— Позвольте сказать вам, тренер, — произнесла я, стараясь скрыть истерику в голосе, — ни один восьмидесятилетний старик не сможет через это пройти. Пожалуй, вам придется пересмотреть результаты своих тестов.

На этот раз я заставила его рассмеяться, и от бабочек в животе и искр в венах я чуть не перелетела через первое же препятствие.

— Ты их тоже еще не прошла, — сказал он, бросив на меня последний насмешливый взгляд, — так что я бы не стал пока сбрасывать годы со счетов.

Ах да. Точно.

Он провел меня дальше вглубь здания и остановился перед рядом черно-белых шин, разложенных по земле.

— Начало здесь. Тебе нужно будет перемещаться между этими препятствиями, не касаясь земли. Прыгай с шины на шину и переворачивай те, что лежат слишком далеко.

— Просто перевернуть шину, — сказала я, и сарказм пришел на помощь моему недоверию. — Легко. А что, если я просто пронесу одну на спине через все препятствие, чтобы использовать по мере необходимости?

Слэйд даже глазом не моргнул.

— Можешь брать с собой все, что сможешь унести.

Я вскинула руки и уступила ему еще одно очко.

— Я же пошутила. Эти штуки, должно быть, весят тонну.

— Одну целую две десятых, если быть точным. Какой вес ты можешь поднять?

О богиня. Он еще и заставит меня тягать железо? Нет. Нет.

Не проронив больше ни слова, я бросилась к шинам, с облегчением отметив, что не упала и не споткнулась на первых нескольких. На втором участке, где шины лежали дальше друг от друга, мне пришлось их переворачивать, чтобы двигаться дальше. Вот только я не смогла сдвинуть с места тяжелый резиновый круг. Ни на дюйм от земли.

— Вложи в это всю спину! — проревел Слэйд. Самодовольный ублюдок.

— Я вкладываю в это все свое гребаное тело! — крикнула я в ответ и услышала, как ветер донес до меня тихое ругательство, которое я по-взрослому решила проигнорировать.

Решив, что это глупо, я быстро сдалась и стала прыгать по искусственной траве между шинами, втайне показывая Слэйду средний палец при каждом прыжке. Он никак не мог увидеть этот жест, но мне от этого стало чуточку легче.

Следующим препятствием после шин была отвесная стена со свисающей веревкой для подъема. Когда я схватилась за канат, это показалось довольно простым, и я понадеялась, что хоть раз мое легкое телосложение сослужит мне добрую службу. Вот только оказалось, что втаскивать вес собственного тела на стену не так-то просто, как кажется. Кто бы мог подумать…

Исключительно силой воли я добралась до середины, прежде чем у меня затряслись руки. Блядь. Блядь, блядь.

Рискнув взглянуть вниз, я начала прикидывать, как бы безопаснее упасть и приземлиться с минимальными травмами.

Наконец Слэйд крикнул:

— Преодолей боль и усталость, Эммелин.

Его голос звучал ближе, словно он подошел и встал рядом со мной. Мысль о том, что я могу упасть прямо перед ним, вызвала прилив энергии, который подтолкнул меня вперед. Заставляя себя подтягиваться раз за разом, закрыв глаза и бормоча что-то сквозь боль, я действительно добралась до самой верхушки.

Повиснув на узком уступе, я жадно хватала ртом воздух, мысленно празднуя свою способность справляться сегодня с трудностями. И все испортил чертов Слэйд Риверсон.

— Не задерживайся, Снежок, — крикнул он.

Когда я попыталась отпустить стену, руки отказались мне подчиняться, и я с большой неохотой крикнула:

— Кажется, я застряла.

Ожоги от веревки на руках уже заживали, так что, если я повишу здесь еще несколько минут, сила в руках наверняка тоже вернется. Снизу донесся тихий хриплый смех, и я чуть не свалилась со стены, когда рядом со мной приземлилось огромное тело.

Приземлилось рядом со мной…

— Что это за олимпийский прыжок в высоту? — Я посмотрела вниз в поисках еще одной веревки, но там ничего не было. — Ты… ты что, запрыгнул сюда?

Он покачал головой, словно я сказала какую-то глупость. Это ты ведешь себя глупо, дружок.

— Ты оборотень, — сказал он, и его ноздри раздулись. — Ты должна быть способна превзойти любого человека в мире в любой олимпийской дисциплине. Тебя не беспокоят твои слабости? Даже малейшая уязвимость может быть использована против тебя.

Поудобнее устроившись на стене, чтобы унять боль в ребрах, я ответила:

— Наверное, меня это должно беспокоить, но, честно говоря, мне годами удавалось выживать без всяких особых мышц или навыков. Я не росла среди оборотней. Я почти никогда не выпускала свою волчицу, и из-за этого я слабее. Я не собираюсь извиняться за то, что мне пришлось сделать, чтобы выжить.

Он склонил голову, и я проигнорировала узел в животе, который скручивался всякий раз, когда его пытливый взгляд препарировал меня.

— Справедливо, — наконец сказал он, и его голос прозвучал мягче. — Но это не значит, что мы на этом остановимся. Я сделаю тебя сильнее и научу, как справляться с твоими трудностями в чтении. Благодаря мне эти две сферы твоей жизни станут лучше. Это обещание.

Он прижал руку к груди, и я нисколько не сомневалась, что в тех редких случаях, когда этот дракон давал клятву, он ее сдерживал. Невзирая на цену.

— Только… — выдохнула я, — постарайся не убить меня по пути.

В ответ на это он прошелся по верху стены, словно по ровной земле, подхватил меня с моего шаткого места и спрыгнул вместе со мной с тридцатифутовой высоты.

— А-а-а! — кричала я всю дорогу вниз, готовясь к удару.

Хотя можно было и не утруждаться.

Слэйд поглотил всю силу удара и приземлился так, будто спрыгнул со стены высотой в пару футов.

Когда он поставил меня на ноги, я заметила, как напряглись мышцы вокруг его глаз — неприязнь к прикосновениям ударила по нему с такой силой, что это отразилось на его лице.

— Пора оценить твои боевые навыки, — резко сказал он, уже отходя в сторону.

— У меня нет никаких боевых навыков! — крикнула я ему вслед, ковыляя за ним на протестующих ногах.

Упрямый дракон. Ему придется узнать это на собственном горьком опыте.

Или… мне.

ГЛАВА 45

ЭММИ

Мускулистые бедра, обтянутые синими спортивными шортами, возникли в моем затуманенном поле зрения, когда Келлан опустился рядом с моим изломанным телом. В руке у него был большой черный кейс, который он поставил рядом с собой. На его лице читалось озабоченное удивление.

— Крошка, ты ведь в курсе, что валяешься в сугробе?

— Умф, — булькнула я, не в силах внятно вымолвить ни слова после боевых упражнений Слэйда. Мы, черт возьми, работали только над стойкой и техникой, а я все равно была почти мертва. За все это время мне так и не удалось даже прикоснуться к оборотню, а он умудрился уложить меня на задницу несколько раз с помощью всего лишь пары коротких касаний через одежду. Что было одновременно и облегчением… и досадой.

Часть меня отчаянно хотела испытать, каково это — прикоснуться к нему впервые без всякой на то причины. Почувствовать его кожу под своими ладонями, потому что он сам этого хочет, а не потому, что мне нужна помощь или меня нужно «исправить». Но, похоже, такими темпами этому никогда не суждено случиться. И моё глупое благоговение перед драконом-оборотнем ничуть не уменьшилось после того, как он надрал мне задницу на тренировке. Если уж на то пошло, стало только хуже.

— Снег помогает, — сумела выговорить я, наслаждаясь тем, как прохладная талая каша облегчает боль в мышцах.

— Хочешь перекусить, прежде чем мы перейдем к следующему раунду? — спросил Келлан, и я не упустила дрожь в его голосе, когда он пытался не рассмеяться надо мной. Не дожидаясь ответа, он подсунул руки мне под мышки и поднял мое обмякшее тело с земли. — Рискну предположить, что перед моим уроком потребуется небольшой заряд энергии.

— Слэйд пошел за едой, — пропыхтела я, мотая головой, чтобы не закрыть глаза. Недостаток сна тоже не улучшал ситуацию. — У меня даже веки болят, Золотой. Не позволяй ему снова меня тренировать. Умоляю тебя.