— Что значит «опосредованно»? — нахмурился гость.
— Корабль мусорщиков, вы это сами видели, был либо уничтожен, либо значительно, очень значительно повреждён. Они вместе с крэнгами надолго исчезли из нашей реальности. Однако это вовсе не означает, что сами мусорщики погибли все до единого. Кто-то из них наверняка выжил и, с вероятностью девять из десяти, оставил в нашем пространстве кого-то из своих конфидентов.
— Кого-то, кто им помогает? — уточнил Ди Анцо.
— Да. Кого-то из обычных людей, кто им помогает, снабдив этого кого-то недоступными нам технологиями. Разведчика, дознатчика, диверсанта, добытчика… можете называть его как угодно, но суть одна. Этот господин «Икс», этот, если хотите, «двуликий Янус», он делает что-то, что нужно мусорщикам. Что-то, что нужно им срочно, вот прямо вынь да положь. И я полагаю, вы уже догадались, что именно.
— Цветок Шантары, — пробормотал собеседник.
— Бинго, мой друг! — хлопнул в ладоши Кински. — Им, сиречь, мусорщикам, нужен Цветок Шантары. Причём, позарез и все его элементы.
— Последнее довольно сомнительно, — покачал головой Ди Анцо. — Чтобы собрать их все воедино, надо…
— Попасть в Ядро, — закончил лор-секретарь.
— Да. В галактическое Ядро. Мы как раз из-за этого в своё время не дали Мартинесу организовать туда экспедицию и уничтожили тот кораблик… Вот, дьявол! Забыл, как он назывался…
— Арго́, — подсказал мистер Кински.
— Точно! Арго. Память совсем дырявая стала, — хлопнул себя по лбу хозяин «Ди Анцо миньере».
— Бывает, — отозвался лорд-секретарь. — Но возможно, вы снова правы. Все элементы Цветка пособнику не собрать. И, тем не менее, они ему для чего-то нужны.
— Чтобы мусорщики восстановили корабль? — предположил Ди Анцо.
— Или чтобы они получили возможность вернуться в наше пространство.
— Ну, одно другому не мешает.
— Всё верно. Ничуть не мешает…
Лорд-секретарь задумался. Испытующе посмотрел на Ди Анцо…
— А знаете, Дрэго, вы сейчас навели меня на одну очень важную мысль.
— Какую? — подался вперёд собеседник.
— Нам никак нельзя этого допускать.
— Чего этого?
— Всего, о чём говорили. И с вами, и с Джоном, и с Вилли, и даже с Кичиро. Мы не должны допускать, чтобы мусорщики и крэнги вернулись. Мы не должны допускать, чтобы кто-то собрал воедино Цветок Шантары. Чем это грозит человечеству, неизвестно, однако мы точно знаем, что древние разделили его неспроста. А сегодня мусорщики ищут его фрагменты. Не важно, ради чего, но ищут, а значит, хотят собрать. Но только ищут не сами, а через своих подручных в Содружестве. И ключевое звено между реальными мусорщиками и их пособниками-людьми — Альваро Мартинес. Почему я так думаю? Во-первых, во всех недавних событиях, в инцидентах на Уре, на Копях Тарола, Аль-Сане, Акаса, вашей Дивее-Центральной — везде торчат уши компании «Тахо». А во-вторых, у Альваро Мартинеса есть такой пунктик — тащить к себе всё, что касается технологий, даже явно провальных, несбыточных, откровенно мошеннических. Главное, чтобы они выглядели прорывными, научными, обещающими невиданный раньше эффект. Навроде «а вдруг получится?». И вот на этом желании, я считаю, мусорщики его как раз-таки подловили. Они дают ему технологии, он делает то, что им нужно. Для человечества это закончится катастрофой.
Кински на миг замолчал, и Ди Анцо тут же заметил:
— Бруно, я с этим во многом согласен. Но к чему вы ведёте? Какой будет вывод? Практический. А не просто «нам надо» и «мы должны».
Лорд-секретарь налил в свой стакан воды, выпил и твёрдо проговорил:
— Давление на Мартинеса надо усилить. Вплоть до прямой атаки на Талаверу и уничтожения «Тахо сиенса». Только так можно устранить связь между мусорщиками и их сообщниками в Содружестве. Пора прекратить осторожничать и подводить балансы возможных доходов-расходов. На кону будущее человечества, Дрэго. Поэтому я обещаю, что как только вы, Вилли и Джон выступите открыто против Мартинеса, вас поддержат наши эскадры. Я лично выступлю на Совете, и ни лорд-председатель, ни лорды-советники от помощи вам уже не отвертятся. Я дожму их. Наших сторонников в Совете Содружества больше, чем соглашателей и колеблющихся…
* * *
«Нужно ли жарить грибы, если они говорят, что не надо?» — эту дебильную, прилипшую непонятно откуда фразу я повторял всякий раз, когда начинал через Гарти общаться со своим… пока ещё своим кораблём.
О чём я пытался с ним толковать? Да о самом простом и, я бы даже сказал, очевидном. Я спрашивал: «Кто здесь хозяин? Я или мои спутницы?» А этот чёртов искин мгновенно прикидывался дураком и принимался пространно объяснять, что хозяин конечно я, но…
И вот в этом самом «но» те «недожаренные грибы» как раз и сидели. Мой «гартрак» ничтоже сумняшеся рассуждал, что, мол, если я допустил их обеих на борт и по массе параметров они подходят нам в качестве членов экипажа, то «потакать их слабостям» — это нормально. А если я против, то всегда могу сам объяснить им, что занимать по полсуток и более тир, спортзал и библиотеку, тренироваться на вирт-тренажёрах в ходовой рубке и задавать ТТХ для устройства на корабле ещё одной рубки («оператора боевых систем и вооружений»), а потом ещё запираться в лаборатории и сидеть там до ночи — это вовсе не то, что хочется капитану.
Ну, один раз я, в самом деле, попробовал это сделать. В смысле, прямо с утра заявил Таире и Молли, что времени на эти занятия им теперь выделяется вдвое меньше, чем было вчера и позавчера, но, ясное дело, мгновенно огрёб от обеих. Что, типа, они и сами могут решить, что им делать и сколько времени тратить на «самореализацию и личностный рост», а если мне что-то не нравится, то… Ну, дальше там шёл «непереводимый народный фольклор» по поводу моего «непристойного поведения»…
Последнее — это, конечно, шутка. Никакой нецензурной брани Молли с Таирой себе, безусловно, не позволяли — не то воспитание. Зато «цензурной» хватало с лихвой. И ничего я им в этом плане противопоставить не мог. Поскольку с первой мы так и так проводили все ночи в одной постели, а вторая… хм… была той, что вдрызг разругалась со своим олигархом-папаней ради того, чтобы сопровождать меня в моих малопонятных большинству человечества приключениях. Ну, а если учесть, что женщин я в своей жизни, вообще, никогда не… эээ… не наказывал, то в случае с этой парочкой у меня это делать не получалось даже в теории. Чем они обе, понятное дело, с большим удовольствием пользовались.
Хотя, с другой стороны, наказать их всё-таки стоило. Поскольку дела делами, а планы, что делать, куда двигаться дальше, где нам найти кристаллы бри-ши и какую-то непонятную андивиевую кислоту (или просто андивий), разрабатывать надо. И для начала их, эти самые планы, нужно, как минимум, обсудить. А как обсуждать, если одна торчит постоянно в тире, спортзале, боевой рубке, а другая — или в библиотеке, или в сети, а потом шастает по всему кораблю, изучая, как что устроено. Правда, как и в наш прошлый визит, в зоны реакторов, генераторов и на командный пункт корабль её не пускал. Хотя она и пыталась его умаслить. Но тщетно. Псевдоразум «гартрака» эмоциям не поддавался. А уж на женские чары — тем более…
В систему В8–3229, а после в изнанку между мирами мы добирались через два промежуточных пункта. Первый этап маршрута Таира, вообще, не рассчитывала. В открывшееся гиперокно мы влетели фактически наобум. Прыжок из Дивеи-Центральной больше напоминал паническое бегство, а не плановое перемещение в заранее выбранную локацию. Маячивший за кормой суперкрейсер «миньеров» мог шандарахнуть по нам в любую секунду. Раздумывать, куда прыгать, было попросту некогда. И тем не менее, всё прошло удовлетворительно. В звезду мы не врезались, в объятия «чёрной дыры» не попали. А что выбирались потом из тех бебеней, куда сгоряча угодили, больше трёх суток, так для космических путешествий это дело обычное. Иные, бывало, как заявила на сей счёт Таира, неделями в гипере парились, чтоб прилететь хоть куда-то. Так что нам, почитай, с прыжком наобум повезло — отделались лёгким испугом.
