Зимний ветер освежал голову. Опустошал её. Эвелина дошла до какой-то скамейки в каком-то дворе, где она оказалась не пойми как, села на неё и вдохнула морозный воздух.

Вдох. Выдох.

Дело не в Яре. Не в сексе с ним. Дело только в чувствах Евы. Дело в её прошлом. В том, что сейчас февраль.

Стало грустно. Больно. Ева пыталась заново убедить себя в том, что идея переспать с Ярославом — хорошая. Но теперь она находила в ней только изъяны. С этими мыслями она вернулась обратно. Есть не хотелось. Впереди было фехтование.

— Ев, — произнёс знакомый голос.

Эвелина оторвала глаза от телефона, встречаясь взглядами с Яром. Он выглядел искренне обеспокоенным. Сердце Евы заныло: она не должна влюбляться. Но…

— Всё нормально? — спросил он.

Так осторожно. Так растеряно…

— Да… — Ева медленно покачала головой, любуясь этим выражением на лице Горного. Ева вдруг подумала, что ей вообще всё это мерещится. Все эти взгляды и эмоции…

— Ты уверена? — он подошёл ближе. Её сердце пропустило удар.

— Я… — Ева не могла подобрать слов. Да как вообще можно что-то подобрать, когда он так смотрит? Так, словно обнимает глазами, целует в лоб, укутывает в тёплое одеяло…

Эвелина таяла буквально на глазах. Она не могла ничего с собой поделать: отвратительно красив и заботлив.

— Всё нормально. Я просто плохо спала сегодня, — она натянула улыбку.

Он хмыкнул. Ничего не ответил.

Когда фехтование началось, Ева старалась не смотреть на то, как его чёрная футболка задирается, пока Яр перевязывает хвост. Она встала в боевую позицию. И вдруг вспомнила: она так и не выбрала бой.

Вскоре Александр Иванович сообщил планы пары: пока отрывок не выбран, «развлекаемся и не ревём, Эвелина, у вас ещё будет время найти подходящее произведение». Ева виновато кивала педагогу, а Яр едва сдерживал улыбку. Только задание было дано, как он подошёл к ней вплотную, наклонился и сказал шёпотом на ухо:

— Ты ужасно красивая, когда нервничаешь.

Он однозначно. Делает. Это. Специально!

Ева растерялась и не нашла, что ему ответить. Парень рассмеялся и добавил:

— Когда смущаешься ещё лучше.

Ева мгновенно вскипела и ударила его рапирой.

— Злая ты вообще бесподобна. Женился бы на тебе только ради того, чтобы видеть тебя злой.

Эвелина снова попыталась его ударить, но он отразил атаку.

Они переключились на задание. Разработали новый бой, вписывая тот самый приём с выбиванием шпаги, от которого неделю назад им пришлось отказаться. Но решили, что выбивать будет Яр.

Ева вновь подумала о том, что с первого их «тесного контакта» прошла всего неделя.

Горный полчаса шутил что-то про её взгляды и позы, заставляя её злиться и смущаться одновременно. Ярослава вообще будто не волновало то, что они, между прочим, здесь не одни. Ева с усердием отбивала нападения, отскакивала от рапиры, чуть ли не сбивала одногруппниц, и, наконец, с огромным усердием пялилась на него. То есть нет. Она совсем не смотрела на его сильные руки, на его красивые плечи, на виднеющийся из-под футболки пресс…

Последние несколько дней явно сказались на психике их обоих: Яр расслабился, а у Евы поехала крыша. Она хмыкнула.

Ярослав выбил у неё шпагу. Она отлетела в сторону. Стал наступать на Еву, а девушка — пятиться назад. «Споткнулась», упала на спину, продолжила отступать уже ползком. Наконечник рапиры остановился у её горла. Они замерли.

— Может, я попытаюсь ударить тебя, — Ярослав замахнулся и начал медленно опускать лезвие на неё, — а ты откатишься в сторону?

— Хорошо… — Ева медленно кивнула, отрывая глаза от кудрявого локона, выпавшего из причёски Горного.

Они отрепетировали связку заново, в конце которой Ева, откатившись, бросилась за своей шпагой (это они не обговорили), за что, видимо, получила укол рапирой в шею сзади.

— Замри, — произнёс парень. Она послушалась. Яр приблизился к ней, оказываясь прямо у неё за спиной. Горячее дыхание обожгло кожу выше ворота топа. Эвелина почувствовала, как жар разливается по её телу и повернулась к Ярославу.

Они встретились взглядами.

Голодными, требовательными, затуманенными.

Они даже не коснулись друг друга, но Ева вдруг ощутила просто непреодолимое желание поцеловать его. И по его глазам было кристально ясно — он хотел того же не меньше.

Эвелина попросилась выйти, чтобы немного охладиться (причину она, конечно, не назвала). Кровь громко пульсировала в висках, не давая девушке ничего слышать. В голове крутился только жадный взор Яра, который он бросил в сторону старосты, когда она выходила из кабинета.

С чего вообще вдруг в них вспыхнуло это… притяжение?

Обдумать вопрос Эвелина не успела: её грубо развернули за плечи, придавили спиной к стене и поцеловали.

Ева запустила пальцы в кудрявый хвост. Кусила одногруппника за нижнюю губу. Получила ответ тем же. Едва ли не застонала: пульсировало теперь у неё между ног.

Так же неожиданно, как страстные поцелуи начались, они и закончились. Ярослав оторвался от Эвелины, заглянул ей в глаза. На его лице читалось нарастающее практически животное желание… которое было идеальным отражением состояния Звёздной.

— Может, продолжим где-нибудь в другом месте? — спросил он хриплым голосом.

Ева нервно кивнула.

Глава 12

Спустя минуту они закрылись в последней кабинке женского туалета. Ярослав, не теряя драгоценное время, усадил Еву на подоконник, устраиваясь между её ног. Его пальцы сжали её бёдра, она шумно выдохнула, поднимая глаза на его лицо.

— Хорошо, что на окно наклеена эта штука, — произнёс Яр, кивая на плотную плёнку на стекле, не позволяющую увидеть улицу.

Они снова слились в поцелуе. Ярослав придвинулся ближе, прижимаясь к Эвелине. Через ткань лосин она почувствовала стояк и, не удержавшись, снова укусила его за нижнюю губу, передавая этим своё желание оказаться без одежды.

Блеск был окончательно размазан.

«Грёбанные презервативы у меня в шоппере, если он прямо сейчас не достанет один хоть из воздуха, я утоплю его в унитазе», — думала Ева, плавясь от возбуждения.

Яр отстранился, заглядывая ей в глаза. Она сглотнула ком в горле, увидев хищное выражение на его лице. Его ладонь поползла вверх, с силой сжимая бок. Ева еле удержала вскрик.

Остроты в это всё добавляло то, что в любое время в женскую уборную кто-то мог зайти. Поэтому они не церемонились. Надо было делать всё быстро.

Он облизал губы и поцеловал её в шею. Слегка сжал зубами кожу, получая заслуженный стон. Снова укусил, в этот раз ниже. Поцеловал там же. Стал быстро спускаться к плечу, спрятанному под облегающим топом с длинным рукавом.

Его ладони гуляли по её телу: гладили спину, сжимали рёбра, бока, бёдра, ляжки, ягодицы. В ответ на это Эвелина запустила пальцы под его футболку, проводя круговыми движениями по нижней части живота. Другая рука стянула резинку с волос Горного, освобождая пшеничные кудри, зарываясь в них ладонью, сжимая и разжимая пряди.

И всё это сопровождалось страхом быть обнаруженными.

Ногами она обвила его бёдра, прижимаясь к нему сильнее. Ярослав неожиданно отстранился. Его руки ушли с Евы, оказавшись на краях его же футболки. Спустя секунду он стоял с голым торсом.

О том, что их могли застать, она вдруг позабыла.

Ева мгновенно покраснела. Дышать стало сложнее. Он отбросил футболку на бочок унитаза и вновь приблизил голову к Эвелине, едва касаясь губами её губ и прошептал:

— У тебя есть только один шанс остановить меня.

Ева не придумала, что ему ответить. Почувствовала головокружение. Молча сглотнула, глядя в голубые глаза, такие необычные в данный момент: радужка стала темнее, превращая светлое небо в замёрзший Байкал.

А казалось, что в такие моменты, о цвете глаз думать некогда…

Ярослав не стал ждать, пока она налюбуется им и молча стянул с неё верх, открывая взгляду элегантный чёрный спортивный топ. Еве было жарковато в нём заниматься, однако восторженное лицо того стоило: Яр замер на несколько секунд, рассматривая кружева, будто пожирая глазами то, что было под ними спрятано.