Улыбнулась мыслям про книгу, которую могу написать, когда вернусь домой, отогнала их, чтобы не сглазить.
Мы вышли гулять с лердами, также как делали это каждый день. Привычно поздоровались со стражами. Те двинулись за нами, устроились под облюбованным деревом неподалеку.
Сумка была у Стефа в мешке. Он все время брал с собой большой мешок с кормом, так что это не выглядело подозрительно. Хотя сам мальчик страшно нервничал, и я боялась, что заметно это не только мне.
Но стражники выглядели привычно равнодушными. Наверное, им казалось придурью следить за мальчиком, на котором защитных артефактов больше, чем шаров на елке, и иномирянкой, до которой никому не должно быть дела. Пусть так и думают.
– Сейчас, - выдохнул Стефанис.
– Чани, - тут же позвала я, направляясь к лесу. Стеф тоже поднялся. Он должен сказать стражам, что мне приспичило в кустики. Мешок он молча сунул мне. Посмотрел в глаза - встревоженно и тоскливо, и быстро отвернулся.
– Я буду скучать, - прошептала ему в спину. Мальчик дернул головой, но не обернулся.
– Пойдем, Чани, - я шагала к лесу, и слезы текли по щекам. - Прости меня, моя хорошая. Стефанис о тебе позаботится. А ты позаботься о нем. О них всех. Я буду скучать, я так буду скучать по тебе, моя девочка.
Едва скрывшись, я вплела веревочку с артефактом в шерсть на шее лерды, и забралась ей на спину. Активировала артефакт записи и посидела несколько секунд неподвижно, потом покрутила головой вправо, влево, выждала еще немного и отключила.
Сползла с лерды, крепко обняла мощную шею и несколько мгновений просто стояла, прощаясь. Потом включила воспроизведение, и на спине Чани появилась моя фигура.
– Иди к Стефу, моя хорошая. Прошу тебя.
Чани послушалась. Посмотрела вопросительно и жалобно, а затем вяло побрела в сторону лужайки, на которой остался Стефанис и стража.
Я вытащила сумку, сложила мешок и пристроила его в корнях. Стефанис заберет позже. Руки дрожали от волнения, коленки подгибались, а сердце стучало так торопливо, словно планировало быстро израсходовать свой ресурс и замереть.
Уходила не оглядываясь. Названия городков я выучила наизусть, но самое сложное - это добраться до первого. К счастью, я представляла куда идти - именно в этот городок нас привела Чани, когда мы со Стефом - те еще доморощенные сыщики - пытались идти по следу несостоявшихся похитителей. Я шла не напрямую по лесу, а вдоль дороги, по которой Шаттер вез нас назад.
Как же он был зол тогда. Я вспомнила пятна гнева на бледных скулах, голос, опустившийся почти до шипения, блеск светлых глаз. Почему-то тогда я не боялась. Да и сейчас не испытывала страха. Волнение улеглось, убаюканное ритмичным шагом и покоем старого леса. Несколько раз мимо проезжали повозки и верховые лерды, и каждый раз я замирала, не желая выдать себя движением. Углубляться в лес я опасалась, без лерды могу и заблудиться. Идти по дороге тоже не хотела - кто-то может заинтересоваться пешей одинокой девушкой.
Если все идет, как мы хотели, Стефанис уже вернулся в поместье. Стражи не пойдут за ним к лерд-хаусу, останутся на посту. На псарне Стеф снимет артефакт, обнулит и вернет его в кабинет Шаттера. Меня не хватятся до следующего утра, когда я не появлюсь на прогулке с лердами. Но и тогда Стефанис скажет, что мне не здоровится и я осталась отдыхать. Это никого не удивит, не так давно я практически жила в лекарской.
Единственный, кто может заметить мое отсутствие - это маэрд, но в последнее время я видела Шаттера так редко, что нужно быть крайне невезучей, чтобы он вспомнил обо мне именно сейчас.
Ритмичный шаг убаюкивал, тень от деревьев дарила прохладу. Мои мысли потекли по течению, лениво швартуясь то у одной, то у другой темы.
Я все реже получала письма из общины, последнее Старх передал еще во время визита того важного целителя из столицы.
Новости были. Умер один из товарищей Тинто - старик Гансик. Ему устроили похороны, маленькое кладбище за псарней пополнилось новым холмиком. Почти сразу после этого в общине появились две новые жительницы - сестры-близняшки. Обе поселились в доме Эммы.
Интересно, как случилось, что они вдвоем прошли через портал? Держались за руки?
Про Жули Эмма написала кратко. Мол, все забылось, жизнь продолжается.
Письмо было совершенно обычным, спокойным и ровным. И никак не соотносилось с тревогами Старха о разжигании неприязни к иномирянам.
Стоит ли давать соотечественникам знать, что я сбежала? Никто кроме Пьера не знает о заброшенном охотничьем домике. Ему я доверюсь, но, наверное, попрошу молчать, ведь первым делом искать меня будут в общине.
А может, Шаттер и не станет меня разыскивать. Вздохнет с облегчением, избавившись от обузы. Приведет в дом молодую жену и…
Тени словно стали гуще, мрачнея вместе со мной. Какая коварная штука - любовь. Мне не давали повода, а я влюбилась. В мужчину, который мне абсолютно не подходит. С которым у нас совершенно точно нет будущего. И можно убеждать себя в этом сколь угодно долго, вот только без толку...
Деревню я сначала услышала, только потом увидела. Мычали ярги - местные коровы, которых выращивали на мясо. Крупные и шумные животные, каждое движение которых сопровождалось звуком, похожим на протяжный стон. Их я услышала первыми и пошла медленнее.
Стеф не знал, как в городке найти место, откуда отправляются фургоны. И как часто это происходит. Мне придется выяснить это самой.
Я вышла на дорогу и до поселения дошла уже по ней. Вернулось волнение, снова вспотели ладошки.
Ближайшие бараки стояли друг от друга на приличном расстоянии и выглядели нежилыми, зато дальше сразу несколько человек оживлено беседовали у большого, похожего на ратушу в общине, дома. Я прошла мимо, не решившись подойти - в толпе были только мужчины и тон беседы оказался далек от дружеского. Кажется, они не сошлись в цене на какой-то товар. На меня мужчины внимания не обратили.
Еще несколько минут я шла, тайком осматриваясь. Около одного барака разгружали фургон, около другого - собралась очередь. Видимо, я попала в торговую или производственную зону. Люди выглядели деловитыми и озабоченными какими-то своими проблемами.
Я вытерла ладошки о жесткие брюки, грустно усмехнулась. Забавно, что мой страх перед незнакомцами стал самым слабым звеном в и без того ненадежном плане.
Надо решаться.
Стиснув лямку сумки, я ускорила шаг и почти побежала к двум женщинам, которые только что вышли из очередного барака и уверенно шагали впереди меня по той же улице.
– Простите, дамы, - я смущенно улыбнулась, когда они обернулись на мой крик. Повторила. - Простите, я не ориентируюсь в городе. Мне нужно добраться до Приручья. Не подскажите, как?
– Приручье? - одна из женщин нахмурилась, разглядывая меня с каким-то веселым недоумением. - Ты опоздала, милая. Фургон уходит по утрам.
– Точно? - в голове уже мелькали мысли, как я буду ночевать в лесу.
– Точнее некуда, - она усмехнулась. - Мой сын отправился туда утром.
– Ох, - я растерянно потерла лоб, кивнула, собираясь вернуться в лес, перекусить и хорошенько все обдумать. Потом спохватилась. - А откуда фургон отправляется?
– От гостевого дома, - вторая женщина была старше и смотрела с сочувствием. - Можно переночевать там. Я живу недалеко, могу показать. Нужно?
– Да-да, - торопливо согласилась, отчаянно надеясь, что денег, что дал Стефанис, хватит и на ночлег, и на дорогу.
Мы шли недолго. Городок был по сути поселком. Раз в десять больше нашей общины, но, кажется, здесь все друг друга знали. По крайней мере, на меня иногда поглядывали с любопытством.
Когда проходили дом, к которому нас со Стефом привела Чани, я замедлила шаг, едва не отстав от своих проводниц. А потом быстро их нагнала, потому что увидела мужчину, который вышел из дома, и узнала его.
Меня он не заметил, даже взглядом не мазнул. Был занят разговором со своим спутником. Зато я успела испытать весь спектр от удивления до страха. Мужчиной был Ризед.
