— Сколько районов в этом городе? — проигнорировал её вопрос я.

— Двадцать девять, четыре из которых на самой окраине.

Двадцать девять районов? Я прикинул в голове размеры города, исходя из того, что видел собственными глазами, и что-то не сходилось. При такой плотности застройки и с учётом того, что выше трёх этажей я здесь пока вообще ничего не видел, город должен был бы быть просто гигантским, чтобы в нём существовало двадцать девять районов в моём понимании этого слова. А он таким не выглядел. Значит, местное понятие «район» явно отличалось от привычного мне. Очевидно, что площадь у них была значительно меньше и расчёты происходили совсем по другим меркам. В моём мире район современного мегаполиса — это немаленькая территория, а здесь, похоже, этой единицей измерения пользовались совсем иначе.

— Тогда нам нужна карта города с районами. Особенно пригодиться детальная карта нашего районами со всеми прилегающими соседями.

Ульма промолчала, не сводя с меня глаз.

— А ещё я так понимаю, что один из четырёх районов на отшибе — это именно наш райончик. Который якобы нам нужно поднять с колен, правильно я понимаю.

В этот раз она молча кивнула головой, отводя взгляд в сторону. Видно, сама осознавала, насколько подобное звучит невыполнимо.

— Тогда расскажи мне, пожалуйста, сколько вообще группировок контролирует город и как у вас здесь всё устроено? Начнём с азов, а дальше будет видно. Хотелось бы разобраться, как вы взаимодействуете с официальными властями города и как хорошо шишки притерлись друг с другом.

Девушка остановилась и, приподняв брови в немом вопросе, смотрела на меня. Я в ответ только достал сигарету и прикурил, ожидая всё же какой-то конкретики с её стороны, а не вот этой игры в гляделки. Но её упрямость не знала себе равных.

Приблизившись к ней вплотную, я всё же высказал ей всё то, что откладывал на потом:

— Слушай, Ульма, хорош играть в гордую и независимую повелительницу небес. Ты в полной жопе вместе со мной. Причём по самые уши. Один неровный чих — и нас раздавит между этими булками Мих Аила. И не строй из себя жертву. Я, между прочим, по твоей вине в этой ситуации оказался. И несмотря на моё хорошее расположение духа, я всё прекрасно помню. Так что не советую тебе продолжать так себя вести со мной. Или ты себя начинаешь контролировать, мелкая бздюха, ничего не представляющая из себя, или я просто умываю руки и разбирайся сама. Потому что мне как-то не улыбается ввязываться в это болото. Надеюсь, я достаточно чётко и ясно для того серого вещества, что у тебя в башке, обрисовал свою позицию?

Очень кстати оказался невдалеке расположенный маленький скверик. Усевшись вместе с Ульмой на одну из лавочек, я обратил внимание, что это место используют влюблённые пары и мамочки со своими чадами. Чтобы не сильно выделяться на их фоне, я прикупил какую-то дурацкую еду, напоминающую сахарную вату. Пусть думают, что мы воркуем, так как тут принято. Опять же, в основном все, кого я видел, были людьми, иных рас в этом скверике не было. Так что мы совершенно ничем не выделялись на общем фоне.

Отвечала на мои вопросы поначалу Ульма без особого желания, даже с каким-то раздражением, что меня так и поддевало наговорить ей гадостей. Но я сдерживался, понимая, что волю чувствам давать нельзя.

С первых слов я услышал довольно банальную истину: власти города интересуются только порядками, беспорядки в городе их не интересуют. Но, к сожалению, девушка не могла быть предельно лаконичной и потратила минут пятнадцать вместо того, чтобы за пару секунд объяснить всё простой фразой. Перефразируя её, могу сказать, что как раз беспорядками в городе занимались шесть контролирующих город криминальных кланов. Они-то и держали город под контролем, установив на улицах свои законы. В итоге всех всё устраивало, если не считать местных жителей. Но как известно, кто вообще простых людей спрашивает. Все были в шоколаде. Властям города не нужно было расширять бюджет на стражу и сыск, а кланы могли быть спокойными, потому что в их тёмные дела власти не особо совали свой нос. Такое вот равновесие.

Хоть Ульма этого и не сказала, но не сомневаюсь, что власти города были слишком тесно связаны с криминальными кланами, находясь практически в одной упряжке. Скорее всего, что все законы, нормы и нововведения прописывали исключительно под свои интересы.

Рассказчица из Ульмы получилась не очень, мягко говоря. Она часто останавливалась, подыскивала нужные слова, запиналась и огромное количество раз повторялась. Было ясно, что она и сама не слишком хорошо разбирается в некоторых вопросах и нюансах города, поэтому особо я на неё не наседал.

В общем, главное из того, что удалось узнать: Фанта — третий по величине город в королевстве. Нет, сразу говорю, Спрайт и Кока не делили между собой первые места. Название столицы было слишком заумным, и я его с первого раза не запомнил. А вот вторым по величине был город Бани. Простое и запоминающееся название.

Ну да ладно, они мне всё равно не были на этом этапе интересны, поэтому оставим их в покое. Население Фанты по последним подсчётам составляло примерно двести двадцать тысяч учтённых душ. Причём, насколько я понял, неучтённых — плюс-минус между двадцатью тысячами и сорока. Но это только по моим приблизительным подсчётам, на вскидку.

Почему я пришёл к такому выводу? Ведь всё было предельно просто. Город имел довольно хорошее географическое расположение. На пяти холмах, на каждом из которых находился замок знатных семей. Прямо по центру Фанты протекала широкая река. То есть судоходный канал. Город жил и процветал в основном за счёт торговли, находясь чуть ли не в самом центре королевства. И нельзя было сказать, что прилегающие к нему земли были неплодородными. Просто так уж получилось, что основная прибыль как раз поступала в казну не от сельскохозяйственного производства, а от торговли. Из этого следовало, что в Фанту постоянно стекался самый разный люд, далеко не весь из которого попадал в официальные списки.

Посмотрев на Ульму, я понял, что та знатно умаялась рассказывать мне всё это. Вопросов к ней ещё было уйма, но я понимал, что она не потянет. Сказав, чтобы дожидалась меня на месте, я пошёл в поисках чего-то, чем можно было смочить горло. Было бы здорово, если бы достал чего-нибудь холодненького. Не потому, что старался для девушки, а просто этого хотелось самому. И, насколько я заметил, тут холодильников нигде не было. Так что задачка была непростой.

Когда мимо меня пробежала ребятня, я, невольно посмотрев им вслед, заметив, что толпа пузатой мелочи поймала какого-то дядьку с повозкой. И, присмотревшись, я довольно улыбнулся. Этот тип продавал, к сожалению, не мороженое, но струганый лёд был тоже очень кстати.

Вернувшись с тремя порциями сладкого льда, я гордо вручил две порции крашеной блондинке. В этот раз она не стала воротить носом и отказываться. Я даже услышал волшебное слово «спасибо».

— Подозреваю, что скоро начнёт темнеть, и вряд ли нам удастся найти открытую рунную лавку, — бросил я пробный камень, чтобы понять, был ли у неё план на этот случай.

— Почему ты решил, что с наступлением темноты торговля прекращается? — как на глупого ребёнка уставилась она на меня. — Наоборот, с наступлением темноты торговля только ещё больше расцветает. Ночь дарит относительную прохладу, отчего торговые дела лучше идут.

Интересное замечание, отметил про себя я. В чём-то она была права, но, скорее всего, это касалось только торговых кварталов. Людям ведь нужно спать, хотят они того или нет.

— Я не думал, что это правило касается и рунщиков. Подозреваю, что прямо очереди к ним не выстраиваются за их услугами.

Доев первую порцию льда, Ульма усмехнулась и отдала мне пустую чашку, принявшись за вторую.

— Чужак, не размышляй о том, чего не знаешь. К рунщикам у торгового люда всегда очередь. Какие сделки могут быть без руны согласования между двумя сторонами, заключившими договор? В наши дни слова уже ничего не стоят, когда договор можно скрепить рунными печатями.