— Это не изгнание, а завоевание. Новые континенты, новые земли и народы, войны, слава – даже звучит ободряюще! Говорю же, там все ощущается иначе. Одно дело сидеть в уютном кабинете, предаваться скорбным мыслям, бояться будущего, неизвестности. А когда ты ночуешь в палатке, когда твое лицо овевают ветра неизведанных земель, когда ты подчиняешь своей воле коренные народы Норгратера… Это эйфория! Кровь бурлит – безграничное счастье.

Мой друг внимательно всмотрелся в мое лицо, а потом невесело усмехнулся.

— Да, действительно, такого мужа родной сестре не пожелаешь! Ты стал воином, настоящим лидером, не представляю тебя рядом с хрупкой впечатлительной барышней.

Расхохотался, подумав, как мягко Ясногор намекнул, что я превратился в солдафона.

— Рассказывай, чем занимался эти годы. Я соскучился по нашим юным годам, прокручивал в памяти лучшие моменты, когда не мог заснуть на холодных равнинах.

— Кто бы мог подумать, что ты станешь военным!

Не я, такое даже в кошмарах мне не представлялось, но у отца были свои планы. Он считал, что именно я должен возглавить колонистов, когда настанет время покинуть наш континент. Двенадцать лет назад, накануне учебного года он позвал меня к себе, и приказал собирать вещи, сказал, я не вернусь в тривиальную школу. Вместо веселья с друзьями меня ожидала суровая муштра, диплом об окончании школьного курса я получил на другом конце материка, куда специально для юного Хорса вызвали столичных наставников.

За эти двенадцать лет я всего несколько раз возвращался домой, и меня вновь отправляли в Норгратер, далекий континент, чтобы подготовить место для будущих поселенцев. Наш материк приходит в упадок, вулканическая активность раздирает его изнутри, да и ресурсы успели истощиться. Драконы использовали свой дом беспощадно, и теперь вынуждены искать новое пристанище. Я не был готов к такой ответственности, но моего мнения не спрашивали, и я подавил юношеский протест в груди, ради семьи, ради друзей, ради всех, кто был мне дорог.

— Марта год назад вышла замуж, – тем временем рассказывал Ясногор. – Ее родители поняли, что тебя заполучить не удастся, и нашли ей подходящего супруга. Долго вокруг меня кружили, но ты же знаешь, как я отношусь к этой драконице. Мы с Вулко всегда ее ненавидели, а ты привечал. Зато Лени, как избавилась от влияния подружки, раскрылась в другом свете. На ней женился Риз, дядя Вулко, мы иногда видимся, и не узнаю в ней ту девушку из школы. Рад, что заблуждался на ее счет!

— Вот это новость! Не могу представить ее рядом с Ризом Кратоном!

— Поверь, им хорошо вместе. А ты? В Норгратере наверняка живут не только драконы, но и драконицы.

Усмехнулся, вспомнив женщин в грубых меховых накидках. На чужом континенте было холодно, мы, драконы Южного материка, привыкли к жаре и солнцу. Драконицы Норгратера слабо возбуждали мой мужской интерес, я больше мечтал о девушках из своего прошлого, хотя не отказывался от знакомств с наиболее привлекательными дикарками.

Не успел я поделиться своим мнением, как в дверь нервно постучали, и помощник Ясногора попросил нас вернуться в штаб.

— Что случилось?

— Мне неизвестны подробности, господин. Говорят, что-то произошло в провинции Мар, много погибших.

Глава 6. Ядерная катастрофа

Казимир

В коридоре встретили моего отца, лицо которого буквально светилось от мрачного торжества. Алес Хорс был из тех драконов, кого или любят, или ненавидят, третьего не дано. Его амбиции простирались далеко на запад, на неизведанные земли, и многие смотрели на нашу семью с надеждой. Хотя и врагов было немало.

— Казимир, Ясногор, пойдемте, вы должны это услышать.

— Господин Хорс, хоть вы скажите, что произошло.

— Ядерная катастрофа.

— Что? – воскликнул Ясногор, позабыв о правилах приличия.

— К сожалению, это так. «Мирный атом» может быть разрушительным, боюсь, нам придется покинуть материк раньше запланированного.

Денницин бегом кинулся к лестнице, а отец повернулся ко мне.

— Видишь, сын, все мои опасения сбылись. Оппозиция, недовольная моей властью, пыталась создать ядерное оружие, равное по силе Солнечному Ореолу. Каждый род драконов владеет определенной властью над природой: Кратоны – драконы Подводных Вулканов, Денницины владеют силой Звездного Света, но никто не может сравниться с нами, Хорсами, черпающими энергию вечного светила. Солнце – источник нашей силы и власти, пока эта звезда не остыла – мы будем править, но не всех это устраивает. Запомни, Норгратер должен стать новой вотчиной Хорсов, покори его, и запрети любые исследования атомной энергии. Пусть это отбросит драконов в развитии, ничего страшного, главное – безопасность континента и нашего рода.

— Они не назначат меня главным.

— Возможно, но я потому и дал тебе лучшую подготовку, чтобы ты научился сражаться, завоевал благосклонность солдат. Ты вел их на неизведанных территориях, бился рядом, защищал, а не жирные старики из оппозиции. Будущее Хорсов отныне в твоих руках, я останусь здесь.

— Уверен?

— Не все отправятся на завоевание Норгратера, я не хочу, чтобы оставшиеся драконы ждали своего конца в одиночестве и страхе. Мы продолжим вести свой быт, как делали это всегда.

Наверное, я плохой сын, потому что мысль о будущем отца меня не расстроила. Он сделала свой выбор, и есть в этом подлинное благородство. Уважение для меня превыше всего, тем более, без семейных ограничений мои руки будут развязаны. Я хочу стать хозяином своей судьбы, самостоятельно прокладывать путь без оглядки на чужое мнение.

А в штабе царил сумбур: кто-то обвинял, кто-то оправдывался, кто-то лихорадочно придумывал, как спасти свою шкуру. Зато мой отец получил долгожданную возможность, произнес обличительную речь, и никто не смог ему возразить. Масштаб трагедии был ужасающим, число погибших говорило само за себя. Радиация распространилась далеко за пределы провинции Мар, ветер нес смертельное облако с безумной скоростью, шла массовая эвакуация.

— У нас уже была похожая ситуация, но удалось обойтись малой кровью. Я говорил, нужно наложить запрет на исследования, ибо вместо концепции «мирного атома» ученые занимались разработкой оружия, но меня убеждали, что я ошибаюсь! Называли параноиком!

Пока он упивался триумфом, я наблюдал за потенциальными оппонентами. Судя по меловой бледности, они поняли, какую яму сами себе выкопали, но все, что произошло в Маре, там и останется. Как только корабли отплывут в Норгратер, они придут в себя, осознают, какие возможности ждут впереди. Или их дети: скорее всего, старейшины тоже останутся на Южном материке, а с колонистами отправят наследников, которые еще не запятнали репутацию кровью.

А хочу ли я становиться завоевателем, бороться за власть? Отца рядом не будет, никто не станет давить, требовать невозможного. Зачем тогда тратить свою жизнь на бесконечную войну? Удастся построить нормальные отношения с командованием – и слава предкам. Нет – к дритту их всех, я найду, чем заняться на новом месте.

— Виновные должны понести наказание, мы установили ограничения, дабы не допустить ядерной катастрофы! – спокойно, но строго вещал Айфель Кратон, отец Вулко. – Сами ученые не посмели бы нарушить правила, им явно отдали заведомо преступный приказ.

Ну да, кто еще будет требовать справедливости, если не Кратон? Только за все это время я не услышал главного.

— Кто занимается ликвидацией последствий катастрофы? – просил тихо, но меня услышали, и синхронно умолкли.

— Мы направили несколько отрядов, но драконы гибнут очень быстро, в эпицентре сейчас «жарко», – смущенно отозвался Айфель.

— Тем больше причин немедленно задействовать протокол! – с новыми силами отец кинулся в атаку. – Колонисты должны покинуть Южный материк.

— А как же пострадавшие в провинции? Где они сейчас, какую помощь получили?

Вулко, сидевший напротив меня, дернулся. Лицо побледнело, я ощутил исходившие от него волны осознания и страха. Неужели кто-то из его друзей был в эпицентре катастрофы?