— Снова этот разведчик. Да надоел уже, — досадливо сообщила Таира, переключив экраны на «заднюю полусферу».

Там, в самом деле, сверкала метка того корабля, что пёрся за нами сквозь пылевое кольцо, отставая на пять тысяч вёрст. Правда, сейчас расстояние между нами уменьшилось раза примерно в четыре. Да и пространство вокруг очистилось до состояния, когда можно с комфортом наблюдать за разворачивающимся поблизости шоу.

— А вот по этому гаду нам жахнуть можно… И даже нужно, — выдал я наболевшее. — Ну, до того, как нас с крейсера не ухайдакали.

Моё предложение приняли на ура.

— Скорость сближения — двадцать, — доложила Таира через четверть минуты.

— Готовность к удару — тридцать секунд, — азартно продолжила Молли, положив руки на сенсоры управления оружием — лучевым, кинетическим, плазменным.

Теперь мы неслись в рваном темпе, то замедляясь, то ускоряясь, меняя вектор движения в пределах градусов двадцати по тангажу и по рысканию, изображая тем самым попытки сбить наведение с крейсера.

И мы его, в самом деле, сбивали. Но только в том случае, если с крейсера собирались вести огонь точечно, филигранно, желая не уничтожить нас, а лишь повредить, обездвижить и захватить. В реале же для главного калибра и уж тем более залпа всеми орудиями наши телодвижения не стоили ничего.

Тем не менее, мы старались. Тянули время, как могли и умели. Ведь теперь у нас появилась цель: прихлопнуть тех гавриков на разведкорабле, пока нас не прихлопнули с суперкрейсера.

— Готовность к удару — двадцать секунд… пятнадцать… десять… — продолжала докладывать Молли…

До пяти она досчитать не успела. Все экраны заполонила яркая вспышка. Суперкрейсер всё-таки выстрелил. Главным калибром…

— Мы всё ещё живы? — удивлённо поинтересовалась Таира, когда свистопляска на мониторах закончилась.

— Ты не поверишь, но да, — не менее удивлённо откликнулась Молли.

Я вгляделся в картинку и…

— Давай полный импульс!.. Пока они не очухались!.. Быстрее! Ещё быстрее!.. Им надо перезарядить накопители… Давай, ёпсель-мопсель!.. Давай, бл… Давай!..

Хрен знает, из-за чего суперкрейсер шарахнул не в нас, а в своих — может, просто ошибся, а может, этот «разведчик» тоже не «свой», как и мы — но не воспользоваться ситуацией стало бы с нашей стороны непростительной глупостью, граничащей с преступлением.

— Скорость достаточная! ГГП активирован! Гиперполе устойчивое! — прокричала Таира.

— Давай! — прорычал я, вцепившись в подлокотники кресла.

— Переход! Есть! Вау! Мы это сделали! Йо-хо-хо! — завопили, перебивая друг дружку, несостоявшиеся «жёнушки Нур-Рахмана».

На видовых экранах «Бегущей» колыхалась серая пелена подпространства.

Да, мы действительно это сделали.

Но, чёрт побери, как же мне надоели эти внезапные и совершенно лишённые логики ходы мироздания. Ну, неужели нельзя всё делать спокойно, по плану, без нервотрёпки и никому не нужного риска?..

— Знаете, Кински, лично меня это уже начинает напрягать. Сначала вы утверждаете, что с мусорщиками покончено, потом говорите: «В последних бедах виноваты не мусорщики, а Мартинес». И вот теперь, после того, что случилось на Дивее-Центральной, вы снова делаете вид, что мусорщики здесь ни при чём…

В отличие от предыдущих встреч, сегодня Дрэго Ди Анцо не суетился, не жестикулировал, говорил ровно и внятно и, вообще, выглядел совершенно спокойным. Однако лорд-секретарь чувствовал: внутри у хозяина корпорации «Ди Анцо миньере» бушует настоящая буря.

В кабинете для совещаний они сидели вдвоём: он и Дрэго. Последний, впрочем, присутствовал виртуально, в виде голографической копии. Однако это ничуть не мешало вести беседу через сотни парсеков космической пустоты.

— Не совсем понимаю, о чём вы, Дрэго? — проговорил ровным тоном лорд-секретарь. — Да, я, конечно, слышал, что у вас на Дивее кто-то упёр скалантум и грохнул главу филиала, но мусорщики… — недоумённо развёл он руками. — Я просто не в силах представить, они-то здесь каким боком?

— Спрашиваете, каким они боком? — криво усмехнулся Ди Анцо. — Ну, хорошо. Попробую объяснить. Первое. Речь идёт не только о скалантуме… Хотя, безусловно, сам факт, что ПРОСТЫЕ грабители знают, где его производят, уже говорит о том, что всё не так просто. Так вот, речь идёт не только о скалантуме, но и об элементе Цветка Шантары.

— Даже так? — приподнял бровь мистер Кински. — Простые грабители украли у вас чашелистик?

— Не ёрничайте, господин секретарь. Вам это не к лицу.

— Хорошо. Не к лицу, значит, не к лицу. Не ёрничать, значит, не ёрничать, — покладисто произнёс собеседник. — Хотя, если честно, я и не собирался. Потеря ещё одного фрагмента Цветка — вещь, действительно, неприятная. Как это, кстати, случилось? Так же, как в своё время случилось у «голдов» и «родманов», или как-то иначе? Подробности есть?

Он откинулся в кресле, сложил руки на животе и выжидающе посмотрел на Ди Анцо.

Тот недоверчиво фыркнул:

— Вы что, в самом деле, не в курсе?

— Увы.

— Ладно. Тогда поясню. У «голдов» и «родманов» фрагменты банально украли. У нас… хм… у нас чашелистик взяли в открытую, нагло, угрожая оружием, по-пиратски, захватив гражданскую яхту в системе, напичканной нашими боевыми судами, как пицца сыром. И активным участником этой акции был тот, кто назвался мусорщиком.

— Сам назвался? Или это всего лишь предположение? — уточнил Кински.

— Сам, — кивнул Дрэго. — Мы восстановили часть уничтоженных видео с атакованного корабля и теперь можем точно сказать. Это был тот же субъект, что отметился в акции с «родманами» на Уре.

— В Деловом центре, город номер одиннадцать? — проявил осведомлённость в вопросе лорд-секретарь.

— Да, — кивнул Дрэго. — Он появился как будто из ниоткуда и исчез в никуда. Его путь даже камеры зафиксировать не смогли. Такое, вы знаете, бывает нечасто.

— И вы считаете, что это и вправду может быть мусорщик? Именно мусорщик, а не тот, кто пытается просто прикрыться их репутацией?

— У меня есть и другие причины так думать, — оттопырил губу Ди Анцо. — Когда Моретти (это глава моего филиала на Дивее-Центральной) начал преследовать на разведкатере корабль грабителей, кто-то от моего имени приказал уничтожить тот катер с Моретти. И командир суперкрейсера Особой эскадры, будучи уверен, что это мой личный приказ (он был получен по защищённому гиперканалу), исполнил его максимально точно. Разнёс разведкатер в пыль и дал бандитам уйти.

— Очень интересно, — пробарабанил пальцами по столешнице мистер Кински. — Технологий подмены защищённых гиперканалов ни у кого в Содружестве нет… Ну, разве что…

— У Мартинеса, — продолжил Ди Анцо. — Но, уверяю вас, это не тот случай. Даже если у Мартинеса подобные технологии есть, я уверен, что он не мог среагировать на ситуацию в таком темпе. Единственный вариант — на крейсере у него были сообщники. Однако расследование показало: сообщников не было.

— Вы так уверены в своих дознавателях? — позволил себе усмешку лорд-секретарь.

— Мы проверили всех, кто мог иметь доступ к интересующей нас информации. Тридцать шесть человек, начиная от командира крейсера и заканчивая дежурным оператором гиперсвязи, были подвергнуты глубинному сканированию памяти. Результат отрицательный. В обоих смыслах.

Лорд-секретарь кивнул. Он хорошо представлял, какие именно смыслы имел в виду собеседник. Первый: глубинное сканирование вытаскивало из памяти человека всё. Абсолютно всё. И если чего-то не обнаруживало, то этого там действительно не было. Второй смысл: в большинстве случаев, после такой процедуры человек превращался в «овощ».

— Знаете, Дрэго, что я по этому поводу думаю? — задумчиво проговорил лорд-секретарь. — Я полагаю… в определённом смысле, вы правы. Мусорщики и вправду имеют некоторое отношение к тому, что случилось в системе Дивеи-Центральной. Но только не напрямую, а опосредованно.