Проверка слоя заняла меньше минуты.

— Шестой, — объявил мужчина в армейской рубахе.

Крис проследил, как Харна направили к оружейному столу. Там его задержали ненадолго: солдат осмотрел новое копьё, записал занятия с домашним наставником и деревенской стражей, после чего писарь выдал белый шнур.

Подойдя к навесу, Харн скользнул взглядом по ожидающим. Сначала посмотрел мимо Криса, затем вернулся и задержался на его лице.

— Крис?

— Да.

Харн подошёл ближе. На Криса он посмотрел только мельком, почти сразу опустив взгляд ниже — на белый шнур.

— Что ты здесь делаешь?

— Жду практической проверки.

— Под этим навесом?

— Меня сюда направили.

Харн ещё раз посмотрел на шнур.

— Да вижу я, куда тебя направили. Вопрос — почему.

— Потому что прошёл проверки.

— С каким слоем ты их прошёл?

— С шестым.

Харн несколько мгновений молчал.

— С шестым, — повторил он. — Ты два года не мог открыть третий.

— Это было полтора года назад.

— И за полтора года вдруг стал шестым?

— Проверяющий проследил путь дважды. Если не веришь мне, спроси у него.

Харн посмотрел в сторону стола. Ошибиться при такой проверке было трудно: открытый путь чувствовали, а не принимали на слово. Когда он снова повернулся к Крису, прежней уверенности в его лице стало меньше.

Во время их встречи на рынке одно слово «шестой» вмещало всю разницу между ними. Харн уже стоял на этом слое, когда Крис второй год не мог открыть третий. Теперь прежняя пропасть исчезла раньше, чем Харн успел заметить, что Крис к нему приблизился.

— Как? — спросил Харн. — Четыре слоя за полтора года одной злостью не открыть.

Крис не отвел глаз. Ему было совершенно неинтересно что-то доказывать Галоду, чье мнение больше ничего не весило.

— Я просто не вылезал из руин.

Харн криво усмехнулся и красноречиво скользнул взглядом по копью Дарна.

— Ну конечно. Значит, старик всё-таки оставил тебе хорошую заначку перед тем, как сгинуть? Или Рейн отсыпал гильдейского серебра? За подачки аптекаря камни горстями не скупают.

— Дарн оставил мне копьё, — ровно ответил Крис, давая понять, что разговор окончен. — Остальное я брал сам.

— В руинах? Один?

— Один.

Харн тихо выдохнул через нос.

— Ну да. Копьё само нашлось, камни сами нашлись, Рейн ничего не дал. За работу у аптекаря столько не купить, даже если на еде экономить.

— Я сказал: часть нашёл сам.

— И никто не видел, сколько ты приносил из руин.

— Я ходил туда не за свидетелями.

Харн чуть прищурился. Злая, колючая растерянность в его глазах вдруг сменилась мстительным пониманием. Он нашёл ответ, который его устраивал.

— Дешёвые эликсиры, — с презрением выплюнул он. — Ну конечно. Ты просто нажрался дешёвой алхимической дряни. Аптекарь под боком, свидетелей нет. Накачал жилы ядом, лишь бы пролезть на смотр.

Харн криво усмехнулся и шагнул ближе.

— Думаешь, стал равным? Да после такого разгона твоё основание сейчас хлипче старого сарая. Первый же тяжёлый удар — и ты просто посыплешься.

Крис почувствовал, как напряглись пальцы, но не позволил себе стиснуть древко.

— Крис, дом Дарна! К практической проверке! — выкрикнули от крайнего стола.

Крис даже не стал отвечать. Оправдываться перед Галодом было пустой тратой времени. Он просто отвернулся и сделал шаг к выходу из-под навеса. Его глухое равнодушие взбесило Харна сильнее любых слов. Он резко подался вперёд и намертво вцепился в древко копья чуть выше руки Криса.

— Я с тобой не закончил, — выплюнул он.

— Пусти, — ровно сказал Крис, не повышая голоса.

— А то что? Надоест терпеть и сломаешься прямо сейчас?

Харн с силой рванул копьё на себя, намереваясь выдернуть его из рук или хотя бы заставить Криса потерять равновесие.

Тело Криса сработало само. Короткий поворот древка, резкий рывок на себя — и пальцы Харна просто соскользнули с гладкого дерева. Лишившись точки опоры, Галод нелепо подался вперёд и едва не снёс плечом натянутую верёвку.

Растерянность на его лице мгновенно сменилась бешенством. Харн грязно выругался и с силой толкнул Криса обеими руками в грудь. Подошвы проехались по утоптанной пыли. Крис инстинктивно отставил правую ногу и чуть подогнул колени, как учил Дарн. Удар отдался в рёбрах тупой болью, но он устоял — просто принял чужой вес на крепкую стойку и не сдвинулся больше ни на дюйм.

Харн скрипнул зубами. Он перенес вес, явно собираясь ударить еще раз, но вдруг замер.

— А ну стоять.

Голос прозвучал негромко, но так, что Харн мгновенно опустил руки. Крис обернулся. Между ними, словно выросший из-под земли, стоял широколицый десятник с медной пластиной на груди.

Офицер тяжелым, немигающим взглядом пригвоздил сначала одного, потом другого.

— Оружие отдать солдату. Оба, — приказал он.

Убедившись, что копья отложены, десятник кивнул на свободный клочок утоптанной земли между повозками.

— С дороги уйдите. Разводить вас по разным очередям уже поздно. Деревенскую грязь вы на мой смотр притащили сами. Вот на ней я вас и проверю. Заодно посмотрю, способны ли вы слышать приказы, когда кровь кипит.

— С дороги уйдите. Очередь из-за вас стоять не будет.

Он дождался, пока они сделают шаг в сторону, и заговорил тем же ровным, металлическим голосом:

— По армейским правилам за драку на смотре каждый из вас прямо сейчас получил бы по десятку плетей. Но вам крупно повезло — вы пока ещё не в армии.

Десятник смерил их холодным взглядом.

— Однако разводить вас по разным кругам я не собираюсь. Раз уж притащили свои деревенские дрязги на смотр, друг на друге проверку и пройдёте. Заодно посмотрю, что для вас важнее — уставной приказ или желание проломить друг другу череп.

Десятник обернулся к солдату с рассечённым ухом.

— Два учебных. Круг освободить.

Участок, куда их вывели, до этого казался просто пустым местом между повозками и крайним столом. Теперь солдаты за несколько движений превратили его в круг: один поправил кол, другой натянул верёвку, третий молча оттеснил ожидающих к навесу. Под ногами была сухая, утоптанная пыль, по краям валялись следы прежних проверок — сбитые комья земли, тёмные полосы от подошв, обломок старой обмотки.

Люди оборачивались. За внешней верёвкой сразу поднялся гул, кто-то привстал на носки, чтобы лучше видеть, но сами столы не остановились ни на миг: писари продолжали выкрикивать имена, проверяющие — брать запястья, оружейники — возвращать копья и ножи. Смотр просто проглотил их ссору и сделал из неё ещё одну проверку.

Крис встал у своей стороны круга. Он и так должен был показать копьё, но совсем не так — не после толчка, не напротив Харна, не под жадными взглядами тех, кто уже почувствовал запах чужой драки. Он хотел спокойно пройти проверку, получить решение и вернуться домой, как обещал Сае. Теперь напротив стоял Харн и разминал пальцы, будто ничего особенного не случилось.

Солдат принёс два одинаковых учебных копья: толстые светлые древки, затупленные железные наконечники, грубая кожаная обмотка. Крис взял ближайшее — и сразу понял, что оружие чужое. Дарново копьё чуть тянуло вперёд, к наконечнику; это держало длину и само напоминало, где опасная часть. У учебного тяжесть сидела ближе к середине, древко было толще, а кожа под пальцами почти не проминалась. Перехватывать придётся иначе.

Харн коротко повёл наконечником раз, другой, третий — и без труда нашёл нужный хват. Видно было: с таким деревом он уже работал.

Десятник встал у границы круга.

— Работаете, пока не остановлю. В глаза и горло не бить. За верёвку вышли — проигрыш. Потеря оружия - так же. Победитель сам по себе мне не нужен. Я смотрю технику, решения и то, слышите ли вы команды, когда злитесь.

Он перевёл взгляд с Харна на Криса.

— Начнёте по моей команде и закончите по моей. После «стоп» ещё одно движение — и сразу уйдёте домой . Понятно?