Как бы я ни старался замедлиться, уже вскоре толща воды начала светлеть: я приблизился к берегу. Море словно не хотело меня отпускать, давило своей тяжестью, цеплялось за тело, просило вернуться обратно, но я не мог противиться воле Оанна. Он наблюдал за мной даже на расстоянии, его всепроникающий взгляд мог найти меня где-угодно. Я покорился, покинул родную стихию ради чужой войны. Ради будущего, которое не увижу.

Тем временем на берегу заметили мое появление. Сначала голова, потом и туловище поднялось над водой, и в новообретенной броне я вышел к драконам. Они смотрели на меня со смесью ужаса и непонимания. Потом их взгляды обратились на доспех.

— Как в старой сказке! – громко прошептал ребенок, и мать тут же унесла его вглубь толпы.

Интересно, что он имел в виду?

— Ни с места! – гаркнул грозный голос, и вперед вышел седобородый мужчина. – Кто ты такой? Лазутчик Казимира?

— Да ты что, дядька Лют! – смущенно произнес мужчина с обритой головой. – Воины завоевателя придут с другой стороны, а там живут только морские твари.

Вот как они нас называют?! Беломоры, исконные жители севера для них чудовища! Как Оанн это допустил?!

— Не похож он на морскую тварь, уж больно красивый! – послышался насмешливый женский голос, и толпа заметно расслабилась.

— Кто ты? – вновь повторил Лют, не отрывая от меня глаз.

— Беломор.

Драконы затаили дыхание, но я ничего больше не добавил.

— Беломор, значит, – повторил Лют. – Из какого ты рода?

— У меня его нет.

— И зачем ты пришел?

— Не по своей воле. Меня прислал тот, кто испокон веков живет в глубине моря.

— Морской бог! – заволновалась толпа. – Змей севера!

Видимо, об Оанне все-таки ходили легенды среди драконов. Они не верили в его существование, превратили собственную историю в детские сказки, которые ожили прямо у них на глазах.

— Змей севера, – прошептал Лют, разглядывая мой нагрудник. – Когда я был ребенком, мать рассказывала о владыке морей. Старая байка, все ее знают. Почему мы должны верить тебе, самозванец?

Усмехнулся, подумав, что в некоторой степени дракон прав.

— Он призвал меня защитить север от заокеанского поработителя.

— Нам не нужны сомнительные помощники! – высокомерно возразил старик. – Северяне способны дать отпор врагу!

— Будь это так, я сейчас не стоял бы перед тобой.

Ну и что с ним делать, не убивать же старика? Тем более он прав, я для них – подозрительный чужак, едва появившийся на берегу, и сразу заявивший претензии на власть.

Но у Оанна всегда все было готово точно к нужному сроку: доспехи потеплели, испуская мощную энергию. Еще секунда, и мой внутренний резерв взорвался у меня за спиной миллионами частичек воды, и принял форму гигантского дракона. Толпа отступила, вопя от ужаса и восторга.

— Я – дракон, владеющий силой Морского Шторма. Я – житель древнего моря, которое вы зовете Мертвым. Я – Беломор, посланник морского бога. Я пришел, чтобы сразиться с Казимиром Первым, и не тебе дано остановить меня, Лют!

В выцветших глазах старика зажегся огонек веры: сказки, которые он обожал в детстве, и о которых забыл во взрослом возрасте, вдруг предстали перед ним во плоти. Он упал передо мной на колени, а за ним последовали остальные драконы, даже дряхлые старухи.

Нагрудник остыл, но эта великая сила не ушла: она перетекла в мое тело, слилась с кровью, навеки связывая меня и моих потомков с сушей, драконами и Морским Штормом.

Глава 66. Дело принципа

Казимир

Мой сын Ольгерд деловито перевернулся на живот, и попытался ползти. У него не получалось, он пыхтел, лицо покраснело, но малыш не плакал и не сдавался. Его близнец Пшемысл сыто икнул, дернулся, и заснул. Ольгерду это не понравилось, он принялся издавать громкие звуки, но на брата это не произвело ни малейшего впечатления.

— Вот лентяй! – рассмеялась Касия, наблюдая за сыновьями.

Каридад усмехнулась, но ее взгляд оставался серьезным. Она явно хотела поговорить, но я не был готов отвечать на вопросы. Впрочем, ее настойчивость порой превосходит по силе мою власть: раздав молчаливые указания служанкам, она удалила детей из наших покоев, и села рядом со мной.

— Что тебя беспокоит? И не говори, что все в порядке! Я прекрасно вижу, что ты злишься.

— Северяне. Они отказались принимать мое покровительство.

— Твое требование, – поправила жена. – Гордый народ, ничего не скажешь. Я наслышана о севере, это довольно суровый край. Для нас, драконов Южного материка их климат слишком холодный, да и драконы там живут необычные. Говорят, они скорее умрут, чем отдадут свои земли.

— Пока что смерть они гарантируют только нам, если мы придем к ним.

— Смелое заявление! Есть ли у них реальная сила?

— Появилась.

Она вопросительно изогнула бровь, как всегда делала, когда не желала слушать загадки.

— Разведчики донесли, что у них появился лидер. Никаких сведений о нем, кроме того, что северяне поверили в него, как в какого-то бога. Это значит, что он – сильный противник, и доставит нам много хлопот.

Драконица вздохнула, и взяла меня за руку.

— Любимый, может... оставишь эту затею?

— Литы используют северные земли для набегов на мою державу.

— А если усилить границы?

— Я хочу отодвинуть границы, прижать литов к стенке. С одной стороны у них север, с другой – море, за которым ничего нет.

Каридад глубоко задумалась, а я внимательно вглядывался в ее лицо. Как женщина, она мечтала о мире и спокойствии, и моей задачей было обеспечить процветание нашей родины. Но порой мир достигается только на поле боя, за эпоху благоденствия часто платят кровью.

Однако меня беспокоили не только мысли о войне с севером: таинственные видения постоянно посещали меня во снах, каждую ночь я видел черноволосого мужчину в броне, который целовал руки Каридад. Лица его не было видно, но это точно был не я. После того ужасного инцидента с Лилией мы помирились, в наши отношения вновь вернулось доверие и счастье, так почему меня преследуют кошмары, в которых я ее теряю?

— Казимир, – тихо произнесла драконица, – обещай, что ты вернешься.

Прижал ее к себе, впервые в жизни ощущая страх перед грядущей битвой. Я не могу погибнуть сейчас, когда мы наконец стали семьей, когда наше единство стало абсолютным, когда моя мечта о детях стала реальностью. Но и остаться я не мог.

— Обещаю.

Я солгал, она сделал вид что поверила. Меня позвали на совет, я поцеловал ее руку, а потом вспомнил, что видел это в ночном кошмаре, только вместо меня к ее коже прикасался незнакомец.

Вулко и Ясногор за долгие годы научились понимать меня без слов, и в один голос заявили, что с завоеванием севера можно подождать. «Отложить на несколько поколений вперед!» – поддержал их Витторау, которому не понравилось мое настроение. Мы чувствовали, что с севером все будет иначе, не так просто, как с центральными империями.

— Мы справимся с литами, – раздались уверенные возгласы.

— Дело уже не в литах, – вздохнул проницательный Вулко.

Я кивнул, вспоминая ответное письмо.

— Север открыто бросил нам вызов, унизил лично меня, посчитал слабым противником, неспособным захватить их земли. Если я не поставлю их на место, не только литы скоро будут стоять у нас под стенами.

Мы выдержали еще немало дискуссий, и после тщательной подготовки войско выступило в сторону Северного моря, где обосновался новый лидер непокорного края. В глазах Каридад плескался ужас, но я не услышал ни слова против моей военной кампании. Как королева, она поддержала мое решение, но как женщина и мать – безумно боялась.

Меня еженощно преследовал образ незнакомца: он шел по берегу, пока шторм терзал морскую гладь. Когда он останавливался, на горизонте появлялась исполинская фигура, но, прежде чем я мог что-то рассмотреть, сон прерывался. Я не верил в богов, не верил в чудеса, но то, что ждало меня там, было за гранью понимания.