Номер тридцать восемь оказался мужчиной лет шестидесяти в костюме, который в Москве назвали бы «деловым», а здесь, видимо, считался форменным. Серый камзол, белая рубашка, галстук — нет, не галстук, а что-то вроде шарфа, обмотанного вокруг шеи с математической точностью. Он выглядел как человек, который всю жизнь мечтал работать в архиве и наконец-то добился своего.

Он сел напротив чиновницы, достал папку бумаг и начал говорить. Тихо, ровно, с тем особенным гнусавым тоном, который является международным языком бюрократии — от Москвы до параллельных миров.

— Заявление на продление лицензии на магическую деятельность, — сказал он. — Категория «бытовая», подкатегория «освещение», срок — три года. Прилагаю: справку об отсутствии нарушений, справку об уровне маны, справку о...

Чиновница — женщина с твёрдой причёской и взглядом человека, который видел все возможные ошибки в заявлениях и устал от них — перебила:

— Справка об отсутствии нарушений устарела. На два дня.

— Как?! Я получил её вчера!

— Вчера была среда. Сегодня четверг. Справка действительна три дня с момента выдачи. День выдачи — понедельник. Понедельник, вторник, среда — три дня. Сегодня четверг. Справка недействительна.

— Но... но я подавал заявку в понедельник! Три дня — это...

— Понедельник, вторник, среда, — повторила чиновница тем же ровным тоном. — Три дня. Сегодня четверг. Следующий!

Мужчина открыл рот. Закрыл. Собрал бумаги. Встал. Ушёл с лицом человека, который только что узнал, что мир несправедлив, и это открытие его не удивило, но расстроило.

— Следующий! — повторила чиновница.

Номер тридцать девять — женщина с ребёнком. Ребёнок тянул её за рукав и кричал: «Маааам, когда бууудет?» Женщина выглядела так, будто этот вопрос задаётся каждые три минуты последние два часа.

— Заявление на регистрацию магического компаньона, — сказала она, кладя на стол папку. — Кошка. Рыжая. Говорящая.

Я дёрнулась. Графит открыл один глаз.

— Говорящая? — переспросила чиновница, и её брови поползли вверх. — Вы уверены?

— Конечно уверена. Она мне вчера сказала, что я готовлю плохо. Я это слышала.

— Это может быть магический сбой. Говорящие животные — редкость. Нужна экспертиза.

— Какая экспертиза?!

— В Министерстве магической фауны. Здание через два квартала. Возьмите направление.

— Но я только что...

— Следующий!

Женщина ушла. Ребёнок орал. Чиновница не моргнула.

— Номер сорок, — позвала она.

Сороковой — торговец рыбой, тот самый, у которого я покупала лосося для Графита. Он подошёл к столу, улыбнулся так, будто они с чиновницей — старые друзья, и положил на стол не папку, а корзинку. В корзинке — рыба. Красивая, большая, с блестящей чешуёй.

— Для мужа, — сказал он. — Сказал, давно не ловил сёмгу.

Чиновница посмотрела на корзинку. Потом на торговца. Потом на корзинку.

— Документы, — сказала она.

— Прилагаю, — сказал торговец и положил рядом с корзинкой папку.

Чиновница открыла папку. Пробежала глазами. Поставила штамп.

— Одобрено, — сказала она.

Торговец забрал корзинку с рыбой и... оставил папку. Чиновница взяла папку и положила в стопку «одобрено».

— Вот так работает система, — прошептал Кэл. — Рыба важнее документов.

— Это взятка? — прошептала я в ответ.

— Нет. Это... культурная традиция. Взаимовыручка. Соседский обмен.

— Это взятка.

— Формально — да. Но Министерство считает это «нормой межличностного взаимодействия в рамках регулятивной деятельности».

— Это самая красивая формулировка взятки, которую я слышала.

— Спасибо. Я сам придумал. В прошлой жизни — когда работал юристом.

Я посмотрела на него. Он отвёл взгляд.

— Номер сорок один!

Сорок первая — женщина с лисой на поводке. Сорок второй — старик, который пришёл просто посидеть («Мне нравится атмосфера»; чиновница не удивилась). Сорок третий — мы.

— Садитесь, — сказала чиновница.

Я села. Графит запрыгнул мне на колени — демонстративно, с видом существа, которое знает, что его сейчас будут обсуждать, и хочет быть при этом в центре внимания.

— Документы, — сказала чиновница.

— У меня их нет, — сказала я. — Я...

— Вызванная, — сказал Кэл, вставая рядом. — Кэл Торрен, наставник-наблюдатель. Назначение — вчерашнее. Вот направление.

Он положил на стол лист бумаги — тот самый, который, как я поняла, он получил из Министерства Магии накануне. Чиновница взяла лист. Прочитала. Прочитала ещё раз. Посмотрела на меня. Посмотрела на Графита. Посмотрела на Кэла.

— Торрен? — сказала она. — Опять?

— Опять, — сказал Кэл.

— Сколько это уже? Четвёртая?

— Четвёртая.

— Ваша крыша в порядке? Вторая ведь сожгла...

— Крышу сожгла, — поправил Кэл. — Крыльцо. И крышу тоже. Но крышу — частично.

— Частично, — повторила чиновница и что-то записала в блокнот. — Хорошо. Вызванная. Из мира без магии. Стандартная процедура. Паспорт?

— У нас нет паспортов в вашем понимании, — сказала я. — У нас есть...

— Знаю, знаю, — перебила она. — Бумажки с фотографиями. Странно. У нас тоже раньше были бумажки с фотографиями. Потом перешли на магические метки. Удобнее.

— Я могу показать водительские права, — сказала я. — Но они остались в Москве.

— Не нужны. Мы вас идентифицируем по-другому. Руку.

Я протянула руку. Чиновница достала из-под стола предмет, который выглядел как... ну, если бы кто-то скрестил печать, штамп и небольшой кристалл. Она прижала его к моей ладони.

Кристалл вспыхнул — тёплым, зеленоватым светом — и на моей ладони появилась метка. Маленькая, круглая, с символом, который я не могла прочитать.

— Регистрационная метка, — сказала чиновница. — Действительна шесть месяцев. Содержит ваше имя, статус и дату прибытия. Не смывайте, не царапайте и не подвергайте воздействию открытого огня.

— Открытого огня? — переспросила я, подозрительно поглядывая на Графита, который вдруг стал изучать свой хвост с подозрительным интересом.

— Драконы, — пояснила чиновница, тоже поглядев на моего кота. — У вас дракон?

— Как вы узнали?

— Метка реагирует на близость драконьего вида. У вас на ладони горит оранжевое пятно. Значит, дракон где-то рядом или... — она прищурилась, — — выбрал вас. Оранжевый — цвет привязанности.

— Он на крыльце дома Кэла, — сказала я. — Дракоша.

— Дракоша, — повторила чиновница. — Имя уже есть? Хорошо. Значит, привязанность установлена. Регистрацию дракона — в Министерство экологии. Но сначала — статус вызванной.

Она взяла новый бланк — пожелтевший, с графами и печатями — и начала заполнять. Перо скрипело. Чиновница писала быстро, ровно, с тем автоматизмом, который вырабатывается годами одинаковых действий.

— Имя?

— Алиса.

— Фамилия?

— Зимина.

— Возраст?

— Двадцать девять.

— Место рождения?

— Москва. Россия. Планета Земля. — Я решила уточнить, мало ли.

Чиновница записала: «Мир Земли (без магии), город Москва, государство Россия». Ни тени удивления. Видимо, в её бланке была графа для всего.

— Причина переноса?

— Не знаю.

— Обстоятельства переноса?

— Закрыла глаза в кондитерской, открыла — в лесу.

— Предметы, перенесённые вместе с вами?

— Три коробки кондитерских форм. И кот.

— Кот? — Она посмотрела на Графита. — Говорящий?

— Да.

— Статус?

— Кот, — сказал Графит. — Обычный. Который говорит. Случайно.

Чиновница не моргнула. Записала: «Компаньон-животное, вид — кот домашний разговорный, статус — незарегистрированный».

— Незарегистрированный, — повторила она вслух. — Это нарушение.

— Какое нарушение?! Я только что прибыла!

— Статья 14, параграф 3: «Любое магическое существо, находящееся в городской черте, подлежит регистрации в течение двадцати четырёх часов с момента обнаружения магических свойств». Вы обнаружили магические свойства кота вчера?