— Ну раз я уже не сплю, — начал я, и священник сразу насторожился, — и у нас есть свободных пять минут, самое время вернуться к нашему разговору о тех пробах крови, которых вы у меня взяли в изрядном количестве. Вам удалось выяснить хоть что-то кроме того, что я — белый медведь, классический маг и некромант одновременно?

Отец Бенедикт откашлялся:

— Я понимаю ваше нетерпение и отчасти — сарказм, герр Аркадий. Но помимо того, что подтверждён сам факт вашей природы — не спешите смеяться — нами было выяснено, что на данный момент обе ваши ипостаси, так скажем, находятся в весьма гармоничном состоянии. Это не столь маловажно, как вам может показаться. Сейчас, когда обеим сторонам вашей сущности удалось достичь баланса, вы не ощущаете никакого дискомфорта. Но стоит вам — намеренно или случайно — совершить… э-э-э… крен?..

— Отдать предпочтение одной из сторон натуры?

— Да! В этом случае та часть, которая получает больше, непроизвольно начнёт… э-э-э…

— Перетягивать одеяло на себя? — снова предположил я.

— Да! Очень образно и верно! Опасность в том, что поначалу вы можете этого совсем не заметить. До тех пор, пока процесс не приобретёт неконтролируемый характер.

— И что в этом случае может случиться? — спросил я. Признаться, спросил довольно напряжённо, потому что новость была не из самых приятных.

— Конкретно таких случаев как ваш до сего момента описано не было, но редчайшие факты соединения в одном маге трудносовместимых даров в исследовательской литературе встречаются. И если носитель пренебрегает внутренним балансом, — отец Бенедикт покачал головой, — очень высока вероятность того, что половину своей магической природы он утратит.

— Етитская сила… — пробормотал я.

— При этом, — продолжал отец Бенедикт, — ваш случай я считаю более сложным, поскольку у вас не просто трудносовместимые дары, но две стороны вашей сущности опираются на совершенно разные природы. И какова будет реакция вашей энергетической системы на утрату половины себя, я не берусь предсказать. Но за благоприятный исход не поручусь. Причём не только магический, но и жизненный в целом.

Вот он меня конкретно напугал сейчас! Звучало как «поздравляем, в любой момент вы можете неожиданно сдохнуть!»

Ну охренеть теперь…

— И что делать?

Отец Бенедикт внезапно просиял, как солнышко:

— Замечательная новость в том, что у нас есть прекрасный способ профилактики! Пересдавайте контрольную пробу Вюрца раз в три-четыре недели, и если будет замечен перекос в ту или иную сторону — просто постарайтесь уделить больше внимания противоположной… э-э-э… стороне!

— Вот утешили вы меня, батюшка…

ГОСПОДА В ЯРОСТИ

Южная Моравия, городок Зноймо

20 января 1948 года, около шести часов вечера

Несколько очень серьёзных джентльменов

На этот раз в солидном кабинете собрались только настоящие джентльмены: мистер Браун, мистер Тейлор и лорд фельдмаршал — по каковому случаю знамя Европейской коалиции новой цивилизации было свёрнуто и отставлено в угол, а на парадное место помещено знамя Королевства англов (да, именно это, а не Британского островного союза, в который помимо благородных англов входили куда менее благородные гэлы, скотты и пикты).

— Знаете, господа, наши встречи всё больше и больше напоминают мне мою «работу над ошибками» в университете дипломатии, — проворчал лорд фельдмаршал. — Там тоже давали задание, полное заранее неверных предпосылок, и смотрели, как ты выкрутишься.

— Мне тоже это не доставляет никакого удовольствия, сэр, — поджал губы Тейлор, — но необходимость…

— Предлагаю для начала определиться с фактами, джентльмены, — скупо кивнул Браун. — С тем, что мы можем таковыми считать.

— Даже так, мистер Браун? — кривовато усмехнулся лорд фельдмаршал. — Забавная формулировка. Поясните, будьте так любезны, свою мысль.

— Легко. Итак, что мы можем утверждать с более-менее приемлемыми допусками? Против нас работает мощный маг, который не погиб, не улетел и даже не затаился. По этому пункту возражения есть? Нет? Далее. Я считаю, что данный менталист входит если не в десятку, то в первую сотню страны — точно. Более того, ему совершенно наплевать на истощение магического поля, поскольку его деятельность затронула уже несколько областей, в том числе тех, на которых установки-подавители работают без сбоев. И даже теоретическая возможность работы в условиях подавления чрезвычайно удивляет экспертов. Возражения?

— Позвольте вопрос, — шевельнул пальцами Тейлор.

— Конечно, коллега, что у вас?

— Вы намеренно убираете возможность что против нас работает некромант? В этом случае, согласитесь, маг не будет скован недостатком энергии. Эманации смерти…

— Вы серьёзно, Тейлор? — лорд фельдмаршал вытаращился на говорящего так, что его мясистое лицо, утяжелённое бакенбардами, сделалось похожим на бульдожью морду. — Архимаг-некромант⁈ Маг такой силы, что способен повелевать несколькими десятками неупокоенных? Даже господарь Валахии по общеизвестным данным… — тут лорд фельдмаршал выпятил нижнюю губу и скептически затряс головой. Щёки заколыхались.

— Именно что по общеизвестным, сэр! — не сдался Тейлор. — А что если эти данные, скажем так, не вполне корректны?

— Вы сомневаетесь в работе аналитических отделов Коалиции?

— Именно! Я очень серьёзно сомневаюсь, сэр! Особенно в работе наших дорогих союзников.

— М-мрх! — недовольно крякнул лорд фельдмаршал. — Именно поэтому сегодня мы собрались узким кругом, господа. От всех этих… — он снова издал невнятный горловой звук, — слишком мало толку и слишком много шума. — Лорд фельдмаршал вспомнил обеденное срочное совещание в этом же кабинете и невольно вздрогнул плечами и щеками…

...

— Значит, тот маг-диверсант не был эвакуирован на русском дирижабле, — вскочив, затряс кривым пальцем мелкорослый и лысый представитель ордена «Возрождённых Тамплиеров», — что автоматически…

— Это ничего, как вы говорите, «автоматически» не значит! — громко и возмущённо перебил его франкский майор. Он так близко наклонился к тамплиеру, что, казалось, сейчас порежет ему лысину своим острым носом. — Разгромлена база, собранная добыча с которой, — о, боги, он так и сказал — «добыча»! — должна была отправиться в наше королевство! Снова пострадали франки! Мы потеряли столько, что это даже в не укладывается в уме! Как мне прикажете писать докладные⁈

— Буквами! — неожиданно рявкнул всегда спокойный италийский полковник. — Буквами писать! Не нужно излишне драматизировать и устраивать нам истерику по поводу ваших материальных потерь! Разве вас не волнует падение морали среди воинских подразделений? — Италиец пригладил благородную седину и опустился в кресло. — Уже за время, что мы отслеживаем действия этого субъекта…

— Скажите честно: «фиксируем»! — едко заметил тамплиер.

— Пусть «фиксируем», — дёрнул щекой италиец, — неважно! Он умудрился уничтожить лабораторию, выкрасть Морачевскую и её воспитанников, организовать бегство целого лагеря рабочей силы! Это не считая простых — простых! — потерь среди войск внутренних гарнизонов. А место дислокации отрядов очистки территорий? Это я ещё молчу про подрыв морали всего воинского контингента. Мои данные утверждают это со стопроцентной гарантией! Рядовые уже не доверяют сослуживцам, которых не видели более четверти часа! Об офицерах и говорить не приходится!

— Это потому что вы всегда были трусами! — фыркнул франк.

— То-то мы не можем добиться прибытия ни одного франкского отряда усиления даже на территорию округа Мистельбах! — огрызнулся италиец.

— Кстати! — Тамплиер подпрыгнул на стуле и обернулся к франку. — Наши франкские союзники утверждали в докладах, что белый зверь, неоднократно замеченный в сопровождении мага, уничтожен. Якобы прямым попаданием из главного калибра их хвалёных ползунов! И?.. Я вас спрашиваю! Не делайте вид, что это не ваши заявления! Вот! Вот свидетельские показания трёх выживших в нападении на базу «Новых Тамплиеров»! Белый зверь — волк, медведь, собака, или что-то подобное — жив и прекрасно себя чувствует! Нет животных или химер, могущих пережить попадание из пушки! Без последствий!