– Что ты со мной сделал?! – воскликнула, зло глянув на виновника появления второй метки.

Но опять ничего, кроме довольной улыбки, не удостоилась. Эта реакция на мое раздражение окончательно вывела меня из себя. Только собралась броситься на обидчика с кулаками, как меня перехватил Ан.

– Успокойся, милая, – произнес мужчина, оттащив подальше от брата, после чего развернул к себе и, не обращая внимания на сопротивление, крепко обнял. – Ты тратишь слишком много энергии. Так нельзя. Иначе сама себя доведешь до истощения.

– Он пометил меня! – выкрикнула, указав пальцем на теперь, как мне казалось, главный источник всех своих бед и злоключений.

– Знаю. А еще не имел на это никакого права, – холодно раздалось в ответ.

Очевидно, эти слова предназначались уже Еву.

– Но что сделано, то сделано.

– Ты обещал защитить! – напомнила.

– А что я, по-твоему, сейчас делаю, не давая тебе лишиться последних сил, а с ними и сознания?

– Пусти! – потребовала, снова принявшись вырываться.

И на сей раз у меня это на удивление быстро получилось. Получив свободу, попятилась к двери. Видя, что меня даже не пытаются остановить, выскочила в коридор и бросилась к входной. Я уже открыла ее, впустив внутрь прохладный воздух с улицы, когда вернулся здравый смысл и я вспомнила: мне некуда идти. Обратно к Вамлайтам? Ни за что! Тогда куда?

И тут накатило отчаяние. Так и не рискнув покинуть дом, закрыла дверь, после чего привалилась к ней спиной и съехала на пол.

Помутневшим от слез зрением заметила две показавшиеся следом за мной из кабинета фигуры. Не желая, чтобы мужчины видели меня такой, обняла себя за ноги и спрятала лицо. Я изо всех сил старалась не плакать, но с каждым мгновением эта задача становилась все невыполнимее.

– Отнесу ее наверх. Пусть отдохнет немного, – объявил Ан, прежде чем приблизиться и одним легким движением подхватить меня на руки. – Тебе к ней пока лучше не приближаться.

Ответа Ева на предупреждение брата я так и не услышала. Хотелось верить, пьющий поступит так, как ему было велено.

– Ну все. На месте, – объявил Ан, войдя в комнату и аккуратно усадив меня на край кровати, после чего опустился рядом на корточки. – Кия, посмотри на меня.

Окончательно запутавшись, что хорошо, что плохо и как мне теперь следовало себя вести, выполнила просьбу и зло глянула на мужчину.

– Понимаю. Заслужил. Можешь не верить, но мы хотим помочь. Со своей стороны, обещаю две вещи. Будет непросто. Очень! Но если справишься, тебе больше никто не сможет навредить. И использовать. Будешь сама себе хозяйка. И ни один пьющий не посмеет забрать и капли твоей силы, пока ты сама ему этого не позволишь. Это власть. И немалая. Подумай над моим предложением. А я пока пойду раздобуду завтрак.

С этими словами мужчина поднялся и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

Когда Ан вернулся, я уже успела задремать. А потому никак не отреагировала на его появление. Позади тихо звякнули столовые приборы. А вскоре после этого послышался звук вновь закрывшейся двери.

Снова одна. Вот и хорошо!

Без особого энтузиазма глянув на поднос, да так и не ощутив желания полакомиться хоть чем-то из его содержимого, перекатилась на другой бок, закрыла глаза и попыталась уснуть. Но как ни старалась, так ничего и не получилось.

Эх, знала бы, чем для меня это в скором времени обернется, старалась бы лучше!

В какой-то момент в доме сделалось тихо. Настолько, что я решила, будто осталась в нем совершенно одна. Так и не сумев уснуть, не придумала ничего другого, кроме как еще немного пострадать на тему своей незавидной участи. А заодно поплакать. Пока в перерывах между всхлипами не услышала тяжелые шаги на лестнице. Не успела принять сидячее положение и поспешно смахнуть слезы с глаз, как дверь распахнулась, и на пороге показался Ев. Злой как собака, он вперил в меня взгляд красных глаз да так и застыл. Но всего на несколько мгновений.

– Ты закончила? Твоими душевными стенаниями весь дом пропитался. И меня, мягко говоря, от них уже подташнивает. Смени пластинку, дающая. Иначе это сделаю я, – пригрозил мужчина.

Отлично! Сначала вывел из себя, потом выпил, наградил очередной татуировкой, а теперь еще чем-то недоволен. Вкус моего настроения ему, видите ли, не понравился.

Оскорбленная последним фактом до крайней степени, не сдержалась и снова разревелась. Что там этот бог собрался со мной сделать? Пусть! Мне уже все равно. Наверно.

– Кия, я серьезно, – явно ожидая иной реакции на свои слова, обреченно произнес Ев. – Прекращай. А то такими темпами вскоре весь район будет знать, что ты здесь. И поскольку он довольно престижный, не сильно удивлюсь, если кто-то из наших соседей окажется пьющим. Смекаешь, куда я клоню?

О! А вот эта перспектива и правда оказалась не на шутку пугающей. Посему глубоко вздохнула и поспешно взяла себя в руки.

– Другое дело, – оценив мои старания, довольно произнес Ев.

Но тут же снова сделался хмурым, стоило ему увидеть нетронутый поднос с завтраком.

– А вот это уже никуда не годится. Ты сегодня вообще хоть что-то ела?

Продолжая прятать взгляд и усиленно стирать с лица соленую влагу, лишь мотнула головой. Я уже собралась и вовсе отвернуться, как передо мной вдруг возник носовой платок.

– Спасибо, – пробормотала, приняв подношение, и тут же, наплевав на приличия, громко высморкалась.

Что подумает обо мне мужчина, интересовало в последнюю очередь. И так красавица дальше некуда. Красные, распухшие от слез глаза и нос, искусанные чуть ли не в кровь губы, на голове бардак. Другими словами, до высокородной леди я так и так уже недотягивала.

– Тебя надо покормить, – задумчиво раздалось рядом. – Заодно прогуляемся. Не против?

– Ану это вряд ли понравится.

– Конечно! Но его здесь нет. Так что, идешь? Нет?

– Зачем тебе это? – поинтересовалась, сразу заподозрив неладное.

– Мне? Незачем. А тебе поесть надо. Кстати, братец уже обрисовал перспективы?

– В общих чертах, – призналась.

– Отлично. В таком случае перед тобой тот, кто ответит на все твои вопросы, – с энтузиазмом отозвался мужчина, но почти сразу поспешил исправиться: – Или почти все. Так что? Интересно?

– А это не опасно?

– Куда опаснее оставаться здесь и ждать живущих рядом пьющих спасателей по чью-то душу. Будь уверена, они совершенно точно сделают все, чтобы осчастливить тебя собой.

Подобная альтернатива стала решающим аргументом в том, чтобы согласиться на прогулку. Смущало лишь одно – мое одеяние. И, кажется, не только меня одну.

– Во что Ан тебя нарядил? – поморщился Ев, стоило мне подняться с кровати. – Ты же на монашку похожа.

Тут я, пожалуй, была склонна согласиться. А еще совершенно не знала, что с этим делать. Ведь у меня даже одежды запасной с собой не было.

– Кажется, мы сейчас думаем об одном и том же, – заключил Ев, протянув мне руку.

Чуть помедлив, приняла ее. А уже в следующее мгновение ощутила хорошо знакомое покалывание, пощипывание и щекотание во всем теле, в результате чего мой наряд мало того, что сменил белый цвет на черный, он еще стал юбкой, блузкой и пиджаком, в то время как плащ превратился в платок, плотно укутавший лицо и таким образом скрывший от посторонних глаз татуировки на висках.

– Совсем другое дело! – одобрительно воскликнул пьющий, явно будучи невероятно довольным своей работой. – Остался один небольшой штрих.

С этими словами мужчина одел мне на глаза непонятно откуда взявшиеся у него в руках темные очки и отошел на несколько шагов, чтобы оценить конечный результат своих трудов.

– Теперь полный порядок. Так тебя никто не узнает.

Развернулась к трюмо и оценивающе взглянула на отражение. А ничего так. И последствий недавних рыданий почти не видно.

– Идем, – скомандовал Ев, поспешно взяв меня за руку и потянув из комнаты к лестнице, а там и к главному входу.