— Какая песня? — нестройным хором спросили сестры и бросили друг на дружку ядовитые взгляды.

— «Зачем вы, девушки, красивых любите? Непостоянная у них любовь!» — промела бабушка Липа. — Ясно вам?

Девчонки, конечно, кивнули, но по их лицам прекрасно было видно, насколько не близка им эта народная мудрость.

— Ой, дуры! — выругалась пожилая женщина.

Марина все еще дулась, сидя в своей комнате. А между тем, дело клонилось к вечеру, и близился час дискотеки. Девушка от досады закусила щеку изнутри. Не очень-то ей хотелось появляться там одной, никого не зная. И тут дверь в ее комнату распахивается, с грохотом ударяясь о стену. Яна вихрем влетела в спальню сестры. Решительным шагом двинулась к ее постели и встала напротив.

— Давай заключим пари!

— Какое? — встрепенулась Марина.

— А такое: кого Андрей первой пригласит на танец, значит, той с ним и быть! — Яна звучала довольно уверена для той, кто, хоть и жила с парнем в одной деревне, так и оставалась в статусе простой одноклассницы.

— Идет! — с готовностью согласилась девушка.

Ударив по рукам, вновь подруги принялись собираться на дискотеку. Оказывается, когда ты примеряешь наряд не одна, а с кем-то, это может быть довольно забавное занятие. Недавняя вражда схлынула так же стремительно, как и появилась.

Марина одолжила Яне свою юбку, помогла накраситься. Девчонки крутились перед зеркалом, красовались. Их общее оживление перекрыло дух соперничества, позволило просто расслабиться и получить удовольствие от происходящего.

Яна включила свою музыку, Марина свою, и оказалось, что у девчонок общий вкус. Посмотрев друг на друга другими глазами, они принялись вместе подпевать любимым исполнителям.

— Давай так, кого бы Андрей ни выбрал, это не помешает нашей дружбе? — расчувствовавшись, предложила Яна.

— Мы пока не подруги, — трезво заметила Марина. — Сойдемся на приятельницах.

— Хорошо, приятельницы, — закатила глаза колдунья.

Закончив прихорашиваться, девчонки поспешили на дискотеку. Она проходила в небольшом здании дома культуры, который, к сожалению, пору своего расцвета уже пропустил. Все в нем свидетельствовало о ностальгии по прошлому, даже облупившаяся краска на его стенах осталась с советских времен. Но молодежь не отчаивалась и быстро закрыла самые неприглядные места плакатами, кое-где повесили гирлянду, где-то обошлись граффити, и вот, словно мужчина в кризисе среднего возраста, здание дискотеки заиграло новыми красками.

Девушки переглянулись.

— Значит, кого первой выберет? — уточнила Марина. — А, если он вначале тебя пригласит, а потом меня?

— Считается, если первой! — уточнила колдунья.

— Хорошо, — согласилась она.

Танцы были в самом разгаре. Одна композиция сменялась другой. Девчонки танцевали, но как-то вяло, больше по сторонам смотрели, да с нетерпением ждали судьбоносного медляка.

— Ты его видишь? — кричала Марина.

— Нет! А ты? — вторила ей Яна.

Девушка отрицательно покачала головой. Кусая губы, бегая по залу взглядом, подруги терялись в догадках и опасениях. Вдруг он их просто не увидит? Или пригласит другую?

И вот раздается она. Та самая медленная композиция, под которую одна из них будет рыдать остаток лета, а вторая улыбаться. Подростки постепенно собираются в парочки, внушая всем одиночкам, что они лишние на этом празднике жизни.

Девушки неловко смещаются к стенке. Кусая губы, подпирают ее, переглядываются. Надежда еще теплится в них. Но верно тает с каждой пропетой строчкой. И вдруг появляется он. Словно чудо. Выплывает из толпы парочек и движется прямо к ним. Яна и Марина замерли. Время для них остановилось в мучительном, томительном ожидании. Весь их мир сузился, скукожился лишь до одной фигуры.

Андрей со своим неизменно наигранно смущенным видом подошел к Марине и, одарив Яну своей самой милой улыбкой, увел ее подругу на танец. Колдунье прямо сейчас захотелось провалиться под землю со стыда и огорчения. Горячие слезы скопились в уголках глаз. Яна упрямо промаргивала их. Щеки ее горели. А тем временем Марина была на седьмом небе от счастья, воспарила на три метра над уровнем неба. Глупая, счастливая улыбка светилась на ее лице синхронно с глазами. Оглушенная своим счастьем, она слышала и видела только его, только Андрея. Прям как та русалочка из советского мультика.

Яна неловко жалась к стене, от досады кусая губы. Обиднее все, что колдунью так никто и не пытался пригласить на танец. В такие моменты ее всегда выручал Илья. Протягивал руку во всех смыслах этого слова. Меньше всего они походили на парочку, от того еще смешнее им было танцевать вместе. Танцоры из ребят были так себе, но это никогда не мешало им пытаться повторять движения из популярных фильмов. Они падали, наступали друг другу на ноги и оглушительно смеялись, за что неизменно получали шквал неободрительных взглядов со стороны сверстников.

От этих мыслей Яне стало совсем тошно. Бросив последний взгляд на Марину и Андрея, девушка покинула здание ДК.

На улице сгустились сизые сумерки, но, как ни старались, не могли полностью скрыть остатки дневного света. Одна из радостей лета. Колдунья шла по пустынной проселочной дороге. Вечерняя прохлада приятно обдавала кожу. Девушка озабоченно прижала ладони к щекам. Те все еще горели.

Конечно, Яне было обидно и неприятно. Но, как верно заметила ранее Марина, Андрей никогда не звал колдунью погулять. Проявлял к ней столько же интереса, сколько и к любой другой девчонке. А, может, даже меньше. В дни, когда ему было что-то нужно, внимания было чуточку больше.

Стерев первую слезу, Яна упрямо шла дальше. Не оглядывалась.

Вдруг откуда-то из темноты к колдунье подбежала большая белая собака. Она не лаяла, не рычала, вела себя абсолютно спокойно. Девушка ласково протянула той руку, собака ткнулась в ее ладонь мокрым носом. Улыбнувшись, Яна погладила животное по голове.

— Фу-фу-фу, — опустившись на корточки, произнесла колдунья, — чем это от тебя так пахнет?

Новый друг понравился Яне. Пусть собака и была дворовой, но сразу бросалось в глаза, что породистая. Цепляла в ней какая-то статность, чувство собственного достоинства.

Питая слабость к братьям нашим меньшим, девушка решила забрать собаку к себе. Поманила, думала, что четвероногий друг с охотой побежит за ней, но собака, важно вскинув голову, со спокойной грацией неспешно последовала за Яной. Та только глаза выпучила.

— Ну, пошли, — согласилась девушка.

Прямо на пороге дома колдунья громко крикнула бабушку. Женщина вышла к внучке, озабоченно всматриваясь в нее:

— Что ты принесла?

— Собаку! — объявила, довольная, Яна. — Давай оставим?

Пожилая женщина поморщилась, принюхалась.

— То кошек бездомных тащишь, то ежей, то синицу, — по-доброму ворчала старая колдунья, продолжая водить носом. Словно в подтверждении ее слов в прихожую лениво выполз кот и с любопытством уставился на нового перспективного жильца.

— Бабуль, ты чего? — нахмурилась Яна. — Да, от нее попахивает. Но я помою!

Собака ни с того ни с сего клацнула на девушку зубами.

— Ты чего? — обомлела та.

— Потому что это не собака, а пес! — отрезала бабушка Липа.

— Ну, простите! Я не вглядывалась! — скорчила рожицу Яна.

— А еще это не просто собака, а волколак, бестолочь. Учу тебя, учу! — пусть пожилая женщина и ругалась крепко, зато любя. — Что ж ты не учуяла?

— Да я не поняла, — растерялась девчушка. — Решила, что он от другого человека просто сбежал.

— Ой, не могу я с тобой, — запричитала опытная колдунья и направилась на кухню.

— Ты куда? — не поняла внучка.

— За ножом!

Пес аж сел и, прижав уши, заскулил.

— Бабуль! Не надо! — в страхе взмолилась Яна. От старушки, чего хочешь, можно было ожидать. Ее руки ни разу не дрогнула над курицей. Вдруг, и собаку ей раз плюнуть… То есть, пса.

Вернувшаяся колдунья осмотрела эту странную компанию и с улыбкой, от которой сделалось только хуже, произнесла: