— Я маленькая, мне еще расти надо! — с набитым ртом пропыхтела в ответ Вика.

— А как же вред ночного перекуса? — пробормотал я, но мои слова были полностью проигнорированы.

И все же я широко улыбался, наблюдая за этой сценой. Ровно через полторы минуты большая керамическая чаша оказалась вычищена до зеркального блеска. Девочки не оставили вообще ничего — ни крошечной капли бульона на донышке, ни самого маленького кусочка лапши на стенках.

Юля откинулась на спинку стула и отрешенно уставилась в потолок:

— Слишком хорошо и слишком мало. Вся моя прошла жизнь не имела смысла.

Вика тем временем аккуратно промокнула губы салфеткой и подняла на меня абсолютно ясный, серьезный взгляд:

— Максим.

— Да, госпожа финансовый директор? — хмыкнул я.

— Для чистоты эксперимента ты обязан это повторить. Ты должен приготовить еще.

— Точно-точно! Еще две… нет… четыре порции! — Юля тут же оживилась.

— Хорошего понемногу, — с улыбкой я покачал головой. — Тем более у меня больше нет продуктов. Разживусь еще, приготовлю.

— Прискорбно, — тяжело вздохнула Вика, снова прижимая к груди свой блокнот. — Не передать словами то разочарование, что наполняет моё сердце.

— Так, дегустаторы, марш по кроватям, — скомандовал я, забирая пустую посуду и ставя ее в раковину. — Поздно уже.

Юля лениво поднялась, подошла ко мне и легонько ткнула кулаком в плечо:

— Ты главное в следующий раз обязательно позови. Иначе я на тебя сильно обижусь. И вообще, давай я хоть посуду помою, раз уж мы тебя объели.

— И я помогу! — Вика тут же подскочила. — Ммм, Максим, ты только меня тоже позови, когда готовить будешь.

— Без проблем. Как только, так сразу. — я, посмеиваясь, смотрел, как сестры быстро управились с посудой. Пока Юля отмывала тарелки и сковороду, Вика протирала их сухим полотенцем.

Затем, снова стребовав с меня клятву обязательно позвать их на следующую дегустацию, сестры тихо ушмыгнули на второй этаж.

Я постоял в кухне еще немного, и вскоре тоже вернулся к себе в комнату.

Эксперимент дал потрясающие результаты.

… По словам очевидцев.

Апгрейд органики прошел чисто, предсказуемо и практически не потребовал расхода драгоценной жидкости. Конечно, речь шла только о том, что я очень хорошо понимал на структурном уровне.

Это открывало колоссальные перспективы, и кулинария по сравнению с остальным была лишь невинной шалостью. Особенно привлекательно выглядел Апгрейд живых органических тканей.

Например, я мог бы улучшить собственное тело.

Сжатая Аура перегрузила организм, но что, если мои мышцы, кости и сухожилия будут намного крепче? И кто сказал, что после первого Апгрейда, я не могу сделать еще один? Стану ли я сверхчеловеком даже без нового ранга ядра?

Во время экспериментов на кухне я чувствовал, что мог бы улучшать продукты еще и еще. Кто знает, каким бы стало яйцо улучши я его во второй раз. Но, не имея четкого представления о том, что хочу получить, я мог бы лишь компенсировать недостаток знаний количеством жидкости. А оно того явно не стоило.

Во всяком случае пока.

Копаясь в архиве в поисках полезной информации о собственном даре, я обнаружил, что частое использование Апгрейда тоже со временем ускоряет возобновление жидкости. А значит, мне было гораздо выгоднее постоянно расходовать жидкость на всякие мелочи, чем терпеливо ждать, пока её хватит на что-то стоящее. Ведь можно попросту не дождаться.

А если значительно ускорить пополнение резервуара, то в будущем и что-то серьезное можно будет провернуть.

Упав на кровать, я вытянулся на матрасе и позволил напряженным мышцам окончательно расслабиться.

В этот момент смартфон под подушкой тихо завибрировал.

Я лениво вытащил его, разблокировал и уставился на текстовое сообщение:

«Богатенький Ричи» (00:52): «Мэээээкс! Как оно? Спишь? Надеюсь, что нет. Ты там живой кстати? Ты прикинь, я просыпаюсь сегодня и понимаю, что теперь я человек с БАБКАМИ! Завтра в два часа дня встречаемся на переходе в Нижний сектор⁈ Давай по магазам прошвырнемся, надо нормально прибарахлиться! И на вечер планы не строй, я знаю одно шикарное место… Нам точно надо развеяться. Тебе особенно! Отказы не принимаются! Не проспи!»

Я усмехнулся, глядя на экран. С такой выплатой неудивительно что у Ричи проснулось непреодолимое желание потратить деньги. Надо будет завтра его проконтролировать, чтобы он не пустился во все тяжкие.

К тому же… Развеяться? Это не такая уж и плохая идея. Можно будет потратить совсем немного и на себя.

Погасив экран, я закрыл глаза и провалился в глубокий, спокойный сон.

Проснулся я с непривычной, почти забытой легкостью во всем теле.

Не было ни тяжести в голове, ни боли в мышцах. Организм чувствовал себя так, словно его полностью пересобрали заново.

Впрочем, учитывая события последних двух суток, возможно, именно это со мной и происходило.

Моё ядро работало исправно, а Эйдос славился тем, что мог вызывать значительные изменения в живом организме. Даже слабые Резонаторы заметно реже болели, и чем сильнее они становились, тем все дальше от «базового» человека уходили.

Сев на кровати, я скрестил ноги и уже почти привычно погрузился внутрь себя.

Остров был на привычном месте, не то чтобы я ожидал каких-то перемен. Проекция ядра висела там же и напоминала безупречный драгоценный камень: ни трещин, ни грязи, ни мутных серых разводов. Глядя на эту идеальную структуру, я с трудом верил, что еще позавчера считался безнадежным случаем.

Резервуар у подножия скалы снова пополнился.

Трудно было оценивать разницу, но если бы мне пришлось хотя бы примерно определить количество жидкости в точных величинах, я бы сказал, что её накопилось не больше полулитра.

Правда, это при условии, что у метафизической энергии вообще может быть хоть какой-то объем.

Сущая мелочь по меркам исходного бескрайнего Фиолетового Моря. Но, как говорится, нищим выбирать не приходится. Для экспериментов сойдет.

Кстати, насчет экспериментов.

Мой взгляд скользнул по комнате и остановился на выдвижном ящике старого комода.

Раз уж до встречи с Ричи у меня есть еще два часа, стоило провести еще один контролируемый тест. Ночью я уже убедился, что с органикой Апгрейд работает гладко, если ты понимаешь, из чего состоит исходный продукт и как должен выглядеть итоговый вариант.

Но как способность поведет себя, скажем, с синтетическими материалами, если подойти к делу вдумчиво, но при этом не обладая точным пониманием, какой именно должна быть новая структура?

Подойдя к комоду, я вытащил из стопки обычные серые носки. Это была самая дешевая пара из ближайшего универмага: грубая смесь переработанного пластика и технического хлопка, со сбившимися в комки швами, торчащими нитками на резинке и тонкой пяткой, которая обычно протиралась до дыр за две недели активных смен в тяжелых ботинках.

В этих носках было плохо примерно… все.

Ноги в них прели, после долгой смены резинки оставляли отчетливые следы на лодыжках, да и в целом комфорт казался на минимальном уровне.

Не то чтобы я совсем не мог позволить себе покупать что-нибудь получше. Но привыкнув экономить почти на всем, я смирился с очень многими вещами. Так что думать об удобных носках, лежавших где-то там на прилавке, я старался как можно реже.

Я положил их на колени и накрыл ладонью.

Данные о различных тканях в моем архиве тоже были. Оценивая носки взглядом и на ощупь, я точно знал, из-за чего эта пара была такой плохой: из-за неравномерной плотности дешевого полиэстера, ломких синтетических нитей, грубого химического закрепителя цвета и тысяч микроскопических пустот, из-за которых ткань мгновенно впитывала влагу и начинала неприятно пахнуть уже к середине рабочего дня.

Я также знал, какими должны быть отличные качественные носки. Но мне хотелось чего-то большего. Чего-то уникального.