Всех порвём!

Порвать-то порвём, да не стало бы поздно! — Я с подкатившей тревогой заворочался на кровати, не находя себе места. — Вот я дубина, мог бы прямо из Вены сделать крюк на запад!

Хорош крюк! От Вены до Линца километров двести! Хоть по карте посмотри.

Ну и что? Даже на швиммвагене четыре часа в спокойном темпе. Хотару бы прикрыла.

Да что тут думать! С утра встаём — и двигаем в Линц! Можно на том же швиммвагене поехать.

Приметный он. Пока в Вену ехали, засветиться могли. Наверняка, в ориентировках везде. Не думаю, что таких машинок на дорогах изобилие.

Тогда на грузовике! Вот уж на что внимания почти не обращают.

Точно! Хотару и Колю возьму. Мы с ними — команда-ураган.

Успокоив себя этим решением, я велел себе спать. Отдохнуть всё же надо как следует.

К НАМ ГОСТИ

Однако когда Хотару тряхнула меня за плечо, одновременно с выпученными глазами прижимая к губам палец, в окнах даже ещё намёка на рассвет не было. Я шевельнул бровями, дескать: что такое? Она сделала головой движение — вставай, мол — и отошла к окну, пристально вглядываясь во мрак. Сказала еле слышно:

— К нам идут чужие, с железом, — запрыгнула в лисьей форме на комод и пояснила: — Я поставила метки на все тропинки. Слабенькие — так, чисто звоночки.

— Может, местные в лес решили зайти?

— Грибочки-ягодки? Зимой? С железками? — усмехнулась она.

— Может, хворост пособирать? Хотя это тоже вряд ли. А чего мины не поставила? Я же знаю, что на шалости вы, лисы о-очень горазды, — пока я болтал, руки-ноги привычно натягивали на меня форму. Встречать незваных гостей на мельнице — это идея такая себе, глупая. Я вот почему-то думал, что это после Вены приветик. Зазнались мы, неуязвимыми себя почувствовали. Во-о-от к чему тревожность вчера была. А чуйка оборотницкая — она вещь серьёзная. Да и Хотару просто так бы меня не разбудила.

— Мюллеров тревожить не будем, да? — скорее утвердила, чем спросила она.

А вот это уже серьёзнее. Сдаётся мне, нашу лису гости тревожат гораздо сильнее, чем она это показывает.

— Конечно не будем! Зачем оно нам? А вот Колю надо, да-а

— Чего Колю? Чего Колю-то? — Николай высунулся из-за шкафа, лёгок на помине!

— Тихо будь! — шикнул я. — Вот, Хотару говорит, гости к нам. Никого не будим, идём втроём.

— Понял! — сразу со всей серьёзностью прошелестел Коля. А сам, главное, довольный такой! А чему радоваться-то? Так-то, подумать если, один раз наш лес нашли, значит, и ещё раз найдут. Так что надо ещё очень внимательно посмотреть, кто это такие любопытные…

Мюллер ни в комнатах, ни во дворе не показался. В принципе, я не удивлён — кровушку мою анализирует, витая над процессом. Он явится, только если кто-то непосредственно на территорию мельницы зайдёт. Да, впрочем, оно и к лучшему. Вряд ли из него особый боец получится — он так, полетать, попугать, не более.

На камнях подъездной дорожки белёсыми кромками оседал иней. Надо ж ты, снова зима про минус вспомнила.

— Хотару, где сигналка сработала?

Она молча ткнула в сторону юга.

— Значит, туда и двигаем, чё стоять, — пробормотал я себе под нос и решительно пошагал по дороге. Сегодня наши все на мельнице ночуют, так что хорошо бы расстояние между ними и собой побольше обеспечить.

Я прикидывал варианты возможного отхода через лес. М-да, если все сложится совсем неприятно, уходить придётся и погоню за собой уводить. Подставлять Мюллеров я не собирался.

А ведь в сторону хутора идём.

Ага. А ещё мы вчера с той стороны заезжали. Могли они по нашим следам прийти?

— Мне стыдно, — тихо сказала Хотару, — я не подумала об этом. Я давно уже не слышала о действующих магах, способных считать астральный след.

— Астральный след?

— Да. Мама говорила, что некоторые сильные маги могут взять свежий след, которому не больше суток.

— И ты?

— Я прошла за тобой по рассеянному следу, которому было почти две недели! — гордо сказала Хотару. — Такого люди точно не умеют!

— Ну охренеть теперь. Значит, сильные твари по наши души пришли. Слышишь, Коля?

— Слышу, — мрачно откликнулся он.

— На рожон не лезь и не показывайся раньше времени.

— Да уж понял…

Хотару вдруг тронула меня за локоть и выдохнула:

— Запах чуешь?

Я кивнул:

— Железом пахнет.

— Они! С дороги сошли.

— Значит, видят наши ауры. Как минимум нас с тобой. Напрямую идут.

Эх, жаль, скрасть их не получилось.

Да и хрен с ним!

— Ну раз видят, то и мы им навстречу пойдём. Они нас видят, мы их чуем — пока поровну.

А потом мы вышли на покрытую заиндевевшей травой полянку. А на той стороне выступили из-под деревьев вражины. Запах их. Да и некому больше, как-то. Аж шестеро.

Мужик в длинном плаще, очочки круглые поблёскивают.

Рядом девушка с каким-то странным ружьём. Такое здоровенное, что непонятно, как она его в руках-то держит?

И позади ещё четверо. Такие себе статисты. Капюшоны и маски на лицах. Словно злодеи из синема.

НА ЗАИНДЕВЕЛОЙ ПОЛЯНЕ

Нижняя Австрия, округ Мистельбах, лес Клостервальд

22 января 1948 года, перед рассветом

Аркадий

Кажется, мои размышления задели Зверя, потому что он возмутился: Так-то в этом лесу мы злодеи!

Ну, допустим, не злодеи, а всё-таки борцы со злом.

Похрену мне! Мы крутые! Круче всех!

Но они этого не знают.

Щас проясним ситуацию!

Тут я согласился: Ага, а то пришли, понимаешь! Прибью Колю! Опять это «понимаешь», ядрёна колупайка!

— Не надо его убивать, он хороший! — неожиданно перебила мои мысли Хотару. Причём сказала она это на дойче. — Вон тех убей, они совсем плохие. Пришли, не здороваются!

— Девушка, вы абсолютно правы! — немедленно откликнулся парень в очках. — Где же мои манеры? Доброго дня вам, уважаемая!

Неслабый у него слух! До нас-то ещё метров пятьдесят, и мы голос не повышали. Если только я про «понимаешь!»

— Позвольте представиться, мы представители Святейшего престола, восьмая когорта. Отец Александр и сестра Хейнкель, к вашим услугам.

Он коротко склонил голову в поклоне. Но как-то дёрганно. Я бы сказал — шутовски. Совсем к нам уважения нет? Это после Вены?

— Кстати, мои поздравления, — продолжил он, явно чувствуя себя первой скрипкой, — Венский гарнизон вы почти уничтожили довольно изящно.

О! значит всё-таки Вена!

Какой ещё скрипкой! — взбеленился Зверь. — Щас мы ему пообломаем смычок, будет знать!

Но тип в очках (как его? Александр?) конечно же не слышал нашего внутреннего диалога и надменно продолжал:

— Однако позволю себе выразить недоумение. Почему вы так небрежно замели астральный след?

— Да ядрёна колупайка, всё-таки астральный след! — пробормотал я.

— Вот именно! — поучительно уставился на меня поверх очочков Александр. — Я удивлён! Непростительная небрежность. Впрочем, неважно. Господин и дама, мы имеем честь атаковать вас, ибо указания Святейшего престола не могут быть отклонены! Но несмотря на всё вышесказанное, я надеюсь, перед нашей схваткой я узнаю имена своих противников?

Балабол, блин горелый! Нет, точно — шут. Или совсем не боится или сумасшедший. Скорее всего последнее. Вон как рад ожидаемой драке, аж слегка подпрыгивает.

А вот про Колю он ничего не сказал. Не видит?

Это было бы хорошо. Николай в качестве жирного такого бонуса нам не помешает. Слишком уж уверен в себе этот очкастый. Мне люто хотелось щёлкнуть его по носу, так что я невинным тоном заметил:

— Что-то маловато вас для когорты. Остальные что — отпросились на день рожденья бабушки?

Девица выкрикнула что-то по-испански, дёрнув очкастого за локоть, но тот вырвал руку.