– Значит, нужен ее автор, – заключил Кай.

– Патриция Вамлайт. Только через нее мы сможем выйти на того, кто похозяйничал у меня в голове, – заключила я. – Но что-то я сильно сомневаюсь, что она добровольно согласится мне помочь.

– Нам, – поправил Ев.

– Нам, – согласилась, тепло улыбнувшись другу.

Зря старалась. Тот уже отвернулся и, неспешно попивая чай, явно о чем-то призадумался.

– Какую ей можно предложить мотивацию? – поинтересовался Ан после того, как за столом воцарилось молчание.

– Никакой. Она богатая, независимая и очень влиятельная в своих кругах женщина. У нас вряд ли получится чем-то ее подкупить. Можно только надавить. И я отлично знаю, кого именно использовать в качестве рычага, – поделился соображениями Ев.

– Ни секунды не сомневалась, что ты это предложишь, – призналась.

– Если не ошибаюсь, речь о Тайризе Вамлайте? – догадался Кай.

– О нем, – произнесла со вздохом, продолжая буравить генератора идеи недобрым взглядом.

– В таком случае, дамы и господа, у меня для вас отличные новости. Вы получите возможность увидеться с ним меньше чем через неделю на вечеринке моего отца по случаю его дня рождения. Родитель состоит в обоих клубах Вамлайтов. Посему их владелец стопроцентно будет числиться в списке приглашенных. А уж о его гарантированном присутствии могу позаботиться я. Кину слух про крайне необычных гостей с моей стороны. Все окружение отца в курсе, где я учусь. Так что, думаю, создать определенную интригу вокруг вашего появления будет несложно. Разумеется, пригласительные от моего лица гарантированы. Так что думайте. А сейчас мне пора. Через пару часов ассистирование на очень серьезной операции. Рад был лично убедиться, что у тебя все хорошо, Кия. Надеюсь, скоро снова увидимся.

Кай давно отключился, а мы так и остались молча сидеть за столом, думая о неожиданно свалившемся на нас предложении. Пока я, не в силах больше терпеть выжидающего взгляда Ева, не поднялась и, еще раз кивнув всем присутствующим, молча не направилась в свою комнату.

Наивная! И как могла хоть на мгновение поверить, что мне удастся избежать разговора, на который этот наглый тип уже совершенно точно настроился? Ладно, мечтать не вредно. Если недолго. Очень недолго, поскольку, не успела закрыть за собой дверь, как она снова распахнулась.

– Не сейчас, – предприняла слабую попытку хотя бы отложить неизбежное.

– Нет, сейчас, Кия. Сейчас! Я уже задавал этот вопрос раньше и теперь, когда ты стала сильнее и увереннее в себе, повторю его. Почему так боишься этой встречи?

– Потому что сомневаюсь, что от нее будет какой-то толк.

– Ответ неверный. Вижу по панике в твоих глазах и метаниям по комнате. Остановись, выдохни и начинай объяснять!

– Я просто не испытываю желания видеться с этим человеком, – пояснила, заставив себя сделать, как было велено. – И уж тем более иметь с ним какие-то дела.

– Ты боишься не его, – догадался мужчина. – Ты боишься того, что чувствуешь к нему. И тогда, и сейчас. Ничего не изменилось, верно?

– Не говори ерунды! – выпалила, перестав заламывать руки, и, обняв себя за плечи, поспешно отвернулась к окну.

– Вот оно! А я-то все думал, в чем именно причина.

– Ошибаешься.

– Правда? Ты испытываешь куда больше удовольствия от глотка воды, нежели от моего поцелуя. Но стоит лишь упомянуть в разговоре Риза, как меняешься до неузнаваемости. Он как то ружье на стене.

– Что? – переспросила, теперь уже совершенно точно ничего не понимая.

– Неявный, но крайне важный элемент любой истории, который в конце обязательно выстрелит. Вамлайт для тебя все равно что красная тряпка для быка. И ты к нему неравнодушна. Признайся в этом, наконец, уже хотя бы самой себе, если мне не хочешь.

– Ев, я правда думаю, что из этого ничего путного не получится, – отозвалась, напряженно потирая лоб и одновременно продолжая прятать лицо от собеседника.

– А горизонтального?

– Теперь еще и юморить изволите? – осведомилась, зло глянув на нагло улыбавшегося мне пьющего.

– Что угодно, только бы нос не вешала. Очнись, Кияри. Ты уже не та напуганная, потерянная, сорящая энергией направо и налево девочка, а очень сильный и талантливый специалист по реабилитации. Конечно, когда не пытаешься себя угробить.

Презрительно фыркнув, да так и не сумев сдержать улыбки после этой своеобразной похвалы, отрицательно покачала головой и снова повернулась к мужчине спиной.

– Я лишь пытаюсь сказать, что Риза тебе теперь тоже следует воспринимать иначе. С высоты своего нового статуса, поменьше оглядываясь на прошлые встречи. Вынеси с них уроки и двигайся дальше. Вы оба уже не те. У него больше нет над тобой власти. Он потерял ее, когда упустил тебя. Теперь ты сама к нему возвращаешься. А потому вольна диктовать правила вашего общения. И будь уверена, он их примет. Как минимум из-за любопытства.

– А максимум?

– Чтобы вернуть тебя.

– В качестве энергетической подпитки? Вот уж спасибо!

– Будь дело только в ней, на тебе бы не было его метки избранника. Нет, Кияри, между вами нечто большее. И даже не пытайся это отрицать, – заключил пьющий, прежде чем неожиданно перестать подпирать собой дверь и уже вознамериться уйти.

– Это все, что ты хотел мне сказать?

– Да, десертик.

– Не называй меня так, – поморщилась.

– Хорошо, помеченная. Так лучше?

– А можно просто по имени?

– Можно, но неинтересно. Ты на него не так остро реагируешь. А тебе пора учиться правильно отвечать на провокации. Что-то подсказывает, в случае с Ризом их ожидается немало. Поэтому собирайся.

– Куда?

– На прогулку со мной. Через полчаса выходим. И готовься, буду издеваться.

– Кто бы сомневался! – успела кинуть вдогонку, прежде чем дверь за визитером закрылась.

Ох, что-то подсказывало, это будет еще та неполная неделя, прежде чем мне выпадет возможность заглянуть в глаза своему жутко голодному страху. Хотя, может, за эти несколько лет все изменилось, и Вамлайт едва ли обратит на меня внимание. Если вообще узнает.

В своих прогнозах относительно Ева я не ошиблась. Пьющий нервировал меня чуть ли не ежеминутно. Но стоило отдать ему должное, при этом ни разу не выставил в плохом свете перед другими. Таким образом все шпильки, недвусмысленные намеки, шутки и комментарии касались непосредственно меня, его, Кая, но больше всего Риза. Когда же я по окончании дня уже чуть ли не со слезами на глазах позвонила другу, чтобы нажаловаться на своего мучителя, тот, к моему еще большему возмущению, только посмеялся с нас.

– Ты ему нравишься, Кия. И не меньше, чем мне, – включив мужскую солидарность, попытался оправдать своего создателя Кай.

Вот же спелись! Впрочем, ничего удивительного, поскольку, если подумать, они оказались пугающе схожи. И во многом. Оба знали себе цену и вели себя соответствующе. А еще одинаково тепло и при этом шкодливо относились ко мне.

– Я тебе не затем позвонила, чтобы ты его защищал!

– А зачем тогда?

Хороший вопрос. Надо было сначала самой им задаться, а уже потом набирать Кая.

– Пригласительные для нас всех попросить, – вовремя выкрутилась.

– Проси.

– Вы сговорились, что ли? – возмутилась.

– Это ты сейчас о чем? – раздалось в ответ с тихим смешком.

Ну, ясно все с ними. Садисты! Ни минуты покоя, ни капли жалости. А я за кого-то переживала, когда Ев к нему отправился. Да чтоб еще хоть раз... Никогда!

Высказав в сбивчивой форме все, что думала про двух конкретных гадов, а потом и всех пьющих в целом, отправилась за поддержкой к девочкам и Ану. Порадовало то, что хоть эти оказались не вовлечены в испытание моей нервной системы на прочность. А потому остаток вечера прошел относительно спокойно – за чаепитием и мирной игрой в карты.

Рано я обрадовалась, так как уже на следующее утро все началось заново. Головой отлично понимала, к чему Ев меня готовил. Но на деле вытерпеть подобную манеру общения оказалось той еще задачей. Хотя стоило признать, она давала свои плоды. Я почти не вспоминала о скорой встрече с Вамлайтом. И действительно все спокойнее начинала относиться к провокациям пьющего. Правда, ровно до того момента, пока тот не закончил с теоретической частью и не перешел к практической. И вот тут мне сделалось по-настоящему сложно. Ведь теперь мужчина не упускал ни одной возможности, чтобы прикоснуться, обнять, а то и начать целовать. Как при всех, так и наедине.