— Ты посмотри! Он еще нос воротит! — ахнула бабушка Липа. — Не нравится — ботинки на пороге. И прямая дорога в детский дом. Или могу тебя обратно псом сделать.

— Прошу меня простить. Вы правы, мое поведение недопустимо, — склонил голову Александр.

— То-то! — вскинула подбородок пожилая колдунья.

Янка прыснула в кулак, за что получила укоризненный взгляд от сестры.

— Может, чаю? — обращаясь к молодому человеку, предложила она.

Но за Александра ответила бабушка Липа.

— Парень двести лет был в теле пса. А ты ему заваренные ромашку да мяту предлагаешь! — деловито подбоченившись, пенсионерка пошаркала к холодильнику.

Глядя на то, с каким изяществом трапезничал недавний Шарик, словно было представить, что он вообще когда-либо голодал. Больно неспешны были его движения. И, конечно же, юноша не забыл о правилах этикета. Женская часть дома так и застыли, подперев щеки кулаком.

— Да-а, Сашка, тяжело тебе у нас придется, — протянула Янка. — Парни при первой же встрече накостыляют.

— Тихо ты, — махнула на нее бабушка Липа. — Дай, мальчик поест.

Лежа в кровати Марина никак не могла уснуть, буравя взглядом испещренный мелкими трещинками потолок. Это ж надо, что ни день — то приключение. То она на метле летала, то познакомилась с парнем из 19-ого века. Если так пойдет и дальше, ее лето поинтереснее будет, чем у городских друзей. Эта мысль не могла не вызвать на лице Марины улыбку, которая, впрочем, довольно быстро сошла на нет. Повернувшись в сторону сестры, что временно разместилась в ее комнате, пока бабушка Липа не наколдует лишнюю спальню для нового жильца, девушка с грустью поджала губы. Пусть сердце ее трепетало при мысли об Андрее, все же Марине было не по себе от того, что им нравится один и тот же парень.

Накрывшись одеялом с головой в надежде спрятаться от мук совести, девушка постаралась уснуть.

— Ну, вот, он все еще злится на нас! — выпрямилась Яна.

— Это потому, что ты назвала его вчера болваном! Кто так с людьми разговаривает? — выпрямившись вслед за сестрой, накинулась на нее Марина.

— Это мой друг! Как хочу, так и разговариваю! И он обиделся не из-за этого! — повысила голос колдунья.

— Девочки, я правда, не обижаюсь! — пытался их утихомирить Илья.

— А из-за чего?

— Да ты!

— Девочки!

Сестры машинально толкнули парня и тот рухнул в воду. Переглянувшись, приятельницы принялись всматриваться в озеро. Илья выплыл и поплыл, зацепившись за какую-то корягу.

— Мы тебя вытащим! — крикнула ему Яна.

— Не надо! — прозвучало в ответ от Ильи.

Юноша намерено принялся грести подальше от девчонок. Пока те наверху суетились и думали, как бы им добраться до друга, тот шустро следовал за течением, углубляясь все дальше в лес, через который и проходила река. Тишина и покой встретили парня. Ни громких криков, ни ругани. Только пение птиц, да шелест листвы. Посреди реки Илья заметил одинокую фигуру водяного. Подплыв к нему, он тихонько спросил, заметив, что водяной рыбачит.

— А вы чего здесь? Русалки с вами? — он опасливо огляделся.

— Не боись, — низким, булькающим голосом отозвался водяной. — Я сам от них прячусь. Столько девок, и я один среди них. Голова трещит.

— Как я вас понимаю. Я и с двумя-то совладать не смог.

Илья и водяной обменялись взглядами, в которых читалось полное взаимопонимание. Водяной передал парню свою запасную удочку, вызывал из воды пень, и они вместе принялись рыбачить. Не столько для дела, сколько для души.

Вернулся юноша ближе к вечеру, когда сестры настолько обессилили от его поисков, что больше не представляли угрозы. Мирно сидели на крыльце и пили чай.

— Держите вот, — поставив перед ними ведро с рыбой, произнес он.

— Убери! — запищала Марина, закрыв лицо руками.

— Серьёзно, Илья. Нас же бабушка сейчас чистить заставит, — взмолилась Яна.

И тут, как назло, на крыльце показалась бабушка Липа. Ее взгляд сразу упал на ведро с уловом. Хлопнув в ладоши, она самым ласковым голосом поблагодарила парня.

— Вот, касатик, услужил. Ба! Ну-ка, девки, марш чистить!

Илья виновато почесал затылок.

Сестры недовольно простонали и отправились на кухню.

— И Сашку припрягите! Пусть тоже житье людское осваивает! — крикнула им вдогонку пожилая колдунья.

— Кого? — прищурился юноша.

— И чем это они весь день занимались, раз тебе ничего не рассказали⁈ — удивилась бабушка Липа. И кратко поведала о своем новом подопечном, Саше, который теперь в глазах государства являлся ее приемным внуком.

Между тем, Яна умело расправлялась с рыбой. В отличие от своей городской родственницы. Та вначале долго смотрела в глаза дохлой вобле. Потом ткнула в нее несколько раз пальцем.

— Кажется, я стала вегетарианкой, — брезгливо держа рыбу за хвост, произнесла Марина.

— Не представляю, что это означает, но я тоже, — согласился Александр.

— Ладно она! Но ты⁈ Можно подумать, в виде собаки ты питался в ресторанах! — закатила глаза Яна.

— То, что я был собакой, еще не означает, что я утратил свое дворянское достоинство. Меня даже в Гражданскую войну с рук кормили, — веско заметил юноша.

— Ой, простите, пожалуйста, нас, холопов, — скривилась колдунья. — Это вас еще не заставляли тушу куриную ощипывать!

Марина с Александром переглянулись.

— Быстро чистить рыбу! — прикрикнула на них Яна.

Ребята скривились, но за работу взялись.

По большему счету, за них все пришлось доделывать юной колдунье. Потому что у Марины вдруг случился приступ тошноты, а Александр работал настолько медленно, что у Яны появились серьезные причины опасаться, как бы рыба нес тухла в руках аристократа.

— Мало мне одной было, так второй такой же! Почему к нам какого-нибудь крепостного Тихона не могло занести? — возмущалась Яна, заканчивая с рыбой.

Пристальным взглядом оглядев работу, бабушка Липа похвалила ребят, под возмущенный возглас юной колдуньи. Почищенную рыбу пожилая женщина запекла, а ту, что потрошили, отправила в морозильник.

— Айда все за стол! — позвала измученную молодежь старая колдунья.

Марина обменялась взглядом с Александром. После того, что они видели, желание когда-либо прикасаться к рыбе отпало, как штукатурка со здания сельского ДК.

— Нечего нос воротить! — прикрикнула на них бабушка Липа. — Ишь, голубую кровь свою показать вздумали!

А аромат от рыбки так и манил. Принципы схлестнулись в схватке с чувством голода, и последнее одержало победу.

— Вот, так бы сразу. А то «не буду, не буду», — подразнила их пожилая женщина.

— Значит, у нас в семье пополнение, братан? — подразнила недавнего дворянина Янка и от души хлопнула того по спине.

Александр, подавившись, проявил чудеса выдержки.

— Так, а за что тебя прокляли? — поинтересовалась Марина, обращая взор своих ясных глаз на юношу.

— Это не та история, которую стоит рассказывать за трапезой, — учтиво произнес Александр, но, уловив опечаленный взгляд блондинки, добавил несколько потеплевшим голосом, — но я с удовольствием утолю ваше любопытство за вечерним чаепитием.

Лицо Марины просветлело. А вот Яна, нахмурившись, пристально наблюдала за этим странным поползновением. Внутри проснулось неприятное чувство. Очень похожее на ревность. Вот только не понятно, к кому и из-за чего? С Андреем, вроде, вопрос решенный. Александр колдунье уж точно не мог понравиться. Она же видела его в виде уличной собаки. Что же это тогда?

Может, ответ кроется в том, что вот уже второй парень на деревне обращает свое внимание на ее городскую сестру? В то время как сама Янка не может похвастаться даже одним самым жалким воздыхателем.

Вот от того и сидит колдунья с недовольным видом, подперев щеки и слушает долгожданную историю Александра. Только вот предназначается она будто только для ушей Марины.

— В тот год выдалась особо холодная зима, — начал свой рассказ бывший дворянин. — Много люда дворового замерзало насмерть в лесу. Уж, что они там делали, я имею представления самые смутные. В ту пору все мои мысли были заняты одной очаровательной особой. Прелестной дебютанткой зимнего сезона. Ее должны были представить ЕЕ высочайшему величеству. И, пусть я не имел счастья лицезреть сего момента лично, моя уверенность…