Потому что некоторые из купцов насчет продаж досок "дартс" у нее уже спрашивали, подходили. Уже познакомились. В зале повесили раскрашенные с баллами доски для метания и ножей, и дротиков – кому, как не наемникам развлекаться такой игрой. Правда, они предпочитали метать ножи, около доски для дротиков тусили только ее орчата, пусть нового набора, но уже научившиеся и "айновским" оружием пользоваться. И, конечно же, многие из гостей таращились, оглядываясь на таких разносторонних орчат.

Кстати, взрослые орги в зале тоже были – сидели за своими столиками. Мила все же настояла в свое время, чтобы вход в заведение был для всех рас. О чем даже было написано на специальной позолоченной табличке около главного входа.

– Что, и для айнов тоже? – фыркнул тогда в прошлом Труди, когда ожесточенно спорил с ней.

– Ну-у-у... – если она продвигает идею расового равноправия, то должна быть последовательной до конца? – Только если они тоже будут придерживаться правил заведения. Ниже прибейте тогда еще табличку с правилом, что это нейтральная зона. Что на территории твоего бара любые драки и разборки запрещены. Потому что здесь серьезные вещи должны обсуждаться, посетители вкусной едой и хорошей компанией наслаждаться... то есть спокойно работать или отдыхать. А подраться или поубивать друг друга можно где угодно, но не здесь.

Так что все у них с партнерами складывалось замечательно! Открытие заведения, тем более столь необычного для местных, можно считать успешным.

Здорово же! Кто молодцы? Они молодцы! А дальше будет еще лучше!

Жизнь налаживалась! Заведение Труди запустили, и очень удачно. Не только хорошая выручка в первый же день порадовала, но и то, что о нем пошли разговоры по городу, а возможно, уже дальше – сами же купцы и наемники разнесут новость о столь особой таверне "только для своих". Причем не людей или двергов – а для торговой братии и их охраны всех рас!

Айны уехали, и теперь у нее будет больше времени на остальные дела, которыми она может заниматься без оглядки. Раз сам герцог дал добро и на таверны, и на прочие ее "кулинарные" затеи.

Насчет школы поваров пока не удавалось сдвинуться с места – мужики упирались. И ладно Гурмон, почему он может быть против понятно – не хочет конкурентов. Но Труди почему? Не хочет быстрее получить статус повара?

Сама Мила хотела – так и заявила коллегам. На что мужчины посмеялись, а затем Гурмон почесал затылок и сказал, что тогда она станет первой женищиной-поваром. Вернее, первой женщиной, захотевшей стать поваром. И, мол, готова ли она к такому испытанию? Еще намекнул, что сам не будет трепаться о ее "глупых хотелках", но и она пусть об этом на каждом углу не заявляет.

Не сразу Мила докопалась до сути дела. Оказалось, что в этом мире "повар" не столько профессия, сколько должность. Причем почетнейшая. Повар – это самый главный "стряпух" в доме самых высших лордов, скорее даже "при лорде", который должен уметь в первую очередь руководить огромным штатом подсобных кухарей, вести бюджеты и закупки, уметь накормить толпы самых высоких гостей по самым разным поводам и праздникам. Быть этаким полководцем, только в кулинарном плане. Так что, мол, по словам Гурмона, куда бабам до такого уровня. И конкуренция там слишком велика.

Потом попаданка сообразила, что в местных языках также отличается слово "стряпух", то есть главный по кухне в тавернах. Что оно в первую очередь именно мужского рода, это ее иномирное подсознание по привычке думало женским, потому что первым "стряпухом" в этом мире, кого она встретила, была Душара. Хотя для оргов и двергов вполне нормально, если на кухне – неважно каких масштабов – главная женщина. Это люди предпочитали в тавернах главными ставить мужчин. И то, что Мила продвигала Хейлу на эту должность, Гурмон посчитал влиянием оргов, у которых санайка слишком долго в таверне проторчала. Мила не стала разубеждать.

Но и от своей мечты получить признания ее поварских услуг не хотела отказываться. У нее были планы на дальнейшее развитие гастро-бизнеса, но нужны были регалии, чтобы местные ее быстрее воспринимали.

– Гурмон, нам придумать как-то, чтобы звание повар закреплялось за самим человеком. Как признание его мастерства...

Труди, у которого они опять сидели, поставил перед Милой тарелку с поджаренными колбасками и со своей стороны широкой стойки возразил, что нечего наводить бардак в названиях.

– Ладно, давайте назовем статус чуть иначе... мастер-повар? А слово "повар" оставим для должности при лорде? Да вы сами посудите, если человек... вот ты, Гурмон, если уйдешь со своего поста повара у Шанитира, ты же сразу не растеряешь свои умения?

– А че это я должен уйти?! – мигом набычился герцогский повар.

– Не должен, но когда-нибудь... в старости, например, – отмахнулась Мила, запивая свои мысли кисловатым ягодным морсом. – Вот как не бывает бывших генералов, так ведь и бывших поваров не бывает, да? Или если кухар всем хорош, но хочет работать не на лорда, а в собственном заведении...

– Че он, дурак, что ли? – опять не понял Гурмон, тоже получив свою тарелку с мясом от внимательно слушающего Труди. – При лорде все почетнее. И денег больше...

– Денег больше в собственном бизнесе, господин Дугиан, чтобы вам было известно. Если он, конечно, не убыточный и если его расширять удачно. А лорд не будет вам каждый год увеличивать оплату, так что... Ну так что, раз уж мы возглавляем новую движуху насчет всех этих соревнования и школы поваров, то мы можем свои правила вводить, так? Давайте под шумок введем статус "мастер-повар", который личный, именно для человека... ну или кто там из разумных его получит.

– Путаница будет, – опять возразил Труди с той стороны, пока Гурмон почесывал щетину на массивном подбородке.

– Ничего, со временем все привыкнут. Зато у нас со временем будет целая армия профессиональных кулинаров!

– Зачем тебе такая армия? – опять с подозрением смотрел на нее Гурмон.

Но она не признается, что думала продвигать прогресс здесь именно через еду и таверны. Герцог ей разрешил "любые таверны", и под их прикрытием она хочет "нести свет в массы" не только оргов, но и людей. Прямо под носом у драконов. Потому что хоть она и сказала Моррокею, что революции здесь устраивать не будет...

Она действительно не будет. И вряд ли люди в ближайшие десятки лет будут готовы более требовательно заявить о своем признании в равенстве – хоть каком-то. Или даже в ближайшую сотню лет. То есть сама Мила до того момента может просто не дожить. Но она может уже сегодня потихоньку сеять семена будущего прогресса. Потому что люди не низшая раса, чтобы первородные зазнайки там не думали! И ей не нравится, что не только оргов здесь принижают в способностях, но в первую очередь людей. Ведь у оргов хотя бы физическая сила есть, а люди вообще выкинуты на обочину жизни.

Однако также она понимала, что на роль Жанны дАрк или иной мученицы-героини она никак не тянет. Поэтому все, на что она готова пойти – это помогать и учить тех, кто рядом. И кто хочет учиться чему-то новому, кто готов к личным изменениям. Потому что люди не глупее айнов! Просто им нужны возможности учиться. И разве не для этого ей дали второй шанс в чужом мире – именно что-то привнести сюда? И раз она в теле человека и с сохранившимися знаниями другой человеческой цивилизации, значит, нужно делиться именно с людьми, а не с айнами! Так что хорошо, что ушастые уехали.

А еще хорошо, что она, попаданка, знает не устройство пушек или рецепты пороха, а именно обычные кулинарные рецепты. Какой-то классик сказал: "Красота спасет мир", но может же быть такой вариант, что "Еда объединит всех"?