— Йоханн, смотри! — пискнула девочка, когда сверху в полумрак ворвался сноп света, осветив каменную винтовую лестницу, по которой я карабкалась. — Ты же говорил, Смерть ушел.

— Так и есть, — ответил мужчина. — Видишь, его косы нет в руках статуи.

— Эй? — позвала я, когда добралась до вершины лестницы, в самый момент перед тем, как высунуть голову в огромный куполообразный зал. В самом его центру за письменным столом сидел пожилой мужчина в знакомом макдаковском козырьке, а на его плече восседал огромный и великолепный ворон. Рядом с ним стояла босая, рыжеволосая и остроухая малолетка в костюме феи. У ее ног лежал старинный фонарь, его стекла светились ярко-зеленым светом, который искрами взметнулся при моем появлении. И хотя фонарь покачивался и гремел, ни девочка, ни мужчина, ни птица не обращали на это никакого внимания.

Вместо этого они просто уставились на меня.

— Ого! — Девочка уперла руки в боки. — А ты симпатичная, да?

— Я же говорил, — кивнул в мою сторону ворон, выдавая себя за источник третьего голоса-щебетания. — Грим, Грим поймал красивую птичку. Самая странная вещь на свете.

— Я… Хелена, — представилась я, отчего на губах у девочки появилась усмешка.

— Добро пожаловать, Хелена, — произнес мужчина, и его голос мягко разнесся под сводами огромного зала. — В Священные Залы.



23 ЖНЕЦ

Раскат смеха прорезал тишину, пока я шагал по коридору, ведущему к Бассейнам, и этот высокий, легкий звук мгновенно заставил меня насторожиться.

Я распустился и вновь собрался воедино в клубящемся черном тумане посреди зала Бассейнов, и мой взгляд сразу же нашел обладательницу этого смеха — именно ту женщину, на которую я и думал.

Хелена.

Испугавшись моего появления, Плуто каркающе закричал и панически взмыл со своей жердочки. Он пролетел мимо Хелены, стоявшей посреди комнаты с видом человека, ничуть не смущенного всеобщим вниманием, в компании Флоры и Йоханна — единственного из всех троих, кто не растерял улыбку от моего внезапного появления.

— Ах, Жнец, — произнес Йоханн, — мы как раз тебя ждали.

Ждали… меня?

Сделав круг почета под куполом, Плуто вернулся к Йоханну и опустился на его плечо.

— Грим дома. На этот раз он один.

Мой взгляд метался между ними, пока я лихорадочно пытался сообразить, что ответить на этот совет в сборе. Как Хелена выбралась из моих апартаментов? О чем они тут все болтали так непринужденно, словно проводили гребаное заседание кафедры? И почему она просто так стоит здесь на виду? А что, если вернется Седрик?

И Йоханн…

— Где ты раздобыл эту кепку? — прорычал я, указывая на него костлявым пальцем.

Козырек, который он носил — я видел его вчера. На голове Брайса.

— Флора принесла мне ее из «Мак Дональдса», — ответил Йоханн. Он указал на эмблему на головном уборе. — Казалось бы, желтая буква М должна была выдать ее с головой. Она еще и «МакФлурри» захватила.

— Пришлось готовить самой, — буркнула Флора, — раз уж персонала на месте не оказалось. Вы с Седриком знатно постарались, разогнав всех из этого заведения.

Мой взгляд снова запрыгал между ними: от Йоханна к Флоре, от Флоры к Хелене, а затем вниз на фонарь Флоры, который ярко-зелено вспыхивал. Он содрогался и дребезжал, выбивая дробь о мраморный пол — гулкое эхо отражалось от купола и металось обратно, пока Флора не пнула фонарь ногой.

— Заткнись, скользкий ты негодник, — проворчала фея, что было весьма странно по отношению к ее обычно трепетным постояльцам. Чью же душу она теперь прятала в этом фонаре? Точно не детскую. Детские души были меньше, похожи на светлячков.

— Что это все значит? — потребовал ответа я, хотя уже догадывался о многом. — Что здесь происходит?

— Хелена придумала план, — заявила Флора, уперев руки в боки в манере Питера Пэна.

План? Какой еще план? Для чего?

— Думаю… это хороший план, — произнесла Хелена, и ее слова повергли меня в шок. — Если… мне вообще позволено говорить.

Она не злилась. Еще мгновение назад она даже смеялась.

Это не имело никакого смысла. Она сама по себе не укладывалась ни в какие рамки.

— Как ты выбралась? — бросил я ей, оглядываясь на открытый проход в мои владения, и мой голос прозвучал куда грубее, чем планировалось.

— Я… разгадала загадку замка, — ответила она.

Замка? Должно быть, она имела в виду, что сдвинула одну из моих кос, и это действие каким-то образом открыло дверь. Я не учел такую вероятность. Да и как мог, если до сих пор считал себя единственным существом на свете, способным проникать в мои покои? Или прикасаться к моим косам.

Судя по всему, хотя посторонние не могли войти внутрь, выйти они вполне были способны.

Или, может быть, Хелена каким-то непостижимым образом… отличалась от всех остальных?

— Седрик охотится за ней. — Я выпалил это прямо Йоханну. Возможно, втайне надеясь на его помощь — на помощь Хелене.

Раньше я был так уверен, что разжег его гнев, действуя под влиянием импульсов и отчитывая его. Может, он больше не злился. Может, он и не злился никогда. Иногда его было труднее прочитать, чем даже меня. Как бы то ни было, мне было нужно, чтобы он услышал меня в этом вопросе. Флоре — тоже.

Хелена не должна была находиться нигде вблизи Седрика, который должен был вернуться в любой момент.

Если только…

— Расслабься, — сказала Флора прежде, чем Йоханн успел ответить. — Мы с Плуто совершили вылазку в твой «Макдоналдс» и подобрали этого назойливого тирана.

— Мы положили картошку фри в пакет, — изрек птиц.

Флора подняла фонарь, который покачивался на петле, и зеленый свет внутри потрескивал, словно от недовольства и, вероятнее всего, ярости, подтверждая мои подозрения насчет единственного обитателя фонаря.

— Заодно прихватила новый головной убор для Йоханна.

— Он столь часто безупречно причесан, — добавил Плуто.

— Эта леди. — Йоханн сделал паузу, чтобы жестом указать на Хелену. — Она появилась из твоих покоев меньше часа назад. Но этого времени хватило, чтобы она объяснила то, что я уже подозревал. Что поведение Седрика стало… не джентльменским.

— Мягко говоря, — произнесла Хелена сквозь фырканье, которое она тут же подавила, как только снова привлекла мое внимание.

— Это была идея Йоханна — припарковать его на время, — проговорила Флора, снова швыряя фонарь обратно — грубо. — Когда ты сказал, что убил Седрика и оставил его, Йоханн послал нас поймать его душу до того, как она успеет вернуться в тело. Пришлось немного погонять его за ним, и он определенно оказал сопротивление, но Плуто помог мне его скрутить. Справились с задачей как раз в тот момент, когда они застегивали мешок для трупов.

Флора заполучила душу Седрика? Драка в ресторане, должно быть, как-то ослабила мага. Или же птица Йоханна была сильнее, чем казалось. Иногда эта птица заставляла меня задуматься…

Как бы то ни было, я был рад, что ее погоня отвлекла Седрика настолько, что он не смог воссоединиться со своей земной оболочкой.

А это означало, что в данный момент труп Седрика, скорее всего, находился обратно в ящике морга. Возможно, даже в том же самом морге или даже в том же самом ящике. Власти хотели бы предположить, что у их неопознанного тела был однояйцевый близнец, но к такому выводу было бы трудно прийти, учитывая, что теперь первоначальное тело отсутствовало. Насколько я понимал, у Седрика также было изрядное количество опознавательных шрамов, включая тот жестокий на его шее.

Сколько пожаров я мог устроить и оставить пылать, пока кто-нибудь из Немногих не явился бы, чтобы записывать имена и разбивать черепа? Мой череп.

— Ты будешь рад узнать, что леди Хелена теперь понимает тонкие детали своей ситуации, — сказал Йоханн. — Мы с Флорой взяли на себя смелость подробнее рассказать о том, что такое Обреченная Душа. Она упомянула, как ваш разговор на эту тему был… прерван нашим местным магом.