Понимаю, что рисковал. Сворф может оказаться злопамятным мужиком и в будущем припомнить, что я грубовато обошёлся с его дочерью. Но, сорян, какие у меня были варианты? Реагировать на её закидоны как-то было надо. Иначе всё это могло просто превратиться в абсурд.

И вот тут меня Саффа и подловила, пока я самодовольно улыбался. Я расслабился, чего делать было категорически нельзя. Эта дворяна перепрыгнула через стол в моём направлении и без объявления войны попыталась зарядить кулаком с правой мне в подбородок. Хорошо, что она била не прямым, а по дуге — видно, сказывалось отсутствие нормальной бойцовской техники за спиной. Мне удалось легко уйти в сторону, и мысленно я отметил ещё один плюс ведения переговоров без одежды. Как человек, который не один год отпахал на тренировках по рукопашному бою и прекрасно знал всю эту кухню, я сразу оценил момент: в том же No-Gi джиу-джитсу или древнегреческом панкратионе бойцы специально выступают без плотной одежды именно для того, чтобы исключить грязные захваты за ткань. Без одежды зафиксировать соперника — совсем другая задача.

Короче, не думал я, что предстоит бороться ещё и с голой, скользкой девкой. После серии безуспешных выпадов она просто обхватила меня ногами за корпус в попытке таким образом зафиксировать и контролировать мои движения. Честно сказать, такое детям по телевизору точно показывать не стоит — выглядело всё откровенно зашкварно.

Хорошо, что она оказалась лёгкой: мне удалось просто столкнуть её с себя, не причинив никакого вреда. Конечно, можно было воспользоваться превосходством в росте, весе и силе да потушить эту мелкую одним ударом, но в таком случае пришлось бы иметь дело со Сворфом. Одними извинениями тут точно не отделаешься.

Поэтому в ход пошли полотенца. Я просто сорвал их с близняшек и ими же надёжно связал Саффе руки и ноги. Это было единственное, до чего я тогда додумался.

Утро выдалось весьма богатым на события. А затем я увидел, как поднялись из-за стола Толин и Сворф и направились в мою сторону. «Замечательно, что на столе не было ножей и вилок» — только эта мысль и пронеслась в голове. Но бодаться врукопашную сразу с обоими мне тоже как-то не улыбалось.

Я напрягся.

Но вопреки моим ожиданиям они не бросились на меня в попытке разорвать на кусочки, а уважительно поклонились и усмехнулись. После чего я краем глаза уловил, как из-за ширмы соседних столов, на которые я до этого не обращал внимания, вышли Салин и Гелин.

Да бля… расслабился я.

Из положительного по итогам: мой карман стал тяжелее на двадцать полновесных золотых, которые полагались в виде штрафа за «испытание». Двенадцать из них я тут же отдал Сворфу за строителей.

Также я получил признание и одобрение со стороны партнёров, мол, со мной вполне можно иметь дело. Выторговал четыре экспериментальные точки, но с одним условием: дизайн трёх из них, находящихся на их территории, должен быть изменён согласно их личным правкам. Только вот каким именно правкам, они понятия не имели, из-за чего я уже второй час сидел над новым чертежом.

— Это определенно лучше, чем мы раньше видели! — с задумчивым видом смотрел на лист, пристроенный на комбайне, Салин.

Я уже раскусил эти хитрые морды. Тут дело даже было не в самих правках и не в том, что они толком не знали, чего хотят увидеть в конечном счёте. Они просто таким образом внаглую оттяпали за бесплатно два моих предыдущих чертежа. И похоже было на то, что их жадность не знает границ — останавливаться на достигнутом они точно не собирались. А просто воспользоваться затиркой и стереть всё к чертям — это уже святотатство, в случае которого они тут же хватались за свои острые железяки на поясах. Иными словами, эти хитровые*анные бородачи юзали меня по полной, как портовую девку. И меня, если честно, это жутко злило. Поговорка «нас е*ут, а мы крепчаем» точно была не про меня.

Встав из-за табурета и разминая руки и шею, я посмотрел через широкую витрину на улицу. Моих девок не было видно, хотя я послал их за простыми ингредиентами ещё несколько часов назад. Где они пропали? Ума не приложу, я уже начал было переживать.

Да, кстати, теперь что до плохого. Помимо того, что я должен был сделать чертёж — то есть состряпать очередной чертёжный макет для дворинов, — мне повесили на шею нашу прекрасную и дорогую Саффу. Да, именно так. Такое впечатление, что у меня в команде коротышек совсем не хватало.

Ну, отказаться я, конечно, не мог — это было одним из жёстких условий. Короче говоря, им понадобилась своя дворяна, чтобы контролировать каждый мой шаг и следить за тем, что я делаю. Ну, или выражаясь их языком… хотя какая разница, суть от этого не менялась. Но, как по мне, это вполне разумные меры предосторожности, и спорить с этим я не стал. Правда, очередь из моих надсмотрщиков начинала заметно увеличиваться.

Теперь, если говорить о доверии и взаимоуважении… Когда я прямо спросил, на кой чёрт мне эта девица и не могут ли они выделить кого-то из сыновей, меня одарили взглядом клинического идиота. Объяснялось всё банально просто: какой уважающий себя молодой дворин добровольно согласится стать подручным у какого-то чужака?

То есть отношение дворинов к людам охарактеризовалось весьма объёмно всего одной фразой. Как и тот специфический факт, какую роль занимают женщины в их этнической культуре.

А ещё я вот за что зацепился. На левом берегу Фанты, в престижных районах, которые контролировали дворины, мне было обещано… вернее, при условии, что эксперимент увенчается успехом — в чём они, конечно, сильно сомневались. Но в случае успеха несколько точек будут поставлены. В престижных районах. Это не могло не радовать.

Наконец, дверной колокольчик известил о посетителях. Мы-то отлично знали, что сегодня магазин закрыт. Значит, это либо девки пришли, либо кто-то из…

Увидев Ульму, я неприятно удивился. А следом за ней появились и сёстры, и Саффа, бережно прижимая к себе несколько банок, спрятанных от чужих глаз. Только подумал про очередь из надзирателей и соглядатаев, — и вот тебе, пожалуйста, Ульма собственной персоной.

Помимо меня, также напряглись и бородачи.

Блонда была хмурой, как грозовая туча. Она исподлобья смотрела только на меня, не отводя своих карих глаз. Вот сейчас, в этот момент, мне совершенно было не до разборок с ней. Но ей, как погляжу, до этого мало было дела.

Надув щёки и тяжело выдохнув, я только и смог выдать:

— Пра-па-па-па-пам… Явление блудного сына.

— Я помню этого человека, — вышел из-за спины Толин. — Она была с тобой в прошлый раз, правильно?

— Была… — согласился я со стариком. — В прошлый раз.

Пообещав, что скоро вернусь — чтобы не устраивать разборки при всех, — я попросил Ульму выйти вместе со мной на улицу из магазина Толина. Мне, честно сказать, хотелось как можно быстрее её спровадить. Я вроде бы и понимал её мотивацию, но в то же время в голове не укладывалось: какого лешего она, после всего произошедшего, заявилась сюда и теперь стояла прямо передо мной?

— Ну, и чем обязан этой встрече? — грубее, чем мне самому хотелось, произнёс я, обратив внимание, что её ножей снова не было при ней.

Девушка молчала, не спуская с меня глаз. Она снова играла в партизана на допросе, а мне это уже всё поперёк горла стояло.

Её скрытность и молчаливость уже который раз выходили мне боком. Понимал ли я, что, может, она и хотела бы, но в силу своих секретов не могла рассказать мне всё? Конечно, понимал. Поэтому уже не раз спроваживал её. Пусть она сложит в мешочек все свои секреты, тайны, желания и мечты, закинет его за плечо и ходит ногами где пожелает. Главное — подальше от меня. Не желаю ей зла, но и рядом её оставлять не хочу.

Как по мне, лучше бы Мих Аил прислал какого-то отбитого отморозка присматривать за мной, чем её. С тем чуваком я бы хоть знал, что делать и чего от него ожидать. А с Ульмой всё шло не так: только мы сближались — она тут же отдалялась. Потом появился этот Жук, и снова-здарова, все её тайны — да оно мне и нахер было не нужно! Нет у меня никакого желания разгадывать загадки этой дзян. Своих проблем хватало по горло. И я уже на собственном опыте убедился, что сочувствие и терпимость ни к чему хорошему не приводят.