— Кто ты? – задал вопрос, наперед зная ответ.

— Лилия Рэлье, дочь покойного генерала и героя войны за независимость Норгратера.

Да она не просто смелая, а отчаянная!

— Зря вы вышли на улицы в столь неспокойное время, – заметил Вулко, которому не нравились взгляды солдат на женщин.

— Разве нам что-то угрожает? – спокойный голос не выдавал ни капли волнения. – Мы слышали, что крол Казимир объединяет земли в новую империю, но не трогает местное население. Можем ли мы положиться на твое благородство? Защитишь ли ты дракониц, чей город взял приступом?

Она смотрела мне в глаза с впечатляющей уверенностью, но, пожалуй, лишь я один ощущал ее страх. Девушка поступила смело, когда вышла к нам навстречу, с одной стороны, выступая легкой мишенью, а с другой – сразу ставя меня перед выбором: проявить жестокость или милосердие. К мужчинам я еще мог применить силу, но дракониц старался не трогать. Как править народом, который сам же и унижаешь?

— Даю слово, мое войско не унизит честь жителей вашего города. Мы – драконы Южного материка, носители высокой культуры и цивилизованности, а не варвары.

Последние слова предназначались скорее моим воинам, но на лицах знатных женщин отразилось небывалое облегчение.

— Однако моя доброта не распространяется на ложных идолов.

Прежде чем Лилия успела возразить, я уничтожил статую бога выбросом Черного Солнца. Драконицы вскрикнули, прикрываясь от пыли, а драконы ответили торжествующим кличем.

— Зачем? – тихо спросила девушка.

— Мы несем освобождение от невежества. Скоро ты поймешь, почему народам Норгратера нечего нам противопоставить.

Глава 53. Нареченная идола

Казимир

В городе нашлись смельчаки, восставшие против моего доминирования. Пришлось казнить бунтовщиков показательно жестоко, чтобы драконы не думали обо мне как о слабом мечтателе. Вулко как всегда возражал, а потом обиделся, что его слова не приняли в расчет. Ясногор же стал более терпимым к насилию, и беспрекословно выполнил приказ.

Я занял дворец Рэлье, так как покойный генерал безразлично относился к роскоши, и построил себе хорошо укрепленное и вполне комфортабельное жилище. Его спальня была просторной, из мебели присутствовала только кровать, добротный стол и стеллажи с книгами.

— А это еще что такое, – вырвалось у меня, когда я разложил перед собой новую карту. – Авлимия.

Еще один континент на юге! Если сопоставить это с нашими картами, Авлимия гораздо ближе к Южному материку, чем Норгратер, а мы ее просто не заметили!

За стеной раздались голоса моих стражников, и вскоре один из них постучал в дверь:

— Ваше величество, Лилия Рэлье просит аудиенции.

Кивнул в знак согласия, и уже через мгновение девушка зашла в покои, нервно оглядываясь по сторонам.

— Непривычно видеть в комнате отца чужого мужчину, – сказала она наконец.

— Зачем ты пришла, Лилия?

Красавица смутилась, но потом гордо вскинула голову, и сказала:

— Я готова стать твоей наложницей.

В памяти всплыл разговор с Далией, которая точно так же предлагала себя в качестве наложницы. Она сказала, все императоры выбирают девушек из знатных семей, чтобы привязать к себе влиятельные кланы. Я даже вынес этот вопрос на обсуждение с советниками, но до сих пор медлил с принятием решения. То, что нормально для Норгратера, может пошатнуть основы общества южан. Мы решили насаждать свою цивилизованность, а не перенимать чужое варварство.

Хотя... видят предки, эта девушка действительно красивая!

— Послушай, Лилия, я дал слово, что ты и остальные женщины будете в безопасности при моем правлении. Оставь свою честь для будущего мужа.

— Не нужно беспокоиться об этом, я не девица.

Усмехнулся, разглядывая ее.

— Понятно, хочешь скрыть свой позор, прикрываясь моим именем?

Она ответила надменным взглядом.

— Я была невестой бога, это почетно!

— Не понимаю, о чем ты.

Лилия прошла вперед, и села на край отцовской кровати.

— Когда появились первые слухи о заморском завоевателе, жрецы объявили это карой, ниспосланной небожителями. Якобы мы утратили уважение к богам, и они отвернулись от нас в час опасности. Тогда народ потребовал возродить старые традиции, чтобы доказать свою набожность, и вернуть заступничество великих.

— Уже звучит отвратительно, – меня раздражало лицемерие жрецов, как и глупость простых драконов. – И как возрождение традиций повлияло на твою девичью честь?

На скулах проступили пятна, ей явно стало неприятно.

— Жрецы выбрали меня в качестве невесты верховного божества. Отец счел это честью для нашей семьи. Меня забрали в храм, где я жила на самом последнем этаже, отрезанная от родных и друзей. Это было необходимо, чтобы вернуть моим мыслям ясность и чистоту. Там я молилась, выпрашивая у жениха милости к нашему народу.

— Любопытная традиция, ничего не скажешь. А кто выполнял супружеский долг от имени божества?

— Старший жрец.

— Хитро устроено! – невольно рассмеялся, оценив ловкость жрецов.

— Ты не понимаешь! – возмутилась девушка. – Когда первый страх уляжется, горожане вспомнят, что возлагали на меня надежды, и решат, что я не устроила бога, раз он не защитил их от тебя.

— Лилия, твой отец отдал тебя кучке больных негодяев, которые отняли у тебя невинность ради низменных потребностей! Они знали, что нет никакого бога, но разыграли этот спектакль, чтобы получить золото, власть и знатную девушку для развлечения старого ублюдка. Даже теперь, послемоей победы ответственность заваше поражение ляжет натебя : не на воинов, не сумевших защитить родину, не на толстых жрецов, обещавших победу, а на тебя, девочку, которая никогда не была способна повлиять на ситуацию. Так неужели тебе есть дело до того, что они скажут?

— Ты не понимаешь, – горько произнесла драконица. – Сколько бы ты ни боролся с верующими, их дух тебе не сломить. Они продолжат нести в сердцах то, о чем нельзя будет говорить вслух. А я не хочу становиться изгоем, не хочу, чтобы мое имя стало синонимом позора.

— Так чего ты хочешь от меня?

— О тебе говорят, что ты – потомок бога, утраченного правителя. Если я стану твоей женщиной, драконы увидят в этом знак, новый смысл. Скажут, что старый бог проиграл молодому, явившемуся из-за океана. Это будет полезно и для меня, и для тебя.

Она поднялась, развязывая тесемки на своем одеянии. Тяжелая ткань упала на пол, открывая обнаженное тело. При такой тонкой талии бедра и грудь были вызывающе сочными, я ощутил сильное напряжение в штанах, и понял, что не смогу обойтись без женщины. В то же время ее настойчивость разозлила меня: она не имеет права диктовать мне условия!

— Одевайся, и уходи. Живо!

— Нет, – спокойно возразила Лилия, и легла на стол прямо передо мной.

В памяти возник образ Каридад, но его быстро вытеснила подрагивающая от возбуждения драконица. Видимо, жрецы добросовестно обучали невесту идола, так как ее стоны раздавались во всех уголках дворца, а я не мог утолить жажду с такой раскованной любовницей.

Уже на рассвете, когда она томно откинулась на подушки, я понял, что Лилия ловко поймала меня на крючок. Сначала притупила бдительность беседой, а потом просто предложила себя так, что я не смог отказаться. А ведь я клялся в верности своей жене, обещал ее семье быть для Каридад заботливым мужем! Стоила ли местная жрица любви моей чести? Как теперь смотреть в глаза законной супруге?

«Кажется, вопрос с наложницами решен, – подсказал внутренний голос. – Крол не может быть неправ, придется заставить всех смириться. Выдай эту ошибку за собственное решение, узаконь знатных любовниц, иначе драконы перестанут тебя уважать».

Глава 54. Завоеватель

Казимир

Из лагеря пришло письмо, Каридад родила здоровую девочку. Сначала я обрадовался, что они обе в порядке, но потом горько улыбнулся: дочь, не сын! В семье Хорсов это было вечной проблемой, вместо наследников у нас рождались сплошные девочки. Я – единственный сын у Алеса Хорса, в случае моей гибели род Солнечного Ореола прервется. Каридад была сильной волевой драконицей, я надеялся, она родит мне сына. Увы, Далия была права.