— Ты, вроде, ничего так. Давайте к нам, — соблаговолили-таки подростки.

Блондинка переглянулась со своим спутником и смело шагнула вперед. Александр же отнесся к данному обществу более критично, внимательно оглядывая ребят и составляя свой портрет на каждого. Вот, например, девчонка с цветными волосами явно стремиться к лидирующей позиции, но ее затмевает эффектная брюнетка с недобрым, хитрым взглядом. Мальчишки как-то больно ревностно отгораживают своих дам от новенького, словно боятся, что, подавшись новизне, девчонки бросят их. Справедливости ради, некоторые из них действительно бросали на Александра заинтересованные взгляды.

Среди этой одношерстной компании словно жемчужина среди гальки выделялась одна, неприметная на первый взгляд, девушка. Маленькая, худенькая, точно птица. С мягкими чертами лица, с которых не успело сойти очарование детства. Ее короткие с медным отливом волосы непослушными кудрями топорщились в разные стороны. Ясные голубые глаза излучали неподкупную простоту. Россыпь веснушек придавали столь милому образу некоторого мальчишеского озорства.

Настолько весь облик незнакомки заворожил Александра своей поэтичностью, чем-то естественным, приближенным к природе, что юноша не в силах был оторвать от нее взгляда, нарушая все приличия.

Впрочем, а чем еще было заняться вчерашнему дворянину? Послушав его изысканную речь, парни коллективным разумом решили, что новенький — не их круга и как-то синхронно вытеснили его из своего общение. Что ничуть не задело молодого человека. Он вообще предпочел бы уйти, не видя в данном собрании какой-либо ценности. Ощущая себя в роли Чацкого, Александр терпел весь этот балаган исключительно ради Марины, которая, в отличие от него, смогла-таки завязать разговор с женской частью компании.

— Добрый день, — решил попытать счастье Александр, подходя к прекрасной незнакомке. — Простите мне мою вольность, но вынужден признать, вы являетесь единственным украшением сегодняшнего вечера.

Девчушка обратила на него взгляд своих глаз цвета василька и добродушно улыбнулась.

— Это у вас в городе все так странно разговаривают? — добродушно рассмеялась она.

— Эй, Натах, он к тебе пристает? — рядом с ними вырос спортивного телосложения юноша в спортивках. — Шел бы ты отсюда.

— Сань, остынь!

Оба парня обернулись на голос, который принадлежал девушке, поразительно похожей на Наташу, только в более модной обертке. С косметикой. И волосы ее, выпрямленные, демонстрируя чудеса дрессуры, аккуратно спадали на плечи.

— Вы мне? — уточнил вчерашний дворянин.

— Ты тоже Саня? — с промелькнувшим дружелюбием оглядел его пацан. Получив в подтверждение утвердительный кивок, он просто рассмеялся и приобнял новенького. — Тезка, значит. Ну, тезка, ты смотри! Не хулигань.

— Можете быть уверены, мое поведение не пересечет рамки приличия.

— О! Чешет-то! — хохотнул Саня и похлопал нового друга по спине, что на языке двора означало полное принятие.

Марина, оглянувшись на друга, с облегчением выдохнула. Несмотря на непривычное аристократичное поведение он смог завоевать расположение некоторого круга лиц.

Сама же блондинка была не слишком довольна складывавшимся разговорам. Ее собеседницы, видимо, найдя новые уши для обсуждения непростого характера Яны, только и делали, что загружали Марину новой порцией нелицеприятных историй. Не то, чтобы ее сестра действительно везде была жертвой. Скорее, у местного девчачьего общества не хватало ни желания, ни терпения в общении с грубой колдуньей. В результате чего между ними сложилась глубокая, взаимная неприязнь. Марине даже сделалось обидно за сестру.

Уже позже в сумерках добираясь до дома по документам двоюродные брат и сестра обменивались своими впечатлениями.

— Я, конечно, не в восторге от Яны. Но обсуждать целый час, какая она плохая — слишком, даже для меня, — тяжело вздыхала блондинка.

— Хочу отметить, несмотря на примитивную речь и явное скудоумие, мой собеседник оказался довольно неплохим человеком. Весьма самобытный, позволю себе заметить.

— А мне показалось, твое внимание больше привлекла та рыжая девчонка, — подразнила друга Маринка.

Кончики ушей у ее спутника неожиданно покраснели.

— Да, весьма прелестная особа.

— Пошли гулять! — канючила Яна, стоя у Ильи над душой.

— Я занят, — возясь с мотоциклом, отвечал ей юноша.

— Да зачем он тебе? Давай, я тебе ковер-самолет отдам? А то его моль скоро пожрет! — уговаривала юная колдунья.

Но ее друг только устало вздохнул, продолжая копаться с байком.

— Да почему, собственно, тебе приспичило его именно сегодня чинить? — топнула ножкой девушка.

— Потому что, — невозмутимым тоном отвечал ей Илья.

Яна раздосадовано сложила руки на груди.

Послеобеденные часы всегда длились ужасно медленно, стрелка часов с трудом отлипала от одной отметки и нехотя переходила к другой. И все это только лишь для того, чтобы невероятно ускориться после пяти часов и завершить день на какой-нибудь неожиданной ноте. Чтобы после, лежа в постели, ты с нетерпением ждал следующего дня и не мог уснуть до самой полуночи.

Янка ненавидела этот промежуток времени, когда ничего не происходит. Ей бы действия, события. А не это ленивое предвкушение.

Вот она и дергала без конца старого друга, а тот, как назло, нашел себе занятие поинтереснее, чем воевать с послеобеденной хандрой.

— А где Маринка? — вдруг поинтересовался Илья.

— Понятия не имею. Дома, наверное, — буркнула Яна. — Да и чего она тебе? Только неделю, как приехала.

— Вот она только недавно приехала, а вы уже второй раз успели поцапаться! — с легким укором заметил он. — Все из-за Андрея этого? — в голосе юноши проскользнули презрительные нотки.

Сам Илья не слишком-то жаловал своего одноклассника, считая того гнилым, нечестным человеком. Да и дружбу они никогда не водили.

— Прекрати! — привычно встала на защиту ловеласа Яна, но уже без прежнего остервенения. Эпизод на дискотеке не прошел бесследно. Да и слова сестры, сказанные в тот вечер, заставили задуматься.

— Значит так, идем гулять и берем Марину с собой! — заявил, вытирая руки, юноша.

— Но… — хотела было возразить колдунья.

Но взгляд ее друга был непреклонен. И девушке пришлось сдаться.

По дороге к дому бабушки Липы Яна со злости пинала камни под насмешливый взгляд Ильи. Озорства ради, чтобы еще больше взбесить подругу, взъерошил той волосы. Колдунья бросила на парня недовольный взгляд.

— Прекрати! А то сглажу!

И старый друг звонко рассмеялся. Сколько раз девушка пичкала его пустыми угрозами и сдержала их всего раз пять от силы.

Ребята застали Марину во дворе среди цветов. Девочка что-то старательно выискивала с озабоченным видом и все сверялась по книжке со сказками. Тут же в тени яблони расположился Александр и, наслаждаясь бездельем, восполнял литературный пробел.

— Ты чего? — грубо спросила у сестры Яна.

— Да цветочек аленький ищу, — терпя сокрушительное фиаско, разочарованно произнесла блондинка.

— Еще одна, — закатила глаза колдунья.

— Это тебе в соседнее село, — присвистнул Илья. — К семейству Бабы яги.

Марина выпрямилась с затаенным испугом в глазах посмотрела на юношу.

— Прям к настоящей? — побледнела она.

— Не совсем. Там ее род проживает, — деловито пояснила Яна и на не совсем догоняющий взгляд сестры добавила, — у Бабя Яги была дочка, потом внучка. Вот внучка с дочкой и внучками там живет. Так понятно?

— Прям как обычные люди? — хлопала глазками блондинка.

— Прикинь! — раздражаясь от излишней восторженности сестры, огрызнулась колдунья.

— Ян, — мягким голосом осадил ее Илья.

Та лишь фыркнула, поведя носом.

Александр, сидя под деревом, с интересом наблюдал за всей этой драмой поверх своей книги.

— Марин, не слушай ты Янку. Она не с той ноги встала, — оправдывался за подругу юноша.