Уоррик, который благоразумно держался в стороне, нерешительно произнес:

— Совет ждет нашего отчета, когда мы вернемся. Стая Роджерс и любая ведьма, работающая с ними, заплатят за это.

Хантер подтвердил его слова коротким кивком и оглядел улицу. Мы были не на главной дороге, но в окнах ближайших домов виднелось несколько любопытных лиц. Слухи разнесутся быстро — стая Ривз была известна на весь мир, и никакие цифровые чистки Слэйда не смогут полностью замять эту историю.

— Нам нужна одежда для Эммелин, — сказал Финли, обращаясь к Джулс, когда та выкарабкалась из машины.

Хотя он, без сомнения, просто не хотел видеть меня голой, было очень заботливо с его стороны вообще подумать обо мне. Лицо Джулс оставалось бледным, а подергивающийся уголок глаза выдавал ее недовольство.

Она взмахнула рукой, и разорванные клочки моей одежды восстановились, став чистыми и новыми, и аккуратно сложились на сиденье. Я решила подождать с переодеванием до самолета, в основном потому, что у меня больше не было прокладок. В зверином обличье кровь пахла не так сильно.

Подойдя ближе к Келлану, я со скулением нежно лизнула его щеки. Как бы я хотела, чтобы это он обратился и порвал свою одежду, а я лежала без сознания.

Моя жизнь не стоила и гроша по сравнению с жизнью этого альфы — миру нужно больше таких, как Келлан.

Мне нужен был мой Келлан.

Может, это и не было ее прямой виной, но в своей сути все ведьмы были из одного теста, так что я не испытывала к Джулс ни капли сочувствия. Ей лучше придумать, как исцелить Келлана, иначе Хантер станет наименьшей из ее проблем.

ГЛАВА 11

ЭММИ

Полет до Голден-Кло занял пять часов. Я никогда раньше не летала на частном самолете и была бы в восторге от возможности исследовать невероятный джет стаи Ривз, если бы не тот факт, что один из моих любимых оборотней во всей вселенной был ранен.

Хантер уложил Келлана в отдельной спальне в хвосте самолета, а я отказалась отходить от него ни на шаг. Всю дорогу я лежала рядом и что-то шептала ему.

Я понятия не имела, слышит ли он меня, но мне было необходимо, чтобы он знал — он не один.

В конце концов усталость взяла свое, и я задремала, держа его за руку. Очнулась я, лишь когда кто-то поднял меня с кровати.

— Нет, — пробормотала я, когда моя рука выскользнула из ладони Келлана. — Келлан.

Меня окутал насыщенный кофейный аромат, когда Хантер прижал меня к своей крепкой груди, проведя носом по моей щеке.

— Келлан прямо здесь, с нами, — прошептал он. — Можешь спать, мы проследим, чтобы он оставался рядом.

Изнеможение и успокаивающий запах Хантера снова утянули меня во тьму. Я была спокойна, зная, что этот альфа держит свои обещания.

Когда я проснулась снова, то была в панике, боясь, что пропустила какие-то новости. Учащенное сердцебиение замедлилось, как только я почувствовала знакомое тепло альфы рядом. Келлан выглядел так, будто просто спал, его прекрасное лицо было безмятежно. С него сняли всю броню и оружие, оставив лишь в простой белой рубашке. Когда я прижалась к нему на кровати, было трудно поверить, что он пострадал от какой-то магической атаки.

Они должны были придумать, как его спасти. Другого варианта не было.

Спазм в животе напомнил мне, что у меня всего лишь второй день месячных. Я опустила взгляд, надеясь, что не испачкала всю кровать, и заметила, что кто-то подложил под меня полотенце.

Без сомнения, Хантер. Для властного альфы он был на удивление заботлив.

Наклонившись, я прижалась губами к щеке Келлана.

— Я здесь, с тобой, Золотой мальчик.

Я прошептала ему это уже в сотый раз и собиралась повторять, пока ведьма не найдет способ его исцелить. У любой магии была своя цена и контрзаклятие, но она работала в условиях ограниченного времени. И это меня ужасало.

— Мне не следовало ее убивать.

Я резко повернула голову и увидела Слэйда, развалившегося в огромном кресле в углу и вытянувшего свои длинные ноги. Черт. Каким образом я умудрилась не заметить гигантского оборотня, просто сидящего здесь?

Его лицо было бесстрастным, пока он наблюдал за нами, но глаза пылали.

— Ты, вероятно, спас всем нам жизнь, — напомнила я ему срывающимся голосом. — Ты не сделал ничего плохого.

Выражение его лица не изменилось.

— Мой первый инстинкт — это всегда насилие. Дракон решает наши проблемы смертью и разрушением, и теперь Келлан страдает из-за моей неспособности найти другой путь.

Я села, оставив одну руку на груди Келлана, а другой похлопала по кровати рядом с собой. Слэйд нахмурил брови, словно не понимая, чего я от него хочу, но я не настаивала. Я дала ему время.

Когда он встал, комната словно сжалась вокруг него, и я поразилась тому, как этот огромный, до жути пугающий оборотень наконец-то показал мне частичку своей уязвимости. Я начинала понимать истинный разлад между Слэйдом и его драконом и задавалась вопросом, не было ли это отчасти причиной его холодной, расчетливой потребности контролировать мир вокруг. Может, все это было лишь способом справиться с внутренним хаосом, который он не мог унять?

А может, я просто возомнила себя псевдо-психотерапевтом и мне стоит вернуться к подаче напитков в «Луксурии».

Когда Слэйд сел, он сохранил небольшое расстояние между нами, но мы были достаточно близко, чтобы я чувствовала его тепло. Это напомнило мне о его успокаивающем присутствии в тюремном доме и о том, как он спас наши жизни, когда этот дом взорвался. А потом снова — с ведьмой.

— Это не твоя вина, — повторила я, на этот раз тверже. — Как я уже говорила Хантеру, когда он убил Джонса, если твой инстинкт — защищать свою стаю, а была огромная вероятность, что та ведьма могла использовать смертельную магию против всех нас, то ты поступил правильно, уничтожив ее. Ты защитил нас и принял трудное решение, чтобы остальным не пришлось этого делать.

Взгляд Слэйда был напряженным, он словно поймал меня в луч зеленого света. Я не могла отвести глаз, изо всех сил пытаясь передать все свои чувства.

— Ты не монстр, Слэйд Риверсон. Ты защитник. Твой дракон спас нас от взрыва. Не говори мне, что это не был чистый инстинкт. Даже ты не смог бы все продумать и среагировать так быстро.

Он склонил голову набок и поднял руку. Я ощутила легчайшее прикосновение к своей щеке, и мои глаза невольно закрылись. Я услышала шепот: — Спасибо. — Когда я снова открыла глаза, Слэйда уже не было, остался лишь его запах. Его запах и ощущение — надежда, — что, возможно, я наконец-то до него достучалась.

Даже в моем одурманенном состоянии мочевой пузырь напомнил, что мне нужно в ванную. Нежно проведя рукой по груди Келлана, я спустила ноги с кровати и, прихватив с собой испачканное полотенце, направилась к выходу. Я не обратила внимания, в какой мы комнате, но, оглядев светло-голубые стены, одна из которых была полностью увешана оружием, и почувствовав карамельный аромат, я поняла, что это комната Келлана.

Я и понятия не имела, что он так увлекается оружием, и мне было больно от того, как мало времени мы провели вместе. Столько всего еще предстояло узнать… Мне нужно было больше. Мне нужна была вечность.

Когда я двинулась в сторону его ванной, я услышала шаги, а за ними — запах Финли. Я замерла, крепче сжимая полотенце и раздумывая, поспешить ли мне уйти или остаться на месте. В конце концов, я позволила Финли самому решить, чего он хочет.

Он застыл в дверном проеме, и его сокрушенный взгляд впился в меня, пока я топталась на месте, истекая кровью. В конце концов мое терпение лопнуло.

— Я собираюсь в душ. Можешь побыть с Келом? Не хочу, чтобы он оставался один.

Он ответил низким, медвежьим рыком, а затем что-то промычал. Ах, прелестно.

— Отлично, спасибо.

Я заставила себя спокойно обойти кровать и направиться к выходу. Ноги болели — последние несколько дней сказались на моем теле. Хотя на самом деле все началось еще раньше, если считать первую попытку похищения. Или то, как меня притащили в Голден-Кло и я встретила своих пар по запаху…