Геля с Лизой начали брошенный перед сменой разговор о парнях. Котова молчала, делая вид, что слушает, хотя сама, отвлекаясь от мыслей о предателе-Ярославе и лежащем тяжёлым камнем чувстве вины, вспоминала притягательного и любопытного клиента с двести третьего столика.

Вскоре пришёл новый заказ на тот самый номер. Настя рассматривала чек, а сама думала о том, чтоон , наверное, уже ушёл. Поэтому передала заказ Лизе. Пока суетилась с большим заказом на два подноса и гору картошки фри, мысли вылетели из головы, сосредоточив на работе. Именно за это она любила сортировку: требовалось всё внимание на сбор заказов.

Она поудобнее взяла полный поднос и подняла взгляд на зал. Неожиданно брови её поднялись от удивления: парень с двести третьего пересел так, что Котова, находясь на сортировке, всегда была в зоне его видимости — прямо напротив.

Девушка вышла с подносом в зал и в этот раз решила не смотреть на него. Однако… заказ приходился на стол по соседству. Всё-таки не удержалась и взглянула: на столе стоял пустой стаканчик с колой, второй находился у него в руке, а сам парень усердно грыз трубочку.

— Возьмите себе уже кофе, — не стерпела и посоветовала Котова, когда отдала поднос компании подростков. — Проснётесь хоть.

— Пожалуй, так и сделаю, — он улыбнулся, глянув ей прямо в глаза. Настя заметила ямочку на правой щеке.

«Я ошиблась, — подумала Настя, возвращаясь к работе сбора заказов. — Он не просто симпатичный, он красавчик!»

Спустя ещё одно «здравствуйте, приятного аппетита», перед глазами Котовой появился заказ, состоящий только из среднего капучино. На двести семнадцатый столик. Не раздумывая, девушка бросилась за его выполнение: другие подождут! Вдруг он хочет познакомиться? Может, даже утешит на одну ночь…

— Ваш капучино, — Настя поставила поднос на стол.

— Благодарю, — юноша с уставшими глазами кивнул. Едва Котова развернулась, чтобы уйти, он спросил: — Простите, — Настя обернулась, — когда вы здесь работаете на следующей неделе?

Она неловко улыбнулась. Попыталась напрячь мозг. Но — вот незадача! — он разрядился…

— Э-м-м… — протянула, пытаясь вспомнить график.

«Давай, тупица, включи голову!»

— Извините, наверное, я должен сначала представиться вам… — пробормотал парень, глянув на Настино замешательство. Вдруг он встал и вышел из-за стола.

Рост…

Рост Насти никогда не был плюсом для неё, ведь её метр семьдесят семь отталкивал многих мужчин… И Ярослав был одним из немногих, кто был заметно выше Котовой. Но, чтоб ей провалиться, вот этот раз повезло! Парень оказался выше.

— Илья, — коротко представился он, протягивая ладонь для рукопожатия. Котова стянула перчатку и с покрасневшим лицом подала потную руку. Сжатие оказалось крепким, а его прикосновение горячим, как у…

— Я работаю по вторникам, пятницам и воскресеньям. — Вспомнила график. Произнесла это, кивая на каждом дне недели. Тупица, ты должна была ответить именем! Спохватилась: — Настя.

— Простите, Настя, что отвлекаю вас от работы. Вы потрясающе красивая.

— А… ага. Вы тож… — буркнула она, покрываясь потом от волнения. — То есть спасибо!

Он закусил губы, видимо, чтобы не заржать. Она отвела от него взгляд, чувствуя желание провалиться под землю. Илья тем временем похлопал руками по брюкам и виновато улыбнулся:

— У меня нет ручки, Настя. Я бы взял ваш номер или… предложил бы вам свой…

— Я передам его тебе. Скоро вернусь. — Ноги унесли её к рабочему месту.

«Блядь, ну он же с тобой был на „вы“! Дура полнейшая! — Она тяжело вздохнула, взглянув на новые заказы. — И как меня угораздило повести себя так по-идиотски? Обычно я королева пикапа! А тут… блядь, блядь, блядь!»

Настя собрала пару заказов, а затем пошла в помещение для персонала. Отыскала ручку. На каком-то листке написала свой никнейм в соцсетях. Спустя секунду раздумий также написала и номер. Подписалась именем.

Вернулась на рабочее место и, отобрав у Лизы сборку на столик, стоящий относительно рядом с местоположением Ильи, быстро накидала на поднос всё из списка и направилась к посетителям.

— Здравствуйте, приятного аппетита! — протараторила девушка, развернулась и практически телепортировалась к Илье.

Он с любопытным взглядом смотрел прямо на Настю.

— Вот. Возьми… те. — Она опять раскраснелась, подавая ему свой мятый листок. — Пишите в любое время.

И убежала.

«Зачем я сказала про любое время? Ну и тупица!»

Спустя некоторое время Илья исчез. Видимо, получив номер, он понял, что ему больше не за чем оставаться, и ушёл домой. «Или к своей девушке», — почему-то подумала Настя. Спустя ещё время она отошла на обед.

На экране мобильного высветилось уведомление от неизвестного номера.

moroZoV: «Улыбайтесь чаще! И напишите, как будет время поболтать ни о чём».

День стал чуточку лучше.

Глава 14

Солнечные лучи проникли в комнату, подсказывая Эвелине, что самое время вставать. Но ей этого не хотелось. Она укрылась одеялом с головой и снова вспомнила события последних двух дней. Вспомнила Ярослава. И то, как она поступила.

Она думала, что ей станет легче. После секса. Думала, что избавить мысли от Ярослава будет легко. Так же легко, как и закончить на его руках. Как же просто, как уйти в себя на следующий день. Так же, как рыдать два вечера подряд.

Но нет. Вся её сущность не планировала отпускать его. Ева не могла даже дышать, не думая о нём. О глазах, полных незаслуженной боли. О дрожащих пальцах, запирающих машину.

Да, в тот миг, когда щёлкнул замок, она решила, что поступает правильно. Если парень может себе такое позволить — он будет это позволять. Она знала это по себе. Дима… тоже нарушал её границы. Ему было плевать на её мнение, на чувства. Он прямо называл её своей собственностью и манипулировал.

Она хотела заставить себя решить, что Ярослав такой же. Что это только начало, и она молодец, что убежала, что оборвала всё. Но взгляд… Так смотрит только отчаянный. Будто, уходя, она забрала у него способность дышать. Будто он боялся, что это правда. Будто это происходило не в первый раз…

Потому она не могла считать его манипулятором. Да, они хорошие актёры. Да, она не может в самом деле залезть ему в голову. Но Ева просто видела: Ярославу больно.

Она плакала долго. От стыда, от вины, от боли. От желания снова почувствовать его губы на себе.

Яр не нашёл в себе сил появиться на парах. Её сначала это обрадовало. Она ужасно боялась, что если увидит его, то бросится извинятся. Она хотела. Очень. Была готова забыть обо всём, лишь бы он улыбнулся ей. Лишь бы снова обнял, подвёз до дома, завязал на ней шарф…

Ева проглатывала слёзы. Пропускала целые абзацы текста. Надеялась, что он придёт. Что они посмотрят друг другу в глаза и… вчерашний тупой, отвратительный, мерзкий, ненужный разговор между ними исчезнет. Но он не пришёл.

Алиса ошиблась: Евгений Геннадиевич даже не приближался к Эвелине. Они работали над другой сценой, во время которой педагог не смог бы скрыто полапать её. Они просто разобрали характер героини, обсудили её чувства и в целом Еве даже понравилось. И она почувствовала прогресс.

Только это не отменяло нечестное отношение Федотова к Яру.

Он оказался у дверей. Как и сказал в четверг вечером: «Поедем после твоего занятия с Федотовым. Я буду стоять под дверью, если что, говори как можно громче. И я вытащу тебя оттуда».

Яр был готов спасти её. Несмотря ни на что. Даже на открытую рану в сердце. Её было видно за километр. Ярослав никогда не держал руки в карманах в помещении. Возможно, Ева просто не замечала этого раньше, но взгляд…

Она не могла ничего сказать ему. Броситься извиняться? И что тогда случится с ней? Эвелина точно забудется в нём. Одно неловкое слово, и Ева потонет. Чувствует зависимость от его рук. А зависимость — плохо. От неё надо бежать.

И она убежала. Конечно, он догнал её. Спросил про занятие. Волнуется… Она вытерла о него ноги вечером, а Яр… пришёл. Губы дрожали. Она еле нашла в себе силы успокоиться. Ответила ему.