— Очевидно. — Саммер откидывается на спинку стула и хорохорится. — Иначе ты бы не встретил меня.

Килиан издает свой раскатистый смех.

— Она мне нравится.

— Мне тоже. — Я не могу не улыбнуться ей.

Она права. Я встретил ее, и это сделало каждый предыдущий день стоящим.

Официантка приносит еду для Килиана и Ареса, и они набивают рты, пока Килиан развлекает Саммер нелепыми историями о тренировках клиентов в спортзале, девяносто процентов которых, я уверен, не могут быть правдой. Нет никакой вероятности, что семидесятилетняя женщина сделала становую тягу в двести фунтов и в тот же день попросила его номер. Ни за что.

— У тебя уже есть новые постояльцы? — спрашивает Арес.

— Один кот. Он самый милый, самый вредный маленький засранец, которого вы когда-либо встречали.

Килиан вскакивает, бросая на стол несколько десятидолларовых купюр.

— Поехали. Хочу поиграть с котиком.

Арес качает головой и встает, сунув шлем под мышку.

— Тебе нужно перестать говорить такие вещи вслух, чувак.

Килиан игнорирует его и поворачивается к Саммер.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты любишь кошек. Если ты не кошатница, не уверен, что мы сможем оставаться друзьями.

Она сияет от слова «друзья».

— Я люблю кошек.

— Так ты с нами? — спрашивает Арес. Оба смотрят на нее так, будто надеются, что она согласится.

Я не помню, когда моей семье так сильно нравилась какая-либо девушка, которую я приводил. Жаль, что все это не по-настоящему.

Когда она колеблется и бросает взгляд на меня, Килиан добавляет:

— Да ладно. Ты не можешь пропустить возможность погладить кота-рогоносца.

— Я сказал вредного кота, — поправляю я.

— Ты прав, — говорит она. — Я не могу это пропустить.

Не говоря ни слова, я протягиваю руку Саммер, и она берет ее.

Глава9

САММЕР

Это было почти катастрофой.

Если бы Килиан и Арес застали меня с другим мужчиной, я не знаю, что бы случилось. Это может стать очень грязным и очень быстрым. Нам нужно быть осторожнее.

Дом Ноа совсем не такой, как я ожидала. Почему-то я ожидала горы разбросанной одежды и грязной посуды на всех поверхностях. Но его дом на удивление опрятен, и единственная комната, которая кажется немного хаотичной, обозначена как «Рай для щенков», согласно табличке на двери.

Сейчас Бадди — единственная собака, за которой присматривает Ноа, и один кот наслаждается коттеджем. Буквально кошачий рай, пристроенный к дому Ноа, с множеством насестов, лежанок и тоннелей.

Вредный — совсем не то слово, которым можно описать кота в его доме. Эдгар Аллан По — настоящее чудовище. Чудовище, с которым Килиан полон решимости играть, даже если это будет стоить ему пальца. Его рука красная от царапин, но он, кажется, не замечает этого, смеясь и воркуя, пока Эдгар Аллан По снова замахивается на него.

— Он любит кошек, — говорит мне Арес, держась на безопасном расстоянии от порога между коттеджем и раздвижной стеклянной дверью. — Но они его ненавидят.

— Я завоюю его расположение, — клянется Килиан. — Вот увидишь. Ой, черт.

Несмотря на враждебность Эдгара Аллана По к Килиану, Аресу и мне, он позволил Ноа подойти с едой и даже почесать его за ухом целых три секунды. Бадди не отходит от Ноа, и мое сердце тает каждый раз, когда Ноа гладит его или позволяет огромному золотистому ретриверу забраться к нему на колени.

Я начинаю задаваться вопросом, есть ли у этого мужчины хоть какие-то недостатки.

Я не могу поверить, что его бывшая так плохо с ним обращалась. Добрый, щедрый, нежный Ноа. Мысль о том, что кто-то плохо с ним обращается, заставляет меня хотеть кричать и бросаться на его защиту.

Из-за того, что он стоит на коленях, почесывая живот Бадди, Ноа смотрит на меня своими водянисто-голубыми глазами, от которых у меня сжимаются бедра.

— Саммер? Ты в порядке?

Ааа, не произноси мое имя вот так. Нам следовало придумать вымышленное имя. Он мог бы называть меня Брэнди или Эмбер, и я уверена, что мне не пришлось бы гадать, как он будет произносить мое имя в постели.

— Ага. Мне просто нужно... в туалет. — Я разворачиваюсь на каблуках, а Ноа кричит мне в спину указания, где находится ванная.

Мое сердце колотится. Это не по-настоящему. Это не настоящий он — это версия Ноа, которая притворяется моим парнем для своей семьи. Я уверена, что если бы мы были только вдвоем, он бы не смотрел на меня такими глазами, не произносил мое имя таким голосом, не отправлял мне подарки и не называл бы меня этим дурацким прозвищем, сладкая, которое определенно не должно вызывать что-то внизу живота.

Я запираюсь в крошечном туалете и медленно дышу, прижав ладони к двери.

Возьми себя в руки, Саммер. Будь профессионалом. Ты делаешь свою работу. Не более того.

Согласие быть поддельной девушкой Ноа начинает казаться ошибкой. Мне следовало прислушаться к интуиции и отклонить его просьбу. Мне не следовало соглашаться брать в клиенты кого-то, кого я знала, даже если мы знали друг друга всего несколько часов. Я слишком вовлечена. Слишком мучаюсь чувством вины из-за того, что мы обманываем его семью, которая, кстати, одни из самых искренне добрых и радушных людей, которых я когда-либо встречала. Слишком теряю дар речи от его глаз, губ, его заразительного смеха, очертаний мышц под рубашкой и изгиба его задницы⁠…

Мой телефон пищит. Знакомый несохраненный номер загорается на экране.

Неизвестный

Как прошел обед?

Мой желудок сжимается. Кто бы это ни был, они знают, что я была в бистро. Они знали, что я была в цифровом маркетинговом агентстве на прошлой неделе. Как они меня отслеживают? Мои пальцы летают по экрану.

Саммер

Как ты меня отслеживаешь?

Неизвестный

Все обедают, Саммер .

Несмотря на безумие этой ситуации, мои губы изгибаются в улыбке, прежде чем я успеваю ее сдержать.

Саммер

Зачем ты за мной следишь? Какова твоя цель?

Неизвестный

Я хочу заботиться о тебе. Присматривать за тобой. Убедиться, что ты знаешь, что кто-то делает все возможное, чтобы защитить тебя.

Моя грудь сжимается.Я хочу заботиться о тебе. Кто бы это ни был, они понятия не имеют, какое впечатление производят на меня эти слова. Я чувствую, что уже много лет жажду, чтобы кто-то сказал мне эти слова. Найти кого-то, кто заботился бы обо мне так, как мой отец заботился о моей матери.

Это может быть псих.

Мне нужно это помнить. Человек, отправляющий эти сообщения, может быть одним из моих бывших парней или клиентов. Я не знаю, кто это, и у меня не могут подкашиваться колени от одного сообщения.

Неизвестный

Я хочу делать все возможное, чтобы сделать тебя счастливой.

Черт. У меня подкашиваются колени.

Мой телефон снова издает звук уведомления, но на этот раз это не таинственный отправитель. Уведомление от «Плюс один» с новым запросом на свидание.

Впервые с тех пор, как я зарегистрировалась в приложении «Плюс один», у меня упало сердце.

Я засовываю телефон обратно в карман и рывком открываю дверь, приготовившись извиниться и уйти, когда Ноа замирает на полпути, направляясь ко мне.

Он оживает, и извинение замирает на моих губах.

— Эй, сладкая.

Почему это дурацкое прозвище, выбранное специально, чтобы быть глупым и нелепым, заставляет мою спину покалывать?

— Знаешь, ты можешь не называть меня так, когда мы одни.

Он прислоняется к стене, в его чертах сквозит веселье.

— А как мне тебя называть, когда мы одни?

О боже. У меня перехватывает дыхание.

Нет, он на самом деле не флиртует со мной. Очевидно, я слишком долго была поддельной девушкой без личной жизни вне работы. Я настолько истосковалась по настоящему, искреннему человеческому общению, что принимаю за флирт то, что человек, который платит мне за то, чтобы я притворялась его девушкой, серьезно флиртует со мной.

— Саммер подойдет.

Он задумывается.