Эгон фыркнул.

— Я и ты.

— А Сай?

— Ни к чему он там. За него тоже придется платить на посту: там с каждого носа — плати звонкой монетой. А у меня не типография солидов, знаешь ли!

Сай открыл было рот, но тут же закрыл. Видно, понял, что спорить не о чем.

— А как мы вообще заплатим на переходе? — спросил Вик. — У нас и одного солида нет.

— Обижаешь. Есть немного!

Эгон полез под верстак, вытащил плоскую жестянку из-под старого блока питания. Внутри лежали мелкие монеты — скрапы, пластиковые банкноты и тонкая, затёртая почти до гладкости полоска электронного жетона.

Вик радостно посмотрел на коробку, потом на старика. Эгон зло ухмыльнулся.

— Я не всё отдаю Крысам, что бы ты там про меня ни думал.

Вик ответил не сразу: в горле вдруг встал комок.

— Ладно, — сказал он. — Извини.

Эгон изумленно моргнул: кажется, такого он не ждал.

— Чего?

— Извини, говорю. Я думал, ты совсем под них лёг!

— Не мы такие, жизнь такая, — буркнул Эгон, захлопывая жестянку. — Просто иногда, чтобы не сдохнуть, приходится выглядеть более жалким, чем ты есть в самом деле!

Вик кивнул.

— Отлично. Очень рад, что Крысы тебя не ограбили подчистую. Теперь давайте думать: что берём к Зонису?

Мусорщик сразу оживился.

— Нейроядра точно не трогаем, мемори-блоки — тоже. Берём лишь то, что содержит редкоземы, но выглядит как барахло: клапаны, сетки, матрицы, контакты. Сверху навалим настоящую дрянь, чтобы даже смотреть противно было.

— А если стража спросит, почему мы везем на Станцию полтележки дохлых фильтров? — спросил Сай.

— Скажем правду, — буркнул Эгон. — Мы с нижних ярусов. У нас всё дохлое.

Вик кивнул на бластер под курткой.

— Оружие берём?

Старик мрачно качнул головой.

— Бластер нельзя. На посту ленлорда Сазерленда отнимут. Ещё и докопаются: откуда, чей, почему не в реестре.

— Значит, не берём бластер.

— Без оружия вас по дороге разденут, — сказал Сай. — В лучшем случае.

Хорнет коротко щёлкнул динамиком.

— Давно хотел поговорить про оружие. Ваш арсенал прискорбно скуден. Плазменный самопал старика имеет смехотворную скорострельность и дальнобойность…

— Тебе хватило, железяка, — проворчал Эгон.

— … а бластер Вика, возможно, сможет пробить латекс на той бешеной красотке. А вот доспех стражи или приличного дроида — нет.

— Спасибо, утешил, — бросил Вик.

— Рад помочь. А еще я набросал несколько вариантов необходимого вооружения.

Виртуальный экран мигнул. На нём возникла схема чего-то длинного, угловатого, с двумя стволами, баком и предупреждающей надписью на древнем военном коде.

— Компактный рентгеновский лазер. При аккуратном применении способен очистить от противника не менее шести квадратных миль…

— Рентгеновский лазер. Это который с ядерной накачкой? Тебе не кажется, что ядерный взрыв на астероиде — это как-то чересчур?

Возникла пауза. Затем голос майора бодро произнес:

— Давайте рассмотрим второй вариант.

На экране появилась другая схема. Ещё хуже.

— Плазменная мина направленного действия. Ставится на пол, активируется по изменению геометрии пространства. Отрывает ноги в радиусе…

— Нет, — сказал Вик.

— Ты даже не дослушал.

— Я услышал «отрывает ноги». Нам надо дойти с тележкой до поста. Брать станцию штурмом будем в другой раз.

— При этом стража не должна понять, что мы несём оружие, — добавил Эгон.

Хорнет помолчал.

— То есть вам нужно что-то, что не выглядит как оружие, но при этом им можно защищаться?

— Вот. Уже ближе!

— Мне надо подумать.

— Думай. У тебя вся ночь впереди. А мы пока поищем ещё товар.

Эгон недовольно покосился на завалы, но спорить не стал. Сай взял багор. Вик подтащил лампу. Даже Хорнет, кажется, проникся: перестал язвить каждую минуту и командовал коротко, по делу.

— Левый бак не трогать. Пустой.

— Под серым кожухом контактная группа с платиной.

— Не так, Сай. Если тебе дороги глаза, сначала сними фиксатор!

К вечеру на верстаке лежала новая куча товара. Иридиевые контакты, родиевые сетки, танталовые пластины, сенсоры, простейшие чипы.

Эгон пересчитал дважды.

— Ну? — спросил Вик.

— Если Зонис не жулик и если нас не разденут по дороге… сорок. Может, пятьдесят.

Услышав это, Сай едва не бросился в пляс.

— Погоди радоваться, — оборвал его Эгон. — Пока это мусор на столе. Надо еще дойти, продать, и вернуться живыми.

Ночью Вику снилась мать. Их старая жилая ячейка — тесная, но тёплая, с постоянно запотевшей стенкой у пищевого блока. Мать, стоя босиком у плиты, снимала с панели настоящие блинчики. Не белковую лепёху из автомата, не серую дрянь из биотанка, а настоящие блинчики: тонкие, мягкие, с коричневыми краями.

— Вставай, соня, — улыбаясь, сказала она. — А то оладьи остынут!

Вик сел за стол — чистый кухонный стол, на котором не громоздились кабели, модули, фильтры… Только тарелка и кружка горячего чая.

Мать улыбнулась ему так, будто ничего плохого никогда не случалось и никогда не случится.

— Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — сказал Вик. Во сне это было правдой.

Улыбаясь, мама подложила ему ещё один блинчик.

— Я так рада, Вик, это просто не передать словами. Но вот насчёт оружия…

— Что?

— Вик, насчёт оружия.

Голос стал другим. Металлическим. Нетерпеливым.

— Вик. Просыпайся. Надо поговорить насчёт оружия!

Парень дёрнулся и открыл глаза.

Над ним висел тёмный потолок мастерской. Где-то за стеной хрипела вентиляция. Сай спал, свернувшись в своем гамаке, дергал во сне ногой. На верстаке тускло мигала дека Хорнета.

— Ты совсем сдурел? — прохрипел Вик. — Я спал.

— Сон — роскошь мирного времени. У нас его нет. Слушай сейчас, а то не успеешь ничего сделать к отъезду!

Вик сел, потёр лицо ладонями. Сон ещё держался где-то глубоко в сердце. Мать. Блинчики. Чай. От этого было больнее, чем от удара под дых.

— Если это опять про какую-то ядерную хрень с ручкой…

— Нет. Я адаптировал требования под вашу печальную реальность. Сделаем не оружие.

Вик насторожился.

— А что?

— Инструмент. Которым по совместительству очень удобно убивать.

— Уже лучше бомбы с ручкой, но пока звучит как шарада.

— Знаешь, что такое арбалет?

— Нет.

— Разумеется. Я так и знал, что дети будущего ничего не будут знать, кроме своих Хай Ви-Ар игр. Начнем с самого сначала. Тебе хотя бы известно, что такое миомодули?

— Мускулы дроидов. Такие пучки, которые сокращаются от тока.

— Иногда ты меня пугаешь проблесками эрудиции. Да. Графеновые волокна, собранные в особый пучок. Подаёшь ток — они резко сокращаются. Теперь представь раму с рычагами, блоками и натянутой миопряжей. Маленький аккумулятор. Кнопка. Нажал — и кусок арматуры летит в цель.

Вик окончательно проснулся.

— Тихо?

— Почти бесшумно.

— Сильно?

— Достаточно, чтобы человек пересмотрел планы на жизнь. Если попадёшь в живот — упадёт. В горло — умрёт. В броню стражника — останется жив, но разозлится, так что туда не стреляй.

— А выглядеть это будет…

— Как кабельный натяжитель. Стража никогда не выкупит, что эта штука может убивать. Они ищут плазменную активность и крупные батареи. Механическая дрянь их не волнует.

— Что потребуется для этой штуки?

— В том то и дело: всё под рукой! Я уже помню, где у Эгона лежат нужные детали. Миомодули — в третьем ящике под сварочным столом. Блоки — в коробке с надписью «не трогать, убьёт». Малый аккумулятор — в боксе у стены.

— Хорнет, вот мне интересно. А если Эгон спросит, откуда ты знаешь его мастерскую лучше него?

— Скажу правду. Я наблюдателен, а он старый скопидом с плохой системой хранения.

Вик усмехнулся. Потом снова вспомнил сон, и улыбка погасла.

— Ладно, майор. Пойдем мастерить твою «бесшумную смерть».