специально подготовленные люди. Наше дело было только пронести.

Он замолчал, затем добавил:

— Это… не так просто, на самом деле. На это нужна особая решимость. У меня пока такой нет.

Неужели его расстроило то, что он не участвовал в убийстве напрямую?

— Это же наоборот хорошо. Очень хорошо, — я выдохнула. — Но… а обо мне ты подумал? Хочу ли я быть частью всего этого?

— Ты лишь пронесла вещь, — Ник пожал плечами. — Ты даже не знала, что это.

— Нетрудно было догадаться, что это пистолет. — Я скривила губы. — А ты хоть знаешь, что меня чуть не раскрыли?

— Как?

Я рассказала ему все — как увидела охрану и металлодетектор, как мне пришла в голову идея перепрятать, как меня обыскивали, как вся их задумка висела буквально на волоске. Ник слушал и подливал шампанское. С каждым словом восхищение в его глазах росло.

— Какая ты молодец, — сказал он в конце. — Как ты все это провернула! Просто умница.

Он кивнул на руль.

— Поехали?

— Я же не умею.

— Просто делай, что я говорю, — сказал он.

Я хмыкнула — как же нравилось Нику раздавать приказы!

Прежде чем тронуться, я хотела пристегнуть ремень, но Ник запретил.

— Только не в моей машине, — он убрал его, нарочно касаясь моей груди. — Сейчас тебе не нужен ограничитель.

Касание было едва ощутимым, мимолетным, но по коже от него пробежал электрический разряд.

— Надо убрать цветы, — напомнила я. На капоте все еще лежала огромная охапка, загораживая обзор. — Только я не смогу их забрать.

— Что это значит?

— Я же живу у вас, забыл? Как я объясню это Даше?

— А зачем ей что-то объяснять? — Ник непонимающе пожал плечами. — Скажи, что это не ее собачье дело. Почему ты боишься того, что она подумает или скажет? Она же тебе не мамаша.

Я промолчала. Если бы все было так просто… У меня не было ни малейшего желания напоминать Нику о том, что я живу у подруги исключительно из ее милости.

— Я не хочу с ней проблем, — сказала я только.

— Хорошо, — нарочито равнодушно бросил Ник. — Пусть они тогда останутся здесь.

— Но…

— Ты езжай, а они сами свалятся. Плевать на них. Если тебе они не нужны, мне не нужны тем более.

Я не послушала его и вышла из машины. В конце концов, возле букета остался мой конверт с деньгами.

Я убрала его в карман, а розы осторожно переложила на пол. Они были без обертки, без ничего, поэтому искололи мне все руки своими острыми шипами.