— Знаю, не дурак. Но у меня нет никакого желания иметь с вашей компанией хоть какое-то дело. Надеюсь, мы больше никогда не встретимся.

Разговаривать дальше было не о чем. С меня не стали требовать удалений отчетов или еще чего-то подобного. Поступок Вектора был отвратительным, но теперь их защищал подписанный по обоюдному согласию контракт. Если я хоть как-то попытаюсь схитрить, со стопроцентной уверенностью лишусь жизни. И не только я.

— Пошли, мужики. Мы закончили.

Мы вышли из кабинета и не торопясь спустились по лестнице. Охранники на входе в здание изъяли наши служебные планшеты и пропуска и проводили настороженными взглядами.

Тяжелые двери офиса с тихим стуком закрылись за спиной. С Вектором было покончено.

…На какое-то время.

Надежда-13 встретила нас привычным гулом. Жизнь в городе шла своим чередом, словно за последние сутки ничего и не произошло. С солидным балансом на счету можно было подумать, что моя жизнь наконец-то налаживается, но это было далеко не так. «Вектор-Сервис-13» будет мстить. Не прямо, так косвенно. И у отчетов, служивших мне страховкой, был определенный срок годности. Возможно, всего через несколько месяцев, когда юристы компании подсуетятся и заткнут все дыры, разглашение отчетов уже не сможет навредить Вектору. И тогда…

— Макс… — Ричи шумно выдохнул и остановился прямо посреди тротуара, вытирая лоб рукавом. — Ты… ты псих. Я думал, нас там прямо в кабинете положат.

— Не положили бы, — я покачал головой. — На КПП осталась запись нашего возвращения. Плюс мой автоматический отчет. Если бы мы пропали в офисе через полчаса после выхода из туннелей, даже их купленная Служба Безопасности не смогла бы замять дело. Корпораты умеют считать риски. Если проблему можно решить деньгами — это не проблема, а незапланированные расходы.

— Но ты больно их укусил, — Демьяныч криво усмехнулся, хотя по его бледному лицу было видно, что рука болит все сильнее. — Спасибо, парень. За меня и за семьи ребят. Без тебя нас бы просто… В общем, спасибо, Максим. Ты взвалил на себя слишком большую ответственность.

— Не за что. Ммм… Демьяныч, тебе в больничку надо, пока кость не встала криво, — я посмотрел на Сечина. — Дядя Миша, поможешь ему дойти?

— Да, конечно, — инженер кивнул. Он посмотрел на меня с легким прищуром и заметным беспокойством. Он прекрасно понимал, что дополнительные пункты в соглашении защитят меня ненадолго, но лишних вопросов задавать не стал. — Ты тоже иди домой, Максим. Выглядишь неважно.

— Да, и вот еще что… — напоследок я решил добавить. — Хотя деньги мы получили приличные, я бы посоветовал поскорее устроиться на новую работу. В «Филатов. Строительство.» Зарплаты там поменьше, но зато, насколько я слышал, отношение начальства получше. К тому же, это заставит Вектор лишний раз подумать, прежде чем с нами связываться.

— Это здравая идея, — Демьяныч кивнул. — Залатаю руку и сразу к ним пойду устраиваться.

Двое мужчин попрощались и не спеша пошли по улице в сторону ближайшей клиники.

Мы с Ричи постояли еще минуту, провожая их взглядом. Когда нервы окончательно успокоились, тело снова напомнило о себе. Ауру я так и не выключил, побоявшись, что стоит мне её ослабить, как я рухну на землю и больше не смогу встать.

— Ты как, до дома дойдешь? — спросил Ричи, заметив, как я поморщился. — Ну и видок у нас, конечно…

— Дойду. Тут недалеко.

— Ладно… Тогда я тоже к себе. Буду спать три дня. — Толстячок неловко, с осторожностью хлопнул меня по плечу. — До связи, Макс. И… спасибо.

Он развернулся и поплелся в сторону жилых секторов четвертого квартала.

Я остался один. В районе солнечного сплетения бодро перекачивало Эйдос моё новое ядро, на счету лежала сумма, которой семье хватит на закрытие части долгов, но расслабляться было рано. Впереди мне предстояло еще очень и очень много всего.

Пора было возвращаться домой.

Знакомая улица встретила меня привычным низким гулом старой вентиляции и запахом перегретого машинного масла. Запах был довольно слабым, но зато накрывал сразу весь район.

Стены из грубого бетона и мотки проводов под пятнадцатиметровым потолком выглядели довольно уныло. Надежда-13 не везде была такой, были в ней и районы поприличнее, с высокими потолками и даже худо-бедно функционирующей системой, имитирующей земное небо.

Хотя лично я не знал, насколько эта система хороша, ведь настоящего неба никогда не видел и сравнивать мне было не с чем. Разве что с картинками и фильмами. Но это явно было не то же самое. «Знающие» люди говорили, что между имитацией и реальной вещью мало общего. Правда, учитывая, что увидеть небо возможно только отправившись в составе мощного рейда на поверхность, а таким Резонаторам нечего было делать в городах первой линии… Компетентность таких экспертов тоже вызывала справедливое сомнение.

Не добавляли красоты в общую картину и ржавые металлические лестницы-переходы между ярусами жилых блоков. В районах среднего класса (по официальному названию), а точнее в районах бедноты (как их называли жители Надежды) всё было серым, максимально утилитарным и вечно пыльным. Внешний вид местных тоже соответствовал общему настроению: по улицам бродили уставшие рабочие после смены, мелкие торговцы, да зазывалы у дешевых магазинчиков со всякой всячиной, от еды до предметов личной гигиены и игрушек для взрослых. Детей на улицах было мало, и учитывая общий уровень безопасности, это было оправдано и логично.

Пока я шел домой, то старался держаться ближе к стенам и не попадаться никому на глаза. Выбирая самые безлюдные проулки и переходы, выглядел я, мягко говоря, подозрительно. Комбинезон Вектора превратился в грязное рванье со следами копоти и засохшей темной бурой жижи, рукава были разодраны, а штаны перепачканы в таком количестве крысиной крови и грязи, что оригинальный оранжевый цвет под ней едва угадывался.

…Тому блондинчику точно придется менять диван в приемной, учитывая, что мы вчетвером на нем сидели. Еще одна приятная мысль.

Но беспокоило меня другое.

После разговора с Пиджаком я так и не убрал свою Ауру.

Тонкий слой энергии облегал тело, работая чем-то вроде тугого медицинского корсета. Но я знал, что стоит мне хоть на секунду расслабиться, как мышцы тела сведет такой судорогой, что боль почти наверняка отправит меня в глубокий нокаут. Тело выставило мне огромный счет за бой в туннелях, но я взял у него в долг еще больше, чтобы противостоять ментальному давлению хлыща. И сейчас мне требовалось немало усилий, чтобы просто не рухнуть лицом в грязь посреди улицы.

Пройдя мимо старого мусорного терминала, я свернул в тупиковый переулок.

В глубине тупика висела простая оранжевая вывеска: «Воронье Гнездышко».

Название придумывала мама, и никто так и не смог переубедить её, что звучало оно не слишком благозвучно. Выбрать такое имя её вдохновил внешний вид нашего тупичка: многочисленные путанные провода вдоль стен и потолка придавали улочке довольно сумбурный и хаотичный вид. Как гнездо у ворон.

Я как сейчас помню радость на лице мамы, когда она сообщила нам новое название. И даже несмотря на то, что тогда я был довольно маленьким, я так же хорошо запомнил, как отец в ответ заявил, что гнезда лесных воронов отличались от городских ворон, и были не слишком похожи на наш тупик. Кажется, мама после этого не разговаривала с ним два дня, а после отец сам пошел мастерить новую вывеску.

Желание мамы сохранить воронью тематику объяснялось и еще одним простым фактом. Фамилия отца была Корвин, происходившая как он говорил от латинского corvinus — «Вороний».

Так что Воронье Гнездышко в самом прямо смысле было нашим семейным «гнездом». Ресторанчик, был на первом этаже с парадной стороны, но стоило обойти небольшое двухэтажное здание, как можно было попасть в жилую зону.

Наш ресторанчик был не самым популярным, мешало довольно неудачное положение, но своих постоянных посетителей у нас хватало. И пользовался уважением у клиентов он не зря.