– Что еще я могла подумать после того, как ты всем и каждому при любой удобной возможности пытался показать, кто тут главный?

– А потом, когда ты попросила вести себя не так вызывающе, согласился выполнить твою просьбу и пообещал быть сдержаннее. Но ты явно мне не поверила. Я тебя в этот раз даже почти не пил. Только чуть-чуть попробовал. И то лишь для того, чтобы убедиться: тебе действительно было так же хорошо, как и мне.

– Думал, симулирую?

– Имелись подозрения. Но ты очень быстро их развеяла.

– Извини.

– Ты уже говорила.

– Мне не следовало убегать.

– Не переживай, в следующий раз я приму меры, чтобы, даже если очень захочется, у тебя этого не получится, – со смешком в голосе пообещал мужчина.

– Прозвучало пугающе.

– Не бояться меня я вряд ли смогу тебя убедить. Во всяком случае, пока не начнешь доверять мне.

– И что дальше?

– Ты мне скажи.

– Как Пат? – поспешила сменить тему, после того как посчитала наш конфликт улаженным.

– Ей заметно лучше. Еще она снова может ходить. Хоть и делает это пока с большой опаской. Ан уже повторно осмотрел ее, похвалил тебя за работу и сказал, что вылечить все остальное особого труда не составит. Нужно лишь время и чуточку терпения.

– Хорошо, – отозвалась, прежде чем, не зная, что еще сказать, поднялась. – В таком случае я пойду.

– Могу узнать, куда на этот раз?

– Сегодня переночую у девочек, – сообщила, решив, что так будет лучше и безопаснее всего.

А еще – поменьше соблазна для кого-то явиться ко мне посреди ночи.

– Хорошо. Завтра утром побеседуем с матерью относительно цели твоего приезда сюда и тогда окончательно решим, что делать дальше.

Я чувствовала некую недосказанность в наших отношениях. Но быть инициатором продолжения этого разговора совершенно точно не собиралась. А потому поспешила на выход.

– Кияри! – окликнул Риз, когда я уже открыла дверь.

– Да?

– Вчера в машине, когда я говорил, что хочу любить тебя, я имел в виду не только секс. Если ощущаешь мой голод в отношении себя и своей силы, то также должна чувствовать: я сейчас говорю правду.

– Мы начали наши отношения не с того.

– Какая, к черту, разница, с чего они начались? По мне, так куда важнее, что они до сих пор есть.

– Для тебя. Но не для меня. В этом вся разница.

Удивительно, что на сей раз мужчина снова предпочел оставить за мной последнее слово. Или же настолько призадумался над моими словами, что ему сделалось просто не до ответа? Так или иначе, теперь наш разговор совершенно точно был окончен. Как и этот сумасшедший день. Надеюсь!

Наивная! Стоило очутиться в комнате подруг, как окончательно убедилась: спокойный вечер не светил мне даже в их обществе.

– Дора, что случилось? – спросила, подскочив к сидевшей на кровати с заплаканными глазами девушке и крепко ее обняв. – Кто посмел?

– Никто. Все нормально, – шмыгнув носом и поспешно стерев с лица соленую влагу, отозвалась та, продолжая усиленно прятать от меня взгляд.

– А ты что скажешь? – развернулась ко второй дающей.

– Я ее предупреждала. Но меня вечно никто не слушает, – раздалось не без упрека в голосе.

– Либо вы прямо сейчас мне все рассказываете, либо я отправляюсь выяснять это сама.

– Да втюрилась она, – отмахнулась от меня Мэгган, присев на соседнюю кровать. – И сразу пустилась во все тяжкие. Бог и все такое. Плюс он очень даже не против оказался. А теперь выяснилось, что у него возлюбленная есть. Да такая, что про нашу романтичную дурочку и думать забыл.

– Дора, это правда? – не поверив своим ушам, поинтересовалась у девушки.

– Угу, – раздалось в ответ с очередной порцией слез.

– Ну все, все, все. Успокойся. Мужики! Все они одинаковы! Хоть бог, хоть обычный дающий или пьющий. Да даже простой человек.

– Ан не такой.

– Оставь. Я уже пыталась. Она не слушает, – пояснила Мэг, когда ее соседка по комнате уткнулась мне в плечо и вновь разразилась рыданиями.

– Значит, так, девочки, сейчас взяли себя в руки и легли спать. Завтра с большой вероятностью предстоит новое путешествие. Так или иначе, но в этом доме надолго я оставаться совершенно точно не намерена. И вам не советую. Поэтому быстро успокоились – и на боковую.

– Даже не расскажешь, какое веселье своему красавчику устроила? – задорно мне подмигнув, поинтересовалась дающая.

– Нет.

– Почему это? Нам, может, интересно послушать. Заодно кто-то отвлечется. А может, и урок какой вынесет, – намекнула собеседница, кивнув на вновь заметно притихшую у меня в объятиях и явно начавшую снова к нам прослушиваться Дору. – А теперь признавайся. Было?

– Было. Понравилось. Настолько, что сбежала. Потом поняла свою ошибку и вернулась, чтобы извиниться. Все. Конец. А теперь давайте спать!

– М-да, рассказчица из тебя никудышная, – заключила дающая, покачав головой.

– А Ев как же? – решилась поинтересоваться Дора, когда я, устроившись на противоположной стороне ее кровати, повернулась к обеим девушкам спиной и закрыла глаза, всем своим видом демонстрируя, чего сейчас хотела больше всего.

– А что Ев? Он бог и будет жить вечно. А я всего лишь миг в его бесконечной жизни. Оно мне надо? Нет!

Специально это сказала. Для того чтобы до кого-то наконец дошло: мир клином на этих двоих не сошелся.

– То есть, ты сделала выбор? – заключила Мэгган.

– Ничего я не делала.

– Оно и видно. То-то вторая татуировка стала почти незаметной.

– Что? – воскликнула удивленно, тут же подскочив и ринувшись проверять услышанное.

И правда. Узор на виске, что принадлежал Еву, заметно поредел. Большинство линий пропало. Остался один лишь контур. И тот едва просматривался.

Интересно, когда это произошло? И заметил ли Риз. Если тату начала таять еще в Лондоне, то Ев тоже в курсе. Не зря он с такой уверенностью рассуждал о моем выборе. Так вот в чем скрывалась истинная причина его раздражения!

***

Ночь прошла на удивление спокойно. Хоть и не обошлось без тяжелых мыслей, которые еще долго не давали мне уснуть.

И снова меня разбудил голос Риза. Правда, на сей раз он доносился из приоткрытого в режиме форточки окна. Там же стояли уже проснувшиеся подруги и, то и дело хихикая, о чем-то тихо между собой переговаривались.

Сначала хотела проигнорировать происходящее. Даже повернулась на другой бок, твердо вознамерившись еще поспать. Но то и дело доносившееся до меня собственное имя раздражало да так и не дало этого сделать.

Нет, он издевался? Обязательно нужно было устроить утренние игры со своей собакой именно под нашими окнами?

– Оригинальное пожелание доброго утра, – съязвила Мэгган, стоило мне подойти.

– Ага, – поддержала Дори. – Типа «выходи, поиграем».

Проигнорировав оба комментария, взглянула на уже заметившего меня в окне Вамлайта. Тот сразу поднялся с корточек, коротко кивнул и улыбнулся в знак приветствия.

– Хорош, чертяка! Красив, богат и влюбился в тебя по самое не хочу. Чего ты упираешься, не пойму, – со вздохом произнесла Мэг.

– Он получил меня в подарок на день рождения, чуть было не убил, выпив почти всю жизненную силу, до сих пор продолжает относиться, как к собственности. Плюс собаку моим именем назвал. И правда, чего это я? – проворчала.

– Ты загоняешься, – заключила Дора.

Уже собралась отвесить колкость про Ана, но вовремя сдержалась. Девушке и так непросто пришлось. Не хотелось делать еще хуже. Да и что изменится, если начну огрызаться? Лучше поберегу запал для Риза.

Подруги отправились заниматься своими делами. Я же осталась стоять у окна и, плотнее закутавшись в одеяло, наблюдала, как мужчина общался с ретривером. Правда, почти сразу к этим двоим присоединились Лона с Аном и куда-то позвали.

Взглянув на меня еще раз и игриво подмигнув, Тайриз отправился обратно в дом. Очевидно, приближалось время завтрака. А значит, нам с подругами тоже было пора спускаться. Конечно, если мы не хотели его пропустить.