— Ты даже не представляешь, насколько я тебе доверяю, — спокойно возразил он. — После того, что случилось мне адски тяжело подпустить к источнику хоть кого-то.

— Ну так и делал бы все сам! —Стефа разозлилась еще сильнее. — Зачем тебе впутывать хоть кого-то? — она зло передразнила его последние слова.

— Увы, не могу, — Войцеха, похоже, ничуть не трогало Стефино возмущение. — Именно посторонний человек должен забрать источник. Скрывая его, я понимал, что меня могут вынудить вернуть его, а вот посвящать в наши дела кого-то еще Василина бы не захотела ни при каком раскладе.

На последних словах Войцех осекся, но было поздно.

— Василина, значит! — Стефа злорадно торжествовала, ведь ей удалось подловить Войцеха. — Давай уже, выкладывай все! Хватит с меня твоих загадок! Если тебе нужна моя помощь…

— Вообще-то это вам нужна моя помощь, — перебил ее Войцех. — Я могу оставить все, как есть, и просто наслаждаться жизнью, к которой вы меня вернули.

— Вот именно! Мы вернули тебя к жизни! За это ты нам должен. Спаси жизнь Лилькиному парню и мы будем в расчете.

— То есть, мы возвращаемся к тому, с чего начали? — подытожил он. — Хочешь рассматривать мою помощь как плату за услугу или сделку — твое право. Только откровенность в условия сделки не входила.

Стефа скрестила руки на груди и отвернулась. Ее ужасно бесили слова Войцеха и его наглый тон, но от этого самоуверенного паршивца зависели судьбы Никиты и Лили. И ей придется смириться и сделать все, что он скажет. Но хотя бы злиться на него она имеет полное право.

— Сердишься? — Войцех без труда уловил ее настроение, которое она впрочем, и не пыталась скрывать. — Давай-ка присядем, — он подошел к краю крыши и уселся на широкий бетонный парапет. — Думаю, какую-то часть я все же могу тебе рассказать.

Стефа, все еще обиженная, подошла к парапету и села рядом с Войцехом, но не слишком близко.

— Наша, скажем так, размолвка с Василиной случилась как раз из-за источника. Она по своим причинам и в своих целях решила использовать значительную часть накопленной энергии. Я, само собой, был против. За годы совместной жизни и магического сотрудничества я неплохо изучил эту ведьму, и почти не сомневался, что она сделает все, чтобы заполучить источник и выкачать его содержимое. Поэтому мне пришлось его спрятать. Да так, чтобы даже я сам не смог до него добраться, если Василина найдет какой-нибудь способ меня вынудить. А она могла! Как я позже убедился, она могла и не такое. Но вот чего я никак не мог предположить и просчитать, так это того, что она вместо того, чтобы вынуждать найти и вернуть ей источник, зашвырнет меня на десятилетия в небытие. До сих пор не пойму, какой ей в этом толк. Ну наказала она меня, но ведь при этом лишилась надежды заполучить то, что ей нужно.

— Возможно, она рассчитывала, что без тебя ей будет проще добраться до артефакта, — предположила Стефа, глядя не на Войцеха, а на город за его спиной.

— Ну нет, она не так глупа! — он нахмурился. — Наверное. Все-таки найти что-то спрятанное сильным магом без его помощи практически невозможно.

— Даже если отлично изучил этого мага и при этом сильнее его? — невинно поинтересовалась Стефа, следя глазами за солнечными бликами на поверхности реки.

— Василина не сильнее меня! — Войцех вскочил с парапета. — В худшем случае мы равны по силе.

— Возможно, она считала иначе, — воспользовавшись освободившимся местом, Стефа закинула ноги на парапет и удобно устроилась, обхватил руками колени.

— Если Василина так думала, значит она — полная дура, — продолжал кипятиться Войцех, отмеряя шагами короткие отрезки крыши и поворачивая в обратную сторону.

— Или она уже нашла твой артефакт и применила, как планировала.

Войцех замер на месте, перестав метаться по крыше. Темные брови сошлись на переносице, а глаза словно сменили цвет с зеленого на почти черный. Стефа поспешила объяснить это оптическим обманом и игрой солнечного света.

И тут она явственно различила вокруг сияние, по большей части красное, но местами переходящее в черный. Пока она во все глаза таращилась на это явление, прерывистое дыхание Войцеха выровнялось, и свечение вокруг него стало постепенно тускнеть, как недолговечная радуга после дождя.

— Ты дразнишь меня, Стеша? — наконец спросил он. — Ты ведь на самом деле так не думаешь?

— Какая разница, что я думаю? — она пожала плечами. — На самом деле, я понятия не имею, на что способна Василина, но не стала бы ее недооценивать на твоем месте.

— А на твоем месте, я бы не стал радоваться, если твое предположение окажется верным, — Войцех вздохнул, и остатки сияния окончательно рассеялись. — Для меня это будет означать крах многолетних трудов, но я начну заново и рано или поздно создам новый источник. Только вот создание и, тем более, наполнение источника — дело не быстрое. Ваш Никита за это время умрет, — в его голосе была жесткость, но не злорадство. — В любом случае, у нас только один путь — пойти, проверить и забрать источник, если он все еще там, где я его оставил.

Стефа оценила его правоту, и желание уязвлять самонадеянность колдуна отпало само собой. На самом деле, они союзники, и она не меньше него заинтересована в том, чтобы Василина не добралась до этого самого источника, чем бы он там ни был.

— Я помогу тебе, — она поднялась с парапета. — Что нужно делать?

— Для начала — дождаться ночи. Днем мы не сможем попасть в нужное место.

— А где это место? Надеюсь, хоть это ты мне скажешь? Или поведешь с завязанными глазами?

— Это уж слишком, — усмехнулся он. — Я скажу, но ближе к делу. Не хочу тебя заранее расстраивать.

Само собой, очередная туманная фраза тут же расстроила и разозлила Стефу. Но она не стала унижаться и требовать подробностей. В отместку решила не говорить, что видела ауру Войцеха.

Не без сожаления, она вместе с Войцехом покинула крышу, чтобы вернуться в квартиру. Нужно сосредоточиться на Лиле, чтобы не думать о предстоящей вылазке за артефактом и обращать как можно меньше внимания на невыносимого колдуна.

И все-таки весь оставшийся день и вечер Стефа провела как на иголках, постоянно бросая нервные взгляды то на часы, то на Войцеха. Она хотела было пойти к Лиле, переместившейся горевать в спальню, но там уже дежурила Варя, куда лучше справлявшаяся с утешением подруги.

По эмоциональной поддержке в их троице Варе не было равных. Она умудрялась успокаивать и подбадривать даже клиенток салона, расстроенных предсказаниями. Кроме того, когда дело касалось составленных ею ороскопов, старалась преподнести информацию в максимально позитивном ключе. Одним словом, во врачевании душевных ран на Варю можно было положиться. Лилька в надежных руках.

Себя же Стефа считала не очень хорошей утешительницей. Она привыкла помогать делами. В тех случаях, когда это было возможно. Хорошо, что сейчас как раз такой случай. По крайней мере, Стефа очень на это рассчитывала. Она могла сколько угодно подкалывать Войцеха, но при этом от всей души надеялась, что коварная Василина не добралась до магического артефакта раньше. Им с Войцехом должно повезти. Ради Лили и Никиты.

Время тянулось как загустевший мед. Войцех по-прежнему не собирался делиться подробностями предстоящей вылазки. Вместо этого он отправился на опустевшую кухню и принялся готовить. Стефа же забилась в кабинет, достала с полки первую попавшуюся книгу и принялась читать в надежде скоротать время, попутно наглаживая забравшегося к ней на колени Петрония.

К моменту, когда Войцех позвал их то ли на поздний обед, то ли на ранний ужин, измученная страданиями и слезами Лиля успела заснуть. Варя тихонько выскользнула из спальни. Выглядела она грустной и усталой.

Из кухни умопомрачительно пахло, впрочем, как всегда, когда Войцех брался готовить. На этот раз их ждали разложенные по тарелкам картофельные лепешки с начинкой из мясного фарша, политые сметаной и посыпанные зеленью.

— Колдуны? — усмехнулась Стефа. — В твоем исполнении очень символично.