— Иди сюда. — Тяну за руку и сгребаю в объятиях. Ей неудобно лежать, зато мне хорошо. — Давай поговорим…

— Ого. Вот это что-то новенькое. Матвей Молотов решил поговорить. Чудеса, — язвит. Она без этого не может. Сама меня провоцирует, а потом строит оскорбленную невинность.

— Все? Ты закончила?

— Ага. Давай говори теперь ты.

Что за тон такой у нее сегодня? Командирский.

— Поехали со мной? — сказал и сам замер. Слова вырвались раньше мысли. На днях и намека на это не было, а сейчас боюсь отказ получить.

— Куда?

Конечно, ей нужны все мельчайшие подробности. Дотошная айтишница, чтоб ее.

— Ко мне. Ты же знаешь, что я живу в другом городе. Мне нужно домой, и я хочу, чтобы ты со мной поехала.

— Чтобы под рукой была? Чтобы по щелчку пальцев трахать, когда приспичит?

Так и думал, что так скажет. Не так жестко, но наподобие. Знал наперед. Но есть в ее словах и доля правды.

— Не в сексе дело, Лер. Хотя нет, в нем тоже. Хочу заниматься с тобой сексом все время, это плохо?

— Не знаю. Я новичок в этой игре.

— Хм, новичок ты мой, — улыбаюсь от фраз ее замудренных.

Знала бы, как для меня ценно то, что она новичок. Что в ней нет вот этой всей столичной грязи.

Сильней к себе прижимаю и легонько пальцами по спине провожу. Реагирует тут же. Лопатками дергает и ко мне жмется.

Сука, как же это приятно.

— Я учусь в институте…

— Я знаю. — Разве это проблема? — Но сейчас у тебя каникулы. Поехали со мной, а там посмотрим.

— С чего бы? — Миллион вопросов.

— Что с чего бы?

— С чего такое приглашение? Ты еще вчера говорил совсем другое, а сегодня вдруг раз — и с собой зовешь.

В тупик ставит. Задумался. В мыслях своих брожу, но там бардак. Нет прежнего порядка, потому что эта девчонка меня напрочь выбила из привычного образа жизни.

Вот где я сейчас?

В ее квартире, голый, лежу, и, кажется, ничего приятнее в жизни я еще не испытывал.

Связался на свою голову…

— Да мне тут историю одну рассказали, и я как-то проникся. Решил, что только я тебя буду по жопе шлепать.

Отец умеет на путь истинный указать. Он всегда жесткие примеры мне показывал. Так и тут. Про Лерку ляпнул, а у меня теперь в голове стоит картина, как какой-то урод ее за жопу…

Даже думать об этом не хочу. Моя она. Вся моя. И больше никто к ней никогда не притронется.

— Не поняла? — Конечно, нет. Но я ей потом как-нибудь расскажу. Не сегодня.

— Да не бери в голову. Давай спать? Я что-то задолбался так сегодня. А тут ты, теплая и сладкая. В сон клонит, — говорю медленно. Глаза уже закрыты давно, и ей я отвечаю на автомате. На последних крупицах сознания слова держатся.

— Я в душ хочу.

— Утром, Лерка. Все утром…

Глава 50

Я отказала Матвею. Не в целом, в этот раз. Ему нужно было слетать домой, по работе дела, а я осталась.

Подумала, что нам нужно время. Мне нужно. Хочется все обдумать как следует. Да и пять дней не срок.

Он звонит…

Все время звонит и пишет сообщения. И от каждого его сообщения я начинаю светиться, я это чувствую.

Каждый его звонок — это долгожданный глоток воды в засушливую погоду. Но это еще не все.

У меня вдруг поселился какой-то страх в груди. Такой маленький, будто только что зародившийся. Я стала переживать за него…

Он не со мной, и мне страшно. Не могу объяснить свое состояние. Я тревожусь, боюсь, нервничаю.

К черту паузу. К черту «надо подумать». Я хочу, чтобы Матвей был здесь. Сейчас, завтра, всегда.

— Я за тобой Мишу отправлю, ладно? — голос Матвея в трубке звучит глухо и устало.

— Не успеваешь?

— Поздно выехал. Еще и в пробку на выезде встряли намертво. Приеду к банкету, может, чуток опоздаю.

— Хорошо, — соглашаюсь и застегиваю сережку на правом ухе. Мамин подарок. Да, на мне сейчас все — мамин подарок. От серег до кружевных трусов под этим платьем. Все это мы с ней купили на нашем последнем шоппинге.

— Хорошо? Лер, это точно ты? А как же тридцать три предъявы?

— Я знаю, что ты устал и торопишься, поэтому я не лезу к тебе. И я благодарна, что ты не стал втягивать маму.

— Пока не стал. Мы договорились, что на юбилее я не буду устраивать скандал, но после…

— Тише, не порти мне настроение. Давай приезжай, я соскучилась, — говорю ему и ощущаю смущение.

Да сколько можно? Почему меня до сих пор оно не отпускает. Я ему и не такое говорила по телефону за эти пять дней, а тут какое-то «скучаю» в краску меня вогнало.

Смотрю на себя в зеркало и вижу, как щеки порозовели.

— Мчу на всех парах. Взять у Миши наручники?

— Бери. Ими я тебя прямо к кровати и прикую.

— Договорились. — Слышу усмешку и тут же: — Я тоже соскучился, через два часа увидимся.

— Пока.

Сбрасываю, и снова переживания чувствовать начинаю. Но по другому поводу. Сегодня вечером Матвея ждет такое…

А если он на меня обидится? Если разозлится и психанет? А если он вообще уедет?

Может, зря мы все это затеяли? Зря лжем ему? Может, я зря лгу?

Миша приехал на двадцать минут раньше запланированного времени. Так и было задумано.

Дорога до дома Молотова-старшего прошла в тишине. В машине играет какая-то музыка, но я не слышу, о чем поют в песнях.

Я думаю…

Постоянно думаю, рассуждаю, строю логические цепочки и разбиваю их вдребезги о собственные эмоции. Мои чувства к Матвею не описать логикой или алгоритмом. Это что-то неожиданное, случайное, необъяснимое. Что-то, что никак не вписывается в реальность. Вероятность была мала, но так вышло.

Машина остановилась у дома Молота-старшего. Миша открыл дверь, и вот я на улице.

Сегодня здесь все иначе. Не так, как в прошлый раз, когда я была тут с Матвеем. Освещение приглушенное, машин нет.

С первого взгляда кажется, что дом давно погружен в сон, но это обманка.

Прохожу по тропинке, чуть цокая каблуками по чистой брусчатке, и в дом. Быстро по коридору и в банкетный зал. А тут…

Один стол посреди этой огромной комнаты. Светло, но не сильно, негромкая музыка и пахнет цветами. На моей кухне пахнет так же. Цветами, которыми Матвей меня задарил, буквально.

Медленно иду к столу, за которым сидит Михаил и моя мама. Вот же она вырядилась. Впервые вижу ее такой… такой… хищной.

Белый брючный костюм, волосы собраны в тугой, безупречно гладкий пучок, неброский макияж с нежно-розовой помадой. Ну чисто невинность во плоти, честное слово.

А я ее противоположность сегодня.

На мне надето черное платье на тонких бретелях. Оно плотно прилегает к телу, подчеркивая изгибы фигуры. Скромное декольте и копна распущенных волос.

— Добрый вечер, — здороваюсь я с родителями и присаживаюсь на стул.

— Здравствуй, Лерочка. Ты как раз вовремя. Матвей вот-вот должен приехать.

— Хорошо, — соглашаюсь и опускаю глаза. Я нервничаю.

— Лер, — зовет меня мама, и я встречаюсь с ней взглядом. Думала, она сейчас что-то скажет, но она молча мне подмигнула.

Надо же, просто подмигнула.

Наступила короткая пауза, но Михаил вдруг взял разговор в свои руки и начал рассказывать нам истории. Смешные, из детства Матвея, и мама быстро подхватила его настрой.

Сижу, смотрю на них и не понимаю, когда они так хорошо спеться успели. Смеются, болтают, будто меня и нет. Будто у них свидание. Господи, только бы они не спелись окончательно…

Полчаса спустя Миша сообщил, что приехал Матвей, и я встрепенулась. Нет, мне все еще хочется убежать и спрятаться в своей квартире, но я не бегу. Я ждала сегодняшний вечер. Боялась, но ждала.

Я хочу, чтобы между нами с Матвеем больше не осталось никаких тайн и секретов. Если мы решим с ним попробовать, я хочу, чтобы все было честно, искренне. Чтобы никакой лжи больше.

Поворачиваю голову и вижу, как в зал заходит Матвей.

Его походка уверенная, сильная, немного грозная. До момента, пока он не видит всех присутствующих. Точнее отсутствие гостей и нас троих за единственным столом в этой комнате.