Я смотрела на свои руки — белые, тонкие, всё ещё в обрывках кружева. С кончиков пальцев срывались капли. Они не падали вниз. Они висели в воздухе, дрожали, как будто ждали приказа. Я сжала кулаки — капли упали на мостовую и разбились о камни.

— Господи, — прошептала я. — Что я наделала.

Радость и ужас смешались во мне в один тугой ком. Радость — потому что я маг. Настоящий маг воды. Та самая сила, о которой я мечтала, сама того не зная, всю жизнь. Ужас — потому что я не понимала, как ею управлять. И потому что где-то там, в этом городе, остался Гуннар.

Гуннар.

Я вдохнула резко, как будто меня ударили. Он ждал моего ответа. Он сделал мне предложение. А я... я не успела сказать «да». Меня похитили. А теперь он ничего не знает. Он, наверное, с ума сходит. Или... или ему уже не до этого.

От этой мысли внутри всё сжалось так, что я согнулась пополам.

— Нет, — сказала я вслух. — Нет. С ним всё в порядке. Он сильный. Он маг огня. Он справится.

Но слова не помогали. Я выпрямилась и пошла. Сама не знала куда — ноги сами несли меня по улицам, мимо тёмных витрин и редких фонарей. Юбка подвенечного платья волочилась по мокрым камням, собирая грязь. Волосы облепили лицо, и я откидывала их мокрой рукой. Люди, попадавшиеся навстречу, шарахались. Ещё бы — босая невеста, мокрая, безумная, идёт по ночному городу. Есть от чего отшатнуться.

Кузница.

Я остановилась у знакомой двери. Свет горел. Внутри кто-то был. Я толкнула дверь и вошла.

Торвальд сидел за верстаком, опустив голову. Он не работал. Он просто сидел, сгорбившись, и крутил в пальцах какой-то металлический прут. Прут был согнут в спираль — как будто кто-то нервно скрутил его и бросил. Услышав мои шаги, Торвальд поднял голову.

Он посмотрел на меня — мокрую, растрёпанную, босую, в рваном свадебном платье. И я увидела, как в его глазах что-то мелькнуло. Не удивление. Не страх. Что-то другое. Горькое.

— Ты пришла, — сказал он.

— Где Гуннар? — спросила я.

Голос сорвался. Я хотела говорить спокойно, но получился какой-то жалкий, сиплый шёпот. Торвальд покачал головой.

— Не знаю, — сказал он. — Он вчера ушёл. Сказал — скоро вернусь. И не вернулся. Я думал, он у тебя. Я думал...

Он замолчал. Я шагнула ближе.

— Что ты думал?

— Я думал, ты сказала ему «да», — Торвальд усмехнулся невесело. — И он остался у тебя. Или вы гуляете где-нибудь. Или... не знаю. Он был счастлив, Алевтина. Он ушёл счастливым. Он ждал тебя.

У меня внутри всё оборвалось.

— Он не пришёл, — сказала я. — Меня не было. Меня похитили, Торвальд. Прямо из квартиры. Связали. Бросили в подвал. Рудольф сказал, что я выхожу замуж. За богатого. За влиятельного. За того, кто прислал изумруды. А я... я не знала, кто он. Просто чувствовала — что-то не так. Что-то холодное. Что-то... страшное.

Я задохнулась. Слёзы подступили к горлу — горячие, злые. Я сжала зубы.

— А потом я стала водой, — выдохнула я. — Когда меня вели к алтарю. Когда я увидела его. Этого старика. От него холодом тянуло. Я затопила зал. Я сбежала. Я — маг, Торвальд. Маг воды. Я только что это поняла. И я пришла сюда, потому что мне нужно было увидеть Гуннара. Потому что он — единственный, кто... единственный, кому я хотела сказать...

Я не договорила. Слёзы всё-таки потекли — горячие, обжигающие щёки. Я вытирала их мокрыми руками, но они всё лились. Торвальд встал. Подошёл. Осторожно, как к раненому зверю, положил руку мне на плечо.

— Эй, — сказал он тихо. — Эй. Не надо. Мы его найдём.

— Я виновата, — прошептала я. — Это из-за меня. Если бы он не связался со мной... если бы не сделал мне предложение... Эти люди забрали его из-за меня. Они знали. Они следили. И теперь Гуннар...

— Гуннар — маг огня, — перебил Торвальд. — Он не беспомощный. Он сильный. Он выживет. А мы — мы его найдём. Слышишь?

Я подняла на него глаза. Торвальд смотрел серьёзно, без своей обычной ухмылки. Никакого подмигивания. Никаких шуток. Просто человек, который тоже волнуется. Который тоже боится. Но который не собирается сдаваться.

— Ты не вини себя, — сказал он. — Ты ни в чём не виновата. Виноваты те, кто тебя похитил. И Рудольф, который тебя продал. А ты... ты выжила. Ты сбежала. И теперь ты маг. Это не вина. Это сила. И мы её используем.

Я кивнула, глотая слёзы. Потом вытерла лицо и выпрямилась.

— Нам нужен план, — сказала я. Голос всё ещё дрожал, но уже твёрже. — Нужно узнать, куда он ушёл. Нужны свидетели. Нужна управа. Нужно всё.

— Нужно поспать, — сказал Торвальд. — Хотя бы пару часов. Ты еле стоишь. И переодеться. Ты в свадебном платье.

Я посмотрела на себя. Он прав. Я выглядела как утопленница после кораблекрушения.

— Ладно, — сказала я. — Посплю. Но утром — в управу. И к сыщику. И к Рудольфу. Он что-нибудь знает. Он всегда что-нибудь знает.

Торвальд кивнул.

— Утром, — повторил он. — А пока — иди в заднюю комнату. Там кушетка. Я посторожу.

Я пошла. В задней комнате было темно и пахло металлом и углём. Я легла на кушетку, не раздеваясь. Подвенечное платье прилипало к телу, мокрое и холодное. Но мне было всё равно. Я смотрела в тёмный потолок и думала о Гуннаре. О том, как он дарил мне лошадку. Как краснел. Как сказал: «Я здесь. Я подожду».

Подожди, Гуннар. Пожалуйста. Я найду тебя. Чего бы это ни стоило.

И с этой мыслью я заснула. Без снов. Только темнота. И где-то далеко — тепло огня, которое ещё не погасло. Тепло, которое я обязательно верну.

Проснулась я от того, что где-то капала вода.

Не та вода, что я сама подняла вчера, — обычная. Мерная, неторопливая капель за стеной. Я лежала на узкой кушетке, укрытая чьей-то старой курткой. За окном уже встало солнце — косые лучи пробивались сквозь щель в ставнях и рисовали на полу длинные тёплые полосы. Пахло свежим хлебом и мятой.

Торвальд хлопотал у печи. Поставил на стол две миски, нарезал хлеб, заварил чай.

— Так ты умеешь готовить, — хмыкнула я, усаживаясь.

— Ну, «умеешь» — это громко сказано, — отозвался он. — Сначала попробуй.

Я попробовала.

— Неплохо. В голодный год сойдёт.

— В голодный год всё сойдёт, — усмехнулся он. — Ты ешь давай. Нам сегодня понадобятся силы.

Мы поели. Потом пошли к Рудольфу.

У двери квартиры я остановилась. Толкнула дверь — заперто. Приложила ладонь к замку, подумала о воде. Внутри замка что-то щёлкнуло, и дверь открылась.

Рудольф сидел за столом. Поднял голову, увидел меня — и побледнел.

— Вы... — прошептал он. — Вы вернулись.

— Вернулась, — сказала я. — Ты расскажешь мне всё. Всё, что знаешь о Моргане. И о том, куда увезли Гуннара.

— Я не знаю...

В кувшине на столе дрогнула вода.

— Рудольф, — сказала я тихо. — Ты продал меня. Ты связал меня. Ты бросил меня в подвал. Я могла бы утопить тебя прямо здесь. Но ты мне нужен. Ты пойдёшь в управу и расскажешь всё. И найдёшь того, кто знает про мага огня. Это твой единственный шанс.

Он закивал так, что очки слетели с носа.

— Я... я попробую...

— Не попробуешь, — отрезала я. — Сделаешь.

Он сглотнул и выскочил за дверь.

Мы с Торвальдом пошли в управу. Я зарегистрировала магический дар. Получила временный сертификат. Теперь я совершеннолетняя. Свободная. И у меня есть право искать Гуннара.

Потом — сыщик. Тот самый, на Рыночной площади. Маркус.

— Морган? — он поднял бровь. — Опасно. Но есть кое-что. Вчера вечером через город проехала закрытая повозка. С охраной. В сторону Восточных ворот. Без опознавательных знаков.

— Восточные ворота, — повторила я. — Дорога на рудники.

— Да. Туда, где добывают кристаллы. Идеальное место, чтобы спрятать человека.

Я сжала кулаки. Гуннар жив. Я чувствовала это. Но надолго ли?