- Эй! Это трогать нельзя! – возмутилась. - Совесть-то имейте!

- Всё что съедобно – можно. Не причитай, я тебе потом другую колбасу куплю! Угомонись! – бросает, продолжая свое увлекательное дело, а я только сидела рядом и пыхтела.

Спустя двадцать минут, это наконец-то происходит… Бандит наедается.

Я понимаю, что он после СИЗО и вряд ли там ел что-то подобное, но всё равно тихо его ненавижу за то, что он, словно саранча, поел значительную часть моих запасов.

У меня распределено все по списку. Я не могу потратить на еду больше положенного, потому что потом мне не хватит на коммуналку, и на другие нужные вещи. Дом большой, а я живу одна, и денег часто не хватает. Поэтому приходится экономить. Но этому бандиту вряд ли это понять. Он ведет себя так, словно ему все нипочем.

Раздраженная и недовольная, я покидаю стул и подхожу к соседнему столу. Беру оттуда свой мобильный телефон, который находился там, на зарядке, отдаю его преступнику и говорю:

- Звоните уже своим людям… Пускай вас скорее забирают!

Преступник хмыкает и принимает телефон.

- Что, не терпится поскорее от меня избавиться?

- Я хочу поскорее вернуться к своей обыденной жизни и забыть весь этот кошмар! – бросаю, не скрывая к нему своей неприязни.

Преступник смотрит на меня взглядом, в котором можно было увидеть отчетливую издевку, после чего набирает какой-то номер и прижимает телефон к уху.

После чего отводит его в сторону, смотрит на экран и снова прижимает к уху. Дальше опять отводит в сторону, заново набирает номер и снова слушает.

- Ч-что? - спрашиваю, когда на моих глазах, мужчина меняется в лице, становясь недовольным и злым.

- Плохие новости, детка, - спустя некоторое время бросает мужчина, - не получится поскорее вернуться к своей обыденной жизни и забыть весь этот ужас… Связи нет. И думаю в этой глуши это надолго. Кажется, мне придется остаться здесь чуть дольше, чем я планировал…

Я думала он лжет, смеется надо мной… Издевается!

Но я никак не могла поверить что то, что он говорит – правда!

Выхватываю из его рук телефон и начинаю звонить на первый попавшийся номер. Гудков не следует, только какие-то странные сигналы, которые не говорили мне ни о чем.

- И что все это значит? – бросаю, больше для себя, не для него, но преступник отвечает.

- Значит то, что на улице гроза, а вы живете здесь в глуши. Скорее всего, была повреждена мобильная вышка или ещё какая-то хрень произошла! И пока не закончится гроза, никто не приедет устранять образовавшуюся проблему. Тем более, в таких маленьких поселках, подобного рода проблемы устраняются в последнюю очередь, потому что на первом месте города. А после такой бури, думаю, работы им хватит надолго, - отвечает он, и я одариваю его раздражительным взглядом.

Теперь убить его, мне хочется ещё больше.

- То есть… Если связи не будет…,- начинаю и замолкаю, потому что не могу озвучить свои догадки.

А вот преступник, видом, может. И озвучивает их безжалостно.

- Не будет связи, я не смогу позвонить своим людям. Поэтому пока не восстановится связь, я остаюсь у тебя, - отвечает он, и я смотрю на него с ужасом.

- Нет, - говорю испуганно. - Вы обещали, что останетесь до утра!

- Я останусь здесь столько, сколько понадобится. Три дня. Неделю. Или месяц, - отвечает, снова напоминая мне о своем пистолете, который, оказывается, прятал за спиной, засунув под край полотенца. – У кого оружие, тот в доме и хозяин, - бросает нагло, заставляя меня фыркнуть.

Я резко подскакиваю на ноги.

- Ещё чего… Это мой дом! – бросаю сердито, пытаясь уйти, но преступник ловит меня за талию и прижимает к себе.

- Я беру его в аренду… Вместе с тобой! – отвечает он, ухмыляясь.

- Ни я, ни мой дом в аренду не сдаются! – выпаливаю гордо.

- Не хочешь по-хорошему… Ладно, – отвечает он, коварно понизив голос. – Тогда я оккупирую его и тебя! Ты моя пленница на неопределенное время, - заявляет.

- Я… Я не могу, - бросаю испуганно. – У меня работа… Второй класс. Дети ждут.

- О! так ты учительница? – удивляется. Я молчу. – Так сразу и не скажешь…

- А что не так? – не понимаю. Возмущаюсь. А нужно было просто не обращать внимания и не вестись на его провокации. Он же специально издевался надо мной. Это было и так очевидно. Но я слишком эмоциональная и вспыльчивая… Не по отношению к детям. Их я люблю. А вот таких ублюдков как этот бандит, я презираю и ненавижу.

- Ты слишком яркая, сексуальная и молодая, - отвечает он, окинув меня очень жарким взглядом.

- Ничего я не сексуальная, - отрицаю. Я вообще к этому не стремилась и скрывала всё, что может быть сексуальным во мне. Всегда делала строгие прически. Носила длинные юбки и закрытые блузки. Но, да, тело у меня было стройным и красивым. Волосы тоже были красивые: густые, длинные и блестящие. Ну и личиком я удалась… Так говорил мой покойный муж.

Я слишком рано стала вдовой и пока не думала о новых отношениях. К тому же, какие могут быть отношения и с кем, если в нашем поселке и мужчин нормальных не было! Я всех знала, все их погрешности и проблемы и ни с кем не хотела связываться.

Да, у меня был шанс остаться в городе, после учебы, но там оказалось не так легко устроиться на работу. А здесь, подруга покойной бабушки с радостью замолвила за меня словечко перед родственниками. И не для того, чтобы устроить меня по блату, словно какую-то бездарность… Я любила свою работу и хорошо её исполняла, только вот место было не так легко найти, поэтому и пришлось воспользоваться помощью знакомых.

- Сексуальная, - врывается в мои размышления, слова бандита. – И даже очень. – А я уже немного и забылась. Отошла от темы. Поэтому не сразу вспомнила, о чем мы там говорили. А преступник, зря не терял времени, и воспользовался моей растерянностью. – Хочешь, докажу? – добавляет он, сжав ткань халата на моей спине, от чего воротник слегка разошелся в стороны, открывая часть моей упругой, полной груди без бюстгальтера, обтянутую в простую белую футболку.

Я испуганно вскрикиваю, пытаясь прикрыться, но бандит мне этого не позволяет, перехватывая мою руку. А затем нагло опускает свой взгляд на мою грудь и похотливо облизывается.

И вот в этот момент мне по-настоящему становится страшно, потому что взгляд мужчины загорается опасным блеском.

Снова следует ухмылка. Наглая такая. Пугающая.

- Признаюсь… Даже я не ожидал увидеть такое, под твоим балахоном, - бросает, подцепляя край воротника пальцами. – Покажешь остальное?

- Да что вы себе позволяете?! - бросаю возмущенно, но голос при этом предательски дрогнул. – Пустите! - потребовала, рванув назад. Но мужчина не отпустил, а только сильнее прижал к себе, вдавливая меня в свое каменное тело. – Не трогайте меня!

- А если я хочу, - хрипит он, прижимаясь носом к моей шее, а затем к уху. Признаюсь, мурашки от его действий, на коже возникли. Но я не знала, от чего они: от страха или приятных ощущений. Ко мне не прикасался ни один мужчина вот уже три года.

- Я не хочу! – отрезаю упрямо.

- Я могу переубедить тебя…, - следует.

- Я буду сопротивляться, - предупреждаю.

- Хорошо, - соглашается, и мне становится ещё страшнее.

- Чтобы получить желаемое, вам придется взять меня силой… А это уже преступление, - пытаюсь

- А я и есть преступник, - хрипит мне на ухо, опаляя своим горячим дыханием нежную кожу моей шее. – Может именно поэтому я и сидел…

О боже…

Страх парализует мое тело, внутри все холодеет.

Преступник замечает новые изменения во мне и ухмыляется.

- Расслабься, училка! Я не насильник. К тому же люблю, чтобы девка сама ноги расставляла. Год ждал и ещё денек подожду, - бросает он, давая мне понять его мнение. Словно через день все изменится, и я расставлю перед ним ноги. Ублюдок.

Да пошел он к черту, со своей нездоровой самоуверенность и наглостью!