– Правда? Что же такого произошло, что ты пустилась во все тяжкие? – полюбопытствовала собеседница.

– Вынужденный брак, – ответила, подняв взгляд на Риза.

В данной конкретной ситуации меня интересовало только то, как он отнесется к этой новости. Но увы, Ев со своим сарказмом и тут оказался впереди планеты всей.

– А здесь начинается самая интересная часть истории, – едко улыбнувшись, заключил создатель пьющих.

Каких же титанических усилий мне стоило не накинуться на мужчину и в тот же миг не поколотить его за столь неуместное в данной ситуации чувство юмора, кто бы только знал! Но пьющий, кажется, и так ощутил мое раздражение. А потому не стал острить дальше.

Медленно приблизившись, я оперлась руками на стол, за которым он сидел, и, подавшись чуть вперед, прорычала:

– Интересная? Не думаю! Не для меня, в один далеко не прекрасный день ставшей призом в кровавой бойне. И совершенно точно не для тех, с кем я выросла, играла, делила беды и радости. Они в одно мгновение словно с ума все посходили, приготовившись в прямом смысле глотки друг другу перерезать, лишь бы заполучить меня. Сражались до последнего на моих глазах, а я, не в силах остановить это безумие, сидела и просто смотрела, как друзья один за другим падали замертво. А все ради чего, знаешь? Чтобы сделать меня своей и возлечь со мной, дабы зачать дитя. Поучаствовать в создании более сильного, улучшенного поколения, к которому еще и одна русалка в прямом смысле этого слова приложит руку, чтобы генетически его усовершенствовать. Твои с братом создания заперты в ловушке на острове, из которого практически невозможно выбраться, подвергаются магическим экспериментам, женщины только тем и занимаются, что почти беспрерывно рожают, а ТЕБЕ, мать твою, ИНТЕРЕСНО?!

– Ш-ш-ш, успокойся. Уверен, он совсем не это имел в виду, – произнес Риз, ненавязчиво развернув меня к себе и сразу заключив в крепкие объятия, дав спрятать в них лицо, а с ним – и непрошеные слезы.

– Она придумала это развлечение, чтобы сократить количество мужчин и таким образом уменьшить риск восстания против системы, – отозвалась глухо.

– А в женщинах она угрозу своему спартанскому режиму не видела? – полюбопытствовала Дора.

– Судя по всему, нет. До недавнего времени, – заключила Мэгган.

– Девочки, простите меня, – обратилась к подругам, нехотя выбравшись из объятий любимого и развернувшись к дающим, – я так виновата перед вами.

– В чем именно? – настороженно поинтересовались те.

– Мирае нужна свежая кровь, за которой она очень давно не отправлялась на охоту в большой мир. Раньше к нам регулярно приплывали новенькие. Правда, уже лет десять как... Но даже не это самое страшное.

– А что?

– То, что, если соберетесь на остров с нами, вам, скорее всего, с него уже никогда не выбраться. Про-о-ости-и-ите. Если бы я знала это раньше...

Продолжить не смогла, снова разрыдавшись, из-за чего тут же вновь очутилась в крепких утешающих объятиях своего мужчины.

– Как тебе удалось сбежать? – спросил Вамлайт, когда мне кое-как удалось успокоиться.

Чуть отодвинув меня от себя и осторожно стерев с лица остатки соленой влаги, Риз коснулся моего подбородка и заставил взглянуть на него.

– Один из моих друзей прошел все испытания. Он выиграл меня. Я знала: этот дающий, так же, как и я, мечтал когда-нибудь покинуть остров. И той самой ночью, когда должна была пройти наша инициация, мы сбежали. Угнали лодку, отправились к заслону и... У нас получилось. Пусть и не сразу.

– Как?

Я знала: отвечать нельзя. Потому, недолго думая, объявила:

– Я покажу. Если вы готовы.

– К чему? – осторожно поинтересовалась Дора.

– Идти со мной до конца.

Сказав это, снова взглянула на Риза – единственного, в чьей защите и поддержке нуждалась сейчас больше всего. И Вамлайт не подвел.

– Я с тобой хоть в ад, хоть в рай. Только скажи.

– Даже если это будет смертельно опасно?

– Особенно если так. Тем более что теперь я твой муж. А значит, уже вряд ли куда-то денусь.

– Спасибо! – воскликнула, тут же снова всем телом прижавшись к любимому.

– Я, пожалуй, тоже с вами. Надо кое в чем разобраться, включая, если верить твоим словам, одну вконец оборзевшую рыбину.

– Девочки? – обратилась к подругам.

– Что делать, раз мы все равно уже здесь. Не вплавь же назад возвращаться.

– Мне так жаль… – начала, по-прежнему испытывая сильнейшее чувство вины за то, какой опасности подвергла подруг.

– Не переживай. Мы увязались за тобой, потому что хотели приключений. За что боролись, на то и напоролись. Тем более ты говоришь, что нам все будут только рады. Поглядим, может, даже пару симпатяшек себе подыщем. Тебя послушать, так там одни перекаченные гладиаторы разгуливают.

– Так и есть, – отозвалась, не удержавшись от смешка, прежде чем вспомнить еще кое-что. – Да, вам следует знать! Учитывая, кому принадлежит остров, на нем царит матриархат. Условный, поскольку, как только мужчина заявляет права на определенную женщину, он временно становится равным ей по статусу. А если добивается ее согласия на инициацию или, как в моем случае, выигрывает это право, то уже пожизненно получает все те привилегии, которыми она обладает. Для общества они равны, но в семье он по-прежнему второй.

– Мне это место все больше и больше нравится, – тихо хихикнув, заключила Мэгган.

– Не обольщайся. На этом острове власть зачастую идет в ногу с жестокостью. В результате чего решения порой приходится принимать такие, что лучше бы это делал мужчина, – осадила подругу, прежде чем снова повернуться к Ризу и обратиться уже к нему: – Теперь ты мой муж. А значит, вправе требовать все то, что и я. Мы семья, которой полагается отдельный шатер, учитывая недавнюю инициацию, лучшую еду и... что еще нужно будет. Там уже на месте разберешься.

– Хорошо, – раздалось в ответ.

– Ев, – позвала.

– Да?

– Позаботься о Доре и Мэгган. Они должны все время быть у тебя на виду. И ни в коем разе не позволяй Мирае к ним приближаться.

– Ясно.

– Девочки, – напоследок обратилась к дающим, – будет лучше, если вы не станете показывать никому своих лиц. Во всяком случае, пока я не вернусь.

– Далеко собралась? – тут же настороженно поинтересовался Тайриз.

– Мне первым делом будет необходимо увидеться с семьей. Поэтому может получиться так, что временно вы окажетесь предоставлены сами себе. Умоляю, пока не вернусь, игнорируйте любые провокации. Не заключайте никаких пари, не принимайте никаких вызовов. Дождитесь меня. Только так у нас всех будет шанс выбраться оттуда живыми. Если он вообще представится.

– Очень воодушевляющее окончание наставлений, – прокомментировал мой приунывший вид Ев, прежде чем поспешно добавить: – Ладно, идемте. Кто-то обещал показать, как ему удалось пройти через заслон. Не знаю, как вы, а я весь в нетерпении.

– Идите. Мы сейчас, – произнес Риз, не спеша выпускать меня из кольца своих рук и следовать за остальными.

– Ты хотел мне что-то сказать? – поинтересовалась, когда мы остались одни.

– Нет, лишь спросить: мне уже начинать за тебя волноваться?

– А ты разве прекращал? – решила пошутить.

И судя по тихому смешку в ответ, у меня получилось.

– Я люблю тебя, Кия.

О-о-о! А вот это было сильно! Еще невероятно мило, трогательно и как раз то, что мне оказалось так нужно сейчас. Потому не сдержалась и в ответ снова повисла на мужчине, дав ему крепче себя обнять, а потом и поцеловать.

– Помни, теперь ты принц. Во всяком случае, пока я принцесса. Даже если меня не окажется рядом. И не лезь лишний раз на рожон. Ты мой избранник, инициация пройдена, мы женаты. Поэтому ты больше не должен никому ничего доказывать.

– Постараюсь запомнить.

– Хорошо бы, – отозвалась, подозревая: мужчина сейчас услышал лишь то, что хотел услышать.

Так или иначе, я всех обо всем предупредила. Некоторых даже дважды. Надеюсь только, ничего не забыла. Очень надеюсь!