— Не хочу спускать вас с небес на землю, — не совсем искренне вздохнула Стефа, — но у нас сегодня еще одна клиентка. Запись на четыре.

— Надеюсь, только одна? — уточнила Лиля, по виду тоже не слишком расстроенная перспективой еще поработать. — А то у меня в половине седьмого встреча с Никитой, а надо еще себя в порядок привести.

— Ты и так в порядке, — заверила Стефа.

— Никита, значит, — протянула Варя, чья рука застыла, перестав наглаживать кота, к явному неудовольствию последнего. — Лиль, а ты все-таки уверена, в нем?

— Я не в чем и ни в ком не уверена, — ощетинилась Лиля, словно из солидарности с ней подул холодный ветерок с реки. — Кроме одного. Я уверена, что хочу провести эту весну с ним. Ни на что не оглядываясь, ничего не боясь и не строя планы на будущее. Хотя мне бы хотелось, чтобы оно у нас было, — тихонько добавила она.

— Но мы же теперь колдуньи, — Варя обращалась к подругам, но смотрела куда-то вдаль. — Может, у Василины в тетради найдется волшебный рецепт…

— Эй! — нахмурилась Стефа. — Не для того мы отказали в привороте безумному дядьке с клоком волос жены, чтобы потом пробовать такое для себя.

— Да я ж не про приворот, — Варя подтянула к себе Петрония, словно пытаясь им прикрыться. — Я имела в виду какое-нибудь другое волшебство. Полезное и безобидное.

— Сдается мне, не бывает безобидного колдовства, — пробормотала Стефа, глядя на воду.

Свислочь пошла рябью от нового порыва ветра, а где-то под землей вздыхала Немига — река, спрятанная под землей, лишенная свободы, неба, ветра и солнца. Стефе почему-то стало жалко, заключенную в трубы реку, для которой никогда не приходит весна. А еще немного страшно. На месте Немиги ей захотелось бы отомстить людям.

Стефа постаралась отогнать странные мысли, но это оказалось не так просто. Наверняка непрошенная связь с подземной рекой ей лишь мерещится. Но будь она не тарологом, а настоящей ведьмой, то, возможно, поселилась бы где-нибудь поблизости от подобного источника силы. Недоброй силы, но колдовство, как недавно сказала она сама, штука не особо добрая. И все же безумно интересная и манящая. Несмотря на тревожные предчувствия Стефе очень хотелось попробовать какой-нибудь рецепт из тетрадей Василины. Но уж точно не приворот! И ничего, что могло бы кому-то навредить.

— Холодно стало, — Лиля поежилась. — Пойдемте в дом. Тем более, клиентка уже скоро придет. Нужно успеть переодеться и перекусить.

Стефа и Варя не стали спорить. Солнце спряталось за набежавшими облаками, напомнив, что конец марта — еще не то время, когда можно подолгу сидеть на улице в легкой домашней одежде. Только Петронию в его пушистой шкурке было тепло и комфортно, и он решил остаться на балконе, тем более, теперь весь диван оказался в его распоряжении. Хорошо быть котом, особенно весной.

До прихода клиентки оставалось двадцать минут, как раз хватило заварить и выпить чай, чтобы согреться, и перехватить по сэндвичу с курицей, сыром и помидорами. Когда раздался звонок в домофон, Стефа спешно заглатывала последний кусок.

Она же открыла дверь, встречая гостью. В прихожую вошла высокая массивная женщина, при взгляде на которую на ум приходило слово “командирша”.

— Надежда Геннадьевна? — Стефа постаралась как можно незаметнее подсмотреть имя в телефоне.

— Да — да, — кивнула клиентка.

— Раздевайтесь, проходите, — Стефа приняла из рук женщины длинное тяжелое пальто бордового цвета. — Мы с коллегами ждем вас в салоне.

Салоном теперь называлась гостиная. Она была все еще далека от идеальных стандартов, но уже больше соответствовала своему назначению. Подруги отыскали в Минске и окрестностях несколько эзотерических магазинчиков и закупились там атрибутикой, призванной создавать атмосферу магического салона. Теперь на видных местах стояли свечи разнообразных цветов и форм, в том числе довольно реалистично изображающие людей. Когда хозяйка свечной лавки сказала, что такие свечи следует сжигать для достижения успеха и исполнения желаний, даже Стефе стало не по себе. А чувствительную Варю аж передернуло. Но жечь свечи никто и не собирался. Основное их предназначение состояло в создании магического вайба. А если в них и впрямь заложена какая-то сила, что ж, хуже не будет. Вряд ли маленькие восковые фигурки, так искусно изображающие людей, станут мстить за то, что им не устроили аутодафе. Напротив, Стефа почти всерьез рассчитывала на их благодарность.

Кроме того, пожертвовав собой, хозяйки салона решили в “рабочее время” жечь ароматические палочки с благовониями. Запах не нравился никому из них, но зато благотворно влиял на клиенток. Те сразу проникались должным настроем. Вот и сейчас Надежда Геннадьевна, войдя в комнату, как-то незримо преобразилась, настраиваясь на нужный лад.

Но стоило ей сделать пару шагов, как она замерла посреди комнаты, расширенными глазами глядя на Лилю. И ладно бы только она. Лиля уставилась на гостью не менее ошарашенным взглядом.

— Н-надежда Ген-надьена? — пролепетала она, в ужасе глядя на клиентку.

— Лилька?! — в тоне женщины слышалось обличающее осуждение, будто она застала ребенка-подростка с сигаретой и бутылкой пива за гаражами. — Так вот какую работу ты себе нашла, бросив нас накануне закрытия годового отчета!

— Напоминаю, что вы сами меня уволили, — Лиля чуть приподнялась, опираясь о стол и теперь смотрела “командирше” прямо в глаза. — И не прожигайте на мне дыру. Да, я теперь работаю нумерологом и зарабатываю, между прочим, побольше, чем под вашим руководством. И не надо изображать презрение к работе в магическом салоне, ведь вы сами сюда пришли!

Теперь уже клиентка выглядела растерянной, как будто ее поймали с поличным. Лилька, как тот воображаемый подросток, не осталась в долгу и в ответ на обвинения извлекла пачку сигарет из сумки матери. Шах и мат!

— Давайте все успокоимся, — предложила Стефа. — Надеюсь, то, что вы знакомы с Лилией, не помешает плодотворной работе с вашим запросом. Но если это не так, то можно ограничиться раскладом Таро и составлением гороскопа, исключив расчет матрицы судьбы. Разумеется, гонорар будет уменьшен соответственно, — пришлось прибегнуть к юридической манере речи, которая очень хорошо работала, когда нужно переключить человека с эмоций на логику.

— Не надо уменьшать, — проворчала Надежда Геннадьевна, тяжело опускаясь на стул. — И расчет этот ваш пусть будет. Уж в чем-в чем, а в цифрах Лилька понимает. Или как тебя теперь называть? Пророчица Лилиана? — ядовито обратилась женщина к Лиле, та в ответ состроила гримасу. — Да ладно. Думаешь, я не знала, чем ты там в перерывах занималась? Девки из отдела кадров только твои расчеты и обсуждали в столовке. Могла бы и сама мне рассказать и матрицу эту самую рассчитать, как женщина женщине.

— Я бы рассказала и рассчитала, — не осталась в долгу Лиля, — веди вы себя со мной, как женщина, а не как начальница.

— Думаю, нам всем стоит успокоиться, — Стефа сделала еще одну попытку уладить конфликт. — Надежда Геннадьевна, что привело вас сюда? С каким запросом вы хотели к нам обратиться?

— Да уж известно с каким, — клиентка тяжело вздохнула. — Муж!

Все как всегда! Кто бы сомневался. За полторы недели Стефа успела перейти от радости, вызванной популярностью салона, к легкому чувству недовольства однообразием запросов. Да, само собой, это было очень предсказуемо, но все-таки в глубине души хотелось, чтобы кто-то приходил к ним за прогнозами в более серьезных сферах, расчетами финансовых рисков, помощью в принятии значимых решений. А не вот это вот вечное — “изменяет ли мне муж?” и “как найти нормального мужика?”

— Муж, — скорбно продолжила клиентка. — Не любит он меня! Я из кожи вон лезу, а ему, паршивцу, и дела нет.

Подруги переглянулись, похоже, всем пришел на ум обиженный супруг со скальпом жены. Тоже весь такой недолюбленный и неоцененный.

— Надежда Геннадьевна, почему вы сомневаетесь в чувствах мужа? — на этот раз вопрос задала Варя.

— Да потому что издевается он надо мной! Я ж его и кормлю, паразита, и обстирываю, и дом в порядке содержу. И при этом пашу на работе, как проклятая, вон Лилька не даст соврать.