— Это Мейв нарисовала, — отозвалась она, и ее голос прозвучал глухо из-за фильтра респиратора.

Она казалась полностью поглощенной животным перед собой, так что я воспользовался шансом побыть в ее личном пространстве и двинулся по комнате в поисках зацепок.

Здесь стояли бочки, точь-в-точь такие же, как та, которую Грейсон Тайлер покупал в строительном магазине. Из их задней части тянулись трубки, уходящие прямиком в слив посреди бетонного пола. Я приблизился к металлическим стеллажам у стены, разглядывая резиновые перчатки, чистящие средства и пучок новеньких зубных щеток, торчащих из банки. Я наклонился ближе, высматривая следы человеческих тканей или хотя бы волос.

Ничего.

Вернувшись на прежнее место, я прислонился спиной к столу у стены, пока Хлоя счищала остатки кожи и мышечных волокон с крошечного скелета.

Я наблюдал за ее глазами в процессе работы. Эти глубокие медовые переливы в ее радужке казались непривычно светлыми, озаренными предельной концентрацией, ведь она почти не моргала. Она обращалась с черепом с поразительной чуткостью, бережно и осторожно поворачивая его из стороны в сторону, пока зубная щетка проходилась по каждой грани, вычищая грязь. Ее руки оставались неподвижными, а голова время от времени склонялась набок, когда она оценивала чистоту костей со всех сторон.

И я просто не мог не заметить, как безупречно сидел на ней этот слитный комбинезон. Он подчеркивая каждый изгиб ее тела, будто они были выставлены напоказ точно так же, как и все окружавшие нас черепа. Мой взгляд жадно скользил по каждому дюйму ее фигуры, пока она склонялась над стальным столом, а плотная ткань обтягивала форму ее ягодиц и бедер, подчеркивая округлость груди.

Я отвернулся от ее работы, снова сосредоточившись на черепах и картинах на стене, даруя ей тишину для дальнейших усердных манипуляций у меня за спиной. Но сфокусироваться толком не получалось. Все мысли были заняты попытками вытолкнуть из головы воспоминание о том, как она выглядит во время мастурбации. И попытками убедить себя в том, что я вовсе не считаю сексуальным видеть ее с этой стороны. В своей стихии. За этим абсолютно безумным хобби, в котором она, очевидно, изрядно набила руку.

Вовсе это не сексуально, как она выстраивает в ряд инструменты, которые пригодятся ей в следующую минуту. И вовсе это не мило, как между ее бровей пролегает складка, заметная даже сквозь противогаз, когда она сосредоточенно проверяет, не осталось ли частичек кожи в крошечной трещинке на черепе. И нет ничего завораживающего в том, как она берет гниющую тушу животного и превращает ее в произведение искусства, увековечивая зверя и воссоздавая его первозданный облик в естественной среде.

Ничего из этого меня не трогает, продолжал я внушать себе. Ведь Хлоя Старк опасна.

Верно?

Спустя полчаса она издала глубокий стон, выпрямилась в полный рост и потянулась всем телом. Она опустила ладони на поясницу, прогибаясь назад и запрокидывая лицо к потолку. Я поймал себя на мысли, как мои пальцы скользят по коже ее шеи. Как они вплетаются в ее волосы и притягивают ее губы к моим. Как я ощущаю мягкое, влажное движение ее языка у себя во рту.

— Извини, — пробормотала она, бесцеремонно вторгаясь в мои фантазии. — Я и забыла, что ты здесь. Тебе, наверное, пора домой.

— Все в порядке.

Она смерила меня настороженным взглядом, а затем принялась быстро наводить порядок на рабочем месте. Отмыла руки до самых локтей и продезинфировала инструменты в глубокой промышленной раковине в дальнем конце комнаты, прежде чем вернуть каждую вещь на свое место.

Я потянулся за ней обратно по лестнице в гараж, повторяя ее движения, когда она сняла противогаз и повесила его на крючок у двери. Ее кожа раскраснелась, а на лице остались багровые следы от давления маски вокруг глаз, лба и носа. Она снова сполоснула руки в раковине прямо перед Субурбаном, а затем жестом предложила мне сделать то же самое. Стоило мне приняться вытирать ладони полотенцем, висевшим на вешалке рядом, как она стремительно обошла меня, защелкнула мои наручники на моих запястьях и пристегнула меня к этой самой стойке.

— Что за хрень, Старк? — прорычал я, дергая руками в попытке вырваться, но вешалка была намертво прикручена к стене. Она весело захихикала у меня за спиной, явно довольная собой.

— Не у тебя одного шустрые руки, детектив, — прошептала она у самого моего уха. По моему телу пробежала ощутимая дрожь, а аромат ее парфюма бесцеремонно вытеснил остатки здравого смысла. — Ты украл мои ключи из сумки в боулинге. Ты забрался в мой дом.

Я издал короткий смешок носом. Она не спрашивала напрямую, но я и не собирался выдавать ей больше того, на что она намекала. Я уж точно не собирался признаваться, что расставил камеры и все выходные наблюдал за тем, как она мастурбирует.

— Да, — выдохнул я вместо этого.

— Зачем?

Тот факт, что я стоял лицом к стене и не мог видеть выражения ее лица, изрядно нервировал. Но это не помешало мне ответить честно.

— Я искал улики, — признался я.

— Чего именно?

Я вывернул шею в попытке оглянуться на нее, но она оставалась вне поля зрения. Я мог различить лишь край ее рук, скрещенных на груди.

— Улики… преступной деятельности.

— И как, нашел что-нибудь?

Я недовольно крякнул, дернув скованными запястьями.

— Нет.

Она многозначительно хмыкнула, с явным сарказмом, будто этот ответ был ей известен заранее. Из-за спины донесся отчетливый звук длинной расстегивающейся молнии. Колесиком зрения я уловил, как она наклоняется, чтобы сбросить с себя комбинезон.

— Ты боишься меня, детектив? — тихо спросила она.

От этого вопроса волоски на моей шее встали дыбом. И вовсе не потому, что ответом было «да», а потому, что ее голос прозвучал настолько чертовски порочно и знойно, что все мое тело мгновенно пришло в полную боевую готовность. Мой член предательски запульсировал, стоило ей провести пальцем по линии моего позвоночника.

— Нет.

Она хмыкнула, на сей раз удовлетворенно, и в следующее мгновение оказалась прямо между мной и стеной, заглядывая мне в глаза снизу вверх, опустившись на колени.

— Давай сыграем в игру, — прошептала она, расслабляя ремень на моей талии и стягивая брюки вниз к лодыжкам. Она снова прыснула со смеху, когда стало очевидно, что под боксерами я тверд как камень. Я опять дернул наручники, отчаянно жаждая… я и сам толком не знал чего.

— Что ж, я пожалуй начну, — произнесла она, увлекая за собой и мои трусы к щиколоткам. Мой член буквально дернулся перед ее лицом, пока она проводила языком по губам с таким видом, словно собиралась поглотить меня без остатка. — И если захочешь, чтобы я прекратила, просто скажи «стоп», и я остановлюсь, идет?

— Старк, стоп, — скомандовал я незамедлительно, наперекор желаниям собственного члена.

— Правило номер один: нельзя остановить игру, которая еще не началась. Вот если ты захочешь прерваться после начала, тогда скажи, и я так и сделаю. Обещаю.

Она снизу вверх одарила меня хищно-сладкой улыбкой, невинно захлопав густыми ресницами. Я стиснул зубы, чувствуя себя абсолютно беспомощным в руках Хлои Старк, и, что самое раздражающее, ни капли не злился из-за этого, видя её под собой.

Из моих груди вырвался резкий вдох, когда она мазнула языком по головке моего члена, слизывая выступившую на кончике каплю смазки. Я позволил голове откинуться назад к потолку, пока она перехватила ладонью основание ствола и увлекла его к своим губам. Ее язык принялся очерчивать головку томительно медленными кругами.

Мои глаза закрылись сами собой, и все, что я мог видеть, это ее образ на кровати, с раздвинутыми ногами, вжимающуюся в свой вибратор и выкрикивающую мое имя в момент оргазма. Я не удержался и сам подался членом в ее ладонь. Ее пальцы сжались крепче, и она вобрала меня в свой теплый рот, принимая до самого горла.

— Блять, — простонал я.

Энергия, бушующая в моем теле без всякого выхода, заставила мои пальцы сжаться в кулаки, пока руки оставались вытянутыми перед собой вдоль стены. Она содрогнулась от рвотного рефлекса на самом кончике моего члена, втягивая щеки и заставляя мои ноги подкашиваться, пока ее рот скользил от основания к самой головке. Она отстранилась от меня с влажным шлепком, глядя вверх своими покрасневшими, припухшими губами, которые так гармонировали со следами от маски на ее лице.