Не знаю, чем бы закончился этот диалог, если бы продолжился, но его грубо прервали. Дверь камеры с размаху хлопнула о стену, и в помещение влетел Картер. — Эйдан, Эйдан! Скорее! — прокричал практически белый как снег мужчина. — Что такое? Что случилось? — обернувшись, спросил Эйдан. — Что случилось? Что с детьми? — вторила я мужу. — С ними всё в порядке, — скороговоркой проговорил Картер. — Арнольд… — Арнольд? Что с ним? — нахмурился Эйдан. — Он же заперт в кладовке. Сбежал? — Нет, колдует, — нервно выдохнул Картер, — и я ничего не могу сделать! Никак не могу сломать эту чёртову дверь, разве она должна быть такой прочной? И судя по тому, что оттуда слышно, Арнольд задумал что-то серьёзное. По Картеру было видно, что он крайне испуган, потому что, кроме бледного цвета кожи, у него были глаза размером с золотой, но при этом он не заметил или не удивился, что вместо Майкла с нами в комнате находится другой человек, ведь вряд ли обычный возница знал, как выглядит император. — А что оттуда слышно? — мрачно спросил Эйдан. — Он кричит, — ответил Картер. — Точнее, вопит от боли, будто его там на части рвут. Поэтому я и обратил на это внимание. Тебе надо срочно туда! — Я с вами, — коротко сказал Магнус. — Попытаюсь сделать что смогу, чтобы помочь или всё исправить. Клянусь. — Ладно, времени на споры нет! Бегом! — скомандовал Эйдан и, освободив связанного магией, Магнуса, рванул по коридору. Мы побежали за ним. — Дети? — на бегу спросила я. — Картер, дети! С ними точно всё в порядке? — Да, с ними всё хорошо. Присмотреть за ними, пока вы будете с генералом разбираться? — ответил возница, и я с благодарностью закивала. Он тут же свернул в боковой коридор, к бассейну. Я последовала за ним, чтобы всё же проверить ребят. Странно, но никаких криков я всё ещё не слышала. Может, пока что Арнольд замолчал? Даже не хочу думать, что это значит. Как и сказала Картер, Кайл и Эмбер беззаботно бултыхались в воде. Кажется, крики Арнольда, что услышал Картер, не привлекли их внимания, или они за собственным весельем не обратили на них внимания. — Пожалуйста, присмотри за ними, — попросила я. — Да, госпожа, всё будет сделано, не бойтесь, — кивнул Картер, и я рванула догонять мужчин. Стоило мне пересечь порог крыла с бассейном, как пронзительный крик Арнольда я, наконец, услышала. — Что происходит? Вы уже выяснили, почему он кричит? — подбежав, сразу же спросила я. — Не знаю, — коротко ответил Эйдан. — Я не могу войти или даже просто открыть дверь. — Он использует свою магию, да? — с опаской спросила я. — Да. Я вижу и чувствую изменения в щите, охраняющим дом, — сказал Эйдан. — Не до конца понимаю, как он это сделал. — Я тоже это чувствую, — подтвердил Магнус. — Он что-то делает с мирозданием? — с опаской проговорила я. — Он нас предал, как я боялась? А если он… — Спокойно, — спокойно сказал Эйдан. — Спокойно, Сиара, не бойся. Я уверен, Арнольд нас не предал. Я почти уверен, что знаю, что он делает. Думаю, этот упрямец решил исправить ситуацию по-своему. Он не зря так притих в последнее время… Когда мы сидели с ним около портрета, он тогда тоже плакал. Много, долго, даже дольше, чем я. Мне тогда показалось, что после того момента, в нём что-то сломалось. Наверное, только тогда он окончательно и бесповоротно осознал, что сделал, и принял для себя какое-то решение, которое, очевидно, сейчас пытается осуществить. Я думаю, ты была права: к нему магия тоже вернулась и он решил её использовать, не ставя в известность нас. Вот только… вряд ли нам это хоть чем-то грозит. Скорее наоборот. — Что это значит? — прошептала я. — Что значит «наоборот»?! — Арнольд, открой дверь! — крикнул Эйдан и забарабанил в дверь. — Открой эту чёртову дверь! Тишины в ответ не было, были крики. Такие пугающие, что у меня кровь стыла в жилах. Что там происходит?! — Что бы там ни делал Арнольд, он точно это делает через боль, — тихо прокомментировала я. — Эти крики не могут быть чем-то иным. — Это точно, — перестав на время колотить в дверь, хмуро сказал Эйдан. — Он даже щит предусмотрел, чтобы успеть довести начатое до конца. И как он смог это здесь сделать против моей воли и без моего ведома?! Это нереально, мне казалось! — Ты о чём? — нахмурилась я. — Ты, наверное, заметила, что крики стали слышны лишь при приближении к этой кладовке, — мрачно ответил Эйдан. — Потому что Арнольд создал дополнительный барьер, который глушит бо́льшую часть звуков. Возможно, он это сделал, чтобы не привлекать внимания, возможно, чтобы дети не услышали. — Вы уверены, что ему можно доверять? — спросила Магнус. — Мало ли что он там делает? Мне кажется, пора принимать решение, что с этим делать. Чувствуешь? Его заклинание почти на пике. Скоро всё свершится. И мы не знаем что. — Я уверен, что ему можно доверять, — отчеканил Эйдан. — И если ты всё ещё веришь мне, наставник, то ты должен поверить и ему. Я думаю, я знаю, что он там делает. — И что? — спросил Магнус. — Ритуал. Он убивает себя, чтобы разрушить заклинание, которое наложил, чтобы изменить память мира, когда менял память нашей семье, — веско произнёс Эйдан. Я потрясённо молчала, и словно в подтверждение слов мужа раздался очередной душераздирающий вопль Арнольда. — Арнольд, открой! Давай решим проблему иначе! Я уверен, есть другой путь! — крикнул Эйдан и снова начал молотить в дверь. — Я понимаю, что ты делаешь, друг, и почему! Не надо этого делать! Мы найдём другой путь! Остановись! Мы вместе найдём другой путь!

Но Арнольд молчал. Точнее, не молчал — он кричал от боли, и на наш зов не откликался. — Арнольд, открой! Открой! — безуспешно колотил по двери Эйдан. По тому, как менялся его голос, я понимала, что он правда переживает за друга всё сильнее. Чёрт побери, что же делать? — Арнольд тоже был в Доме Печали, я правильно понял? Кто там ещё из наших? — внезапно спросил император. — Вот это сейчас к чему? Не до этого пока, — рыкнул Эйдан. — Лучше подумай, наставник, как дверь вскрыть. Может быть, у тебя есть ещё какая-нибудь секретная магия императорского рода?! Если он там умрёт… — Магия императорского рода, говоришь? — перебивая Эйдана, веско произнёс император. — Я совершил ошибку. Доверился не тем людям, это недопустимо для императора. И это привело к фатальным последствиям для всей страны и вашей семьи в частности. А ваш друг пытается всё вернуть на место, но у него не хватает сил, ведь он их потратил, чтобы стереть вас. Почему? Потому что я назвал своим преемником тебя, Эйдан. Родных детей у меня не было, а ты был женат на моей племяннице. Потому Кайрлоу-старший вместе с Дайнартом пришли к активной фазе. Но вы, я думаю, этого не помните. Так? Эту часть, включая торжество о наречении тебя наследником Арнольд стёр у всей империи из памяти, на что и потратил всю силу. Ваш брак был сопутствующим ущербом к этому, потому как ему было важно уничтожить любую родственную связь между тобой, Эйдан, и моим родом. — Сейчас не выяснения отношений уже, Маркус! — рявкнул муж. — Давай думать, что ещё можно сделать, чтобы вскрыть эту чёртову дверь! Он почти завершил, ты чувствуешь?! Он там сейчас умрёт. — Да, ваш друг пытается убить себя, — мрачно кивнул Маркус. — Но его магия, охраняющая то глобальное изменение мира, не даёт ему этого сделать. Ведь если он умрёт, то все всё вспомнят, так он рассуждает. Вот он и пытается себя убить. — Если это так, то было глупо помещать его в Дом Печали, — зло процедил Эйдан. — Зачем его туда отправили, раз все там так или иначе умирают? — Так его семья тоже забыла, почему важно сохранить всё так, как есть, — спокойно ответил Маркус. — Я же неспроста к ним пошёл. Отец с братом просто хотели избавиться от младшего сына и человека-функции, который сыграл свою роль и потерял крайне полезный и могущественный дар, зато всё помнил. Он сейчас истязает себя, чтобы ослабнуть, ведь тогда ослабнет и его защита, он так думает. Но сомневаюсь, что это так сработает. — Ты к чему сейчас? — нахмурился Эйдан. — Я верю в вас, — вместо ответа на этот вопрос немного изменившимся, хриплым голосом проговорил Магнус. — Говорят, ты хороший учитель, если твой ученик превзошёл тебя. Я вижу, мой ученик превзошёл меня. Это замечательно. Значит, хотя бы наставником я был хорошим. Я верю в тебя, Эйдан. Ты как отец простил и защищаешь Арнольда, несмотря на всё зло, что он вам причинил. Я верю в тебя, Сиара. У тебя хватило духу и решимости защищать своих детей в абсолютно безнадёжных обстоятельствах, как положено защищать матери. Так будьте отцом и матерью для нашей страны. Исполните мою волю, которую стёр Арнольд из этого мира. А я сохраню жизнь вашего друга. — Нет, нет, Магнус, ты что творишь? — запротестовал Эйдан, но было поздно. Дядя резко развёл руки, а потом хлопнул в ладоши. Вокруг него тут же образовалась перламутровая полусфера, об которую Эйдан с разбегу ударился и отлетел к стене, попутно сбив меня. Свалившись на пол, мы быстро встали, но время было потеряно. Кокон замкнулся. — Дядя, остановись, пожалуйста, не надо! Дядя, наверняка есть другой способ! Зачем вы все пытаетесь себя убить?! Прекратите!!! — запаниковала я. — Магнус, остановись! Ты император, ты не можешь так бездумно поступить! — прорычал Эйдан. — Это твоё государство, как ты можешь его бросить?! — Я не бросаю его, я передаю тому, кто этого достоин, как и хотел раньше, — торжественно сказал император. — Ты мне как названный сын, а твой сын — моей крови. Пора это признать: у Арнольда не хватит сил, чтобы вернуть всё на места. Он слишком сильно изменил мир в первый раз, потратил всю свою магию и сейчас ему неоткуда её сейчас зачерпнуть, кроме собственной жизненной силы. Поэтому он убивает себя. Я дам ему возможность зачерпнуть эту магию из меня, чтобы вернуть в этот мир вас и память о вашей семье. Наверное, ты прав, Эйдан, и время, проведённое в этом доме, окончательно расставило для юного Арнольда всё на свои места, и оно же, к сожалению, поторопило его. Ваш друг умирает, но это будет бесполезно. Остановить ритуал нельзя, он уже почти на пике. Если этого не сделать, и всё пойдёт по плохому сценарию, то всё в радиусе несколько десятков километров вымрет, включая ваших детей. Вы готовы ими пожертвовать? Я — нет. — Есть другой способ! Наверняка, — процедил Эйдан. — Нужно просто время! — Но у нас его нет, — горько улыбнулся Магнус. — Арнольд вот-вот умрёт и либо взорвёт это место, либо всё просто схлопнется, но эффекта не будет. — Вообще-то, время есть! — озарило меня, и я привычно щёлкнула пальцами, останавливая время. Но ничего не произошло! Как так?!Я щёлкнула снова, мысленно представляя эффект, но это не сработало! — Нет, Сиара, — мягко улыбнулся дядя. — Я предусмотрел это. И пока я буду жив, твоя магия не сработает. Эйдан, не пытайся это изменить. Это магия крови нашего рода, у тебя ничего не выйдет. — Но зачем?! Я могу выиграть нам время, и мы все всё обсудим и подумаем спокойно! — взмолилась я. — Дядя, не надо! — Надо, милая, надо. Вы просто не понимаете, в какой мы патовой ситуации: или умрёт ваш друг и ничего не достигнет, а также из-за этого потеряется возможность восстановить ваши воспоминания и, что не менее важно, воспоминание у всей империи о вас, или он взорвёт всё вокруг. Силы отменить свою же магию у него хватает, но процесс остановить нельзя, он запущен и точно дойдёт до своего логического финала вот-вот. И твоя заморозка, Сиара, не изменит этой ситуацию. — Да не нужны нам воспоминания! Мы создадим их заново! — почти хором крикнули мы. — Допустим, не нужны, — кивнул дядя. — Но сейчас у нас нет ни армии, ни причин у армии поддерживать меня или Эйдана. А если Арнольд всё же сможет вернуть всё на место, все вспомнят, насколько подло поступил твой сводный брат, захватив трон, и вернут своё желание противостоять им. У вас будет и законный наследник престола, и армия. — Мы соберём её обычным путём! — рявкнул Эйдан. — Уверен, многие поддержат! — Но это будет измена, — мягко ответил Магнус. — На это пойдёт гораздо меньшее количество людей. Не соберём, Эйдан. Моё имя и память очернили. Всех моих родственников, кроме вашей семьи, казнили. Я подвёл их. А вас оставили в качестве гаранта моего послушания в случае внезапного возвращения. Без армии, которая помнит, кому она служит, мы никогда не свергнем этих мерзавцев. Выбора нет. Я хочу, чтобы трон остался у моей семьи. И я хочу войти в историю не как глупый император, которого предали его доверенные люди, а потом несчастный парень зря пожертвовал собой и не смог всё вернуть на свои места. Я хочу войти в историю как гордый правитель, признавший ошибку и сделавший всё, чтобы её исправить. Вместе с моей смертью легитимность того, кто будет на престоле, будет обоснована с точки зрения магии, и ты сам, Эйдан, сможешь разрушить все камни душ, когда станешь императором. Видишь, как много вопросов закрывает моя смерть? Это рациональный шаг, поверь мне, мой дорогой ученик. — Стой, Магнус, пожалуйста, стой! Хватит, остановись! — заорал Эйдан. Но в следующий момент кокон императора стал непроницаемым и багряным. Окутавшее его красное свечение потекло через стену в камеру, где находился Арнольд. Крики тотчас же прекратились, а дверь распахнулась. В камере на коленях стоял Арнольд. Вокруг него был полупрозрачный синий купол, который в месте соединения с «потоком» красного мерцания начал менять цвет на фиолетово-чёрный. Тело Арнольда было истерзано, у его ног валялся окровавленный нож. Мужчина с удивлением посмотрел на нас… скользнул взглядом вдоль мерцающего красного свечения… — Что он делает? Не надо, не надо! Это я виноват! Я! Я должен умереть! — вскочив с колен, Арнольд рванул к императору, но его собственный купол не выпускал его. Я, если честно, стояла в абсолютном опустошении и растерянности. Я понятия не имею, что делать! И тут внезапно мир остановился. Крики, наполнявшие комнату, вмиг исчезли. Повисла гнетущая тишина. Эйдан замер с открытым ртом. Частицы переливающегося багрового купола Магнуса зависли в воздухе… Уже почти чёрный купол Арнольда пошёл трещинами… Мне пришли на ум слова Магнуса, что моя магия не сработает, пока дядя будет жив. А следом грянул взрыв.