Сэбуро-сан замолчал и уставился на меня, ожидая вердикта.

«Гарти, ты можешь сварганить нужное видео?»

«Легко. Но не сварганить, а скомпоновать из имеющихся».

«А ещё одно видео, где есть признание этого кадра, что это он сам всё задумал и провернул?»

«Готово, кэп. Желаешь взглянуть?»

«Взгляну, но попозже…»

— Ладно. Согласен. Сделка так сделка. Желаете глянуть на видео, что будет скормлено дону Диего и прочим?

— Вы его уже сделали? — удивился Сэбуро.

— А что тянуть-то? Смотрите…

«Гарти, включи головизор и поставь туда первое видео».

Через секунду левее камина появилось объёмное изображение хозяина дома, отвечающего на вопросы прячущегося за кадром «интервьюера».

Голофильм длился три с половиной минуты. Когда он закончился, Сэбуро удовлетворённо кивнул:

— Неплохо. Теперь моя очередь. Будете слушать, что я скажу Диего, или сразу дадите коммуникатор?

— Сначала послушаю. И запишу.

— Разумно, — согласился Сэбуро и принялся говорить.

«Всё в норме, кэп, — заявил Гарти после первой прослушки. — Ключ-слов не заметил, скрытых подтекстов тоже. Единственное, есть некоторая неуверенность речи. Надо порепетировать».

И мы с Сэбуро порепетировали. Оттарабанили его предстоящий спич восемь раз, отточили его до идеала, и только тогда подселенец дал, наконец, добро на реальный «выход в эфир».

Я приставил к уху Сэбуро его же коммуникатор и ткнул в нужный сенсор:

— Поехали.

Дон Диего откликнулся на звонок практически сразу.

«Сэбуро-сан?»

«Да, это я, Диего. Звоню сообщить: на финале меня сегодня не будет».

«Проблемы с товаром?» — обеспокоился дон.

«Чисто технические. Перевозка, проверка и всё такое. Всё прочее в силе. Жду вас после турнира, часа через два. Точные время и место скину поближе к сроку. Но только учтите, система охраны будет настроена только на вас. Сопровождающих она не пропустит».

«Я помню, Сэбуро. Мы это оговаривали».

«Ну, вот и отлично. До встречи, Диего».

«До встречи, Сэбуро-сан…»

Я нажал кнопку отбоя, выключил коммуникатор и запихнул его Сэбуро в карман. Со связанными руками его не достать, а когда их развяжут, меня и Молли на этой планете уже не будет.

— И последний вопрос, господин из «Васаби», — проговорил я, приложив указательный палец ко лбу хозяина дома. — Диверсия год назад на корабле Шеху и Стефани, повреждение генератора гиперполя — ваша работа?

— Моя, конечно. Чья же ещё-то? — бросил со злостью Сэбуро.

— Убирали свидетелей? Просто бизнес, ничего личного?

— Можно подумать, что вы поступили бы по-другому.

— Всё верно, Сэбуро. Всё верно. Свидетелей надо прикончить…

«Гарти, отправь этого козла к Фобето́ру».

«К кому, капитан?» — не понял искин.

«Был такой бог в мифологии Старой Терры. Он отвечал за кошмары».

«На какой срок?»

«Пока не разбудят».

«Принято, кэп. Выполняю».

Сэбуро-сан закатил глаза и ушёл в «нирвану».

«И скомпонуй мне, кстати, ещё одно видео. Где этот гад признаётся, что это он год назад убил Шеху и Стефани».

«Готово. Хотя и не понимаю, зачем?»

«Пригодится».

Я ещё раз окинул взглядом гостиную, открытый сейф, дрыхнущего Сэбуро…

Нет, на кузину он всё-таки не похож. Как и она на него…

«Охрану дома восстановить?» — спросил Гарти, когда мы вышли наружу.

«Восстановить, но оставить доступ для дона Диего, Рамиза Спахиу… и, пожалуй, для Панди Кристо».

«И всё?»

«Всё».

«Выполняю…»

В Бельведер-холл я вернулся вовремя, минут примерно за сорок до начала финала. Правда, чтобы добраться до нашей гримёрки, опять пришлось попотеть, но это дело привычное — знай, выполняй команды искина, обманывай следящие камеры, и всё будет чики-чики.

Дверь в гримёрку открылась бесшумно, и первое, что я увидел, когда вошёл — были два направленных на меня лучевика.

— А, это ты, — опустила Молли стволы и с облегчением выдохнула.

— А ты ожидала кого-то другого? — поинтересовался я, закрывая дверь и запирая её на засов.

— Сам посмотри, — указала подруга на утилизатор.

Я посмотрел и невольно присвистнул:

— Интересно девки пляшут… по четыре штуки в ряд…

Прямо под приёмной панелью утилизатора лежали четыре жмура́.

— Двое из клана Джуглини, двое из Штюла. Ворвались в гримёрку, буянить стали, орать, игольниками размахивать, — прокомментировала бывшая узница. — Ну, я, короче, и психанула.

— Сурово ты с ними. А что хоть хотели?

— Да праздник испортить, что же ещё-то?

— Надо было хоть одного для допроса оставить, — посетовал я, подойдя к трупам.

— Так я ж, говорю, психанула, — пожала плечами Молли. — Некогда было думать. Терпеть таких не могу.

— Ладно. Проехали, — махнул я рукой и вновь повернулся к убитым, прикидывая, как половчее впихнуть их в утилизатор.

— Может, робоуборщикам приказать? — подала мысль напарница.

— Робоуборщики — это долго, и тут их нет. Их надо снаружи искать. Поэтому лучше самим, — я забрал у неё один из лучевиков и показал, что делать.

Непрерывный режим излучения требовал прорву энергии, зато результат получался как раз такой, какой нужен. Ни крови, ни грязи, ни неприятного запаха, и срезы такие ровные, «аккуратные»… любой маньяк обзавидуется. За неполные десять минут мы разрезали трупы на части, влезающие в утилизатор, и скормили ему их без всяких проблем. На всё про всё ушло четыре энергомодуля. Жалко, конечно, но что поделаешь. Объяснять дону Геге и дону Бехару, откуда в нашей гримёрке их люди и кто и зачем их шлёпнул, вышло б гораздо дороже. А так — знать не знаем и ведать не ведаем. И вообще, мы тут к танцам готовимся, а все вопросы, будьте любезны, к дону Диего — возможно, он объяснит…

Пока занимались лучевой расчленёнкой, Молли попутно смотрела видео из дома Сэбуро Кано, как полное, так и те вырезки, что Гарти сделал специально для донов.

— Значит, всё-таки братец твоей Хитоми. Вот крыса, — сказала Молли после просмотра. — Надеюсь, что доны его всё же прикончат. А чашелистика жаль. Эх, на́ день бы раньше к этому говнюку заглянуть, было бы здорово! Ты, кстати, не хочешь полное видео скинуть Диего и прочим?

— Да мне-то без разницы, но, ты понимаешь… я ему всё-таки обещал, а сделка есть сделка. Да и потом, Рамизу и Панди я всё равно перекину расширенную, так сказать, версию. Для контраста. Чтобы пока мы сваливаем с планеты, они бы с Диего ругались, а не нас бы ловили.

— А последнее видео тогда для чего?

— Где джап признаётся, что это он год назад пытался убить Шеху́ и Стефа́ни?

— Ага.

— Хитоми отправлю. Пусть знает, кто собирался грохнуть её любимого Мэта. Может быть, тоже тогда в сваре с кристаллами поучаствует и под ногами не будет путаться.

— Не будет! Как же! — хмыкнула Молли. — Плохо ты, Реш, знаешь женщин. Будь уверен, тебя она просто так не отпустит. Мы с нею ещё наплачемся. Причём, наверное, даже больше, чем со всеми этими донами, джапами и другими.

— По-моему, ты преувеличиваешь, — не согласился я с её выводом. — И, знаешь, давай сейчас эту тему лучше отставим, а вместо неё займёмся другим, насущным. Нам скоро уже на танцпол выходить, не забыла?

— А ты уверен, что нам туда нужно? — Молли внезапно упёрла руки в бока и посмотрела на меня с откровенным вызовом. — Кристаллы сейчас у тебя? У тебя. Так какого ж тогда мы тут паримся? Берём ноги в руки и валим отсюда прямиком в космопорт!

Я покачал головой:

— Не успеем.

— Почему?

— Вчера и позавчера, пока были группы, мы ещё как-то могли бы свинтить втихомолку. Никто бы на это сразу внимания не обратил, и мы получили бы фору на пару часов. Однако сегодня, если, прости, мы не явимся на финал, нас бросятся тут же искать. А если учесть бэкграунд — и твоё обещание дону Рамизу, и позавчерашнюю стрельбу в коридоре, и предполагающуюся вот-вот передачу кристаллов от Сэбуро к Диего, и пропавших солдадос Джуглини и Штюла — искать нас рванётся куча народа. Два против одного, если нас даже не перехватят до космопорта, то улететь не дадут. А прорываться к орбите с боем, по мне, это будет не самый приятный способ самоубийства, — развёл я руками.