— Пожалуйста, Ноа, — бормочет она, продолжая работать надо мной. Она действительно имела в виду, когда сказала, что хочет каждую каплю. Я дам ей именно то, что она хочет. — Кончи для меня.

Она втягивает щеки, усиливая всасывание на моем члене до беспрецедентного уровня. Мои яйца сжимаются, каждая мышца напрягается, когда знакомое блаженство приближается. Я не смог бы остановить оргазм сейчас, даже если бы захотел.

Я дергаю Саммер за волосы, удерживая ее на месте.

— И я хочу, чтобы ты проглотила каждую каплю, как хорошая девочка.

Я не сдерживаю стона, когда Саммер сжимает мои яйца, и сперма попадает ей в горло.

Удовольствие горячей волной разливается по венам, звезды танцуют перед глазами. Каждая мышца расслабляется, когда оргазм достигает пика, пульс колотится.

Ее бульканье делает это чувство еще слаще, и ее рот наполняется слюной, когда она проглатывает каждую каплю.

Каждую. Каплю. Как и обещала.

Я не знаю, как определить, сколько карат в бриллианте, но мне лучше выяснить это побыстрее.

Саммер вытирает рот, прежде чем прочистить горло и выпрямиться. Она улыбается мне, как будто завоевала мир, в то время как я все еще потная, тяжело дышащая развалина, сердце бешено колотится, когда я наконец спускаюсь с оргазма.

— Святые угодники, Саммер. Это было чертовски невероятно. — Я хватаю ее за талию, чтобы притянуть ближе. — Ты невероятна.

— Так как я только что сделала тебе лучший минет в твоей жизни, думаю, брать с тебя деньги за роль поддельной девушки было бы неправильно.

Мой желудок сжимается.

— Так ты хочешь инсценировать наш разрыв?

— Нет! Я просто имела в виду, что не могу больше брать твои деньги. Я продолжу помогать тебе, но как твой друг. — Она забирается ко мне на колени, и это совсем не похоже на дружбу. — К тому же, нам еще нужно поехать в отпуск с твоей семьей.

— Точно. — Похоже, она согласна прекратить наши поддельные отношения после отпуска. Но я не могу вынести мысли о том, чтобы отпустить ее, даже если у меня никогда не было ее по-настоящему. Мои руки сжимаются вокруг нее, прижимая ближе. — Знаешь, ты была лучшей поддельной девушкой, о которой только можно мечтать.

Она сияет.

— Спасибо. Ты тоже неплох.

— Когда ты увольняешься? Это ведь не то, чем ты хочешь заниматься вечно, верно? Ты предпочла бы работать над своим искусством.

— Разве не каждый художник предпочёл бы? Когда я буду зарабатывать этим достаточно, чтобы оплачивать счета, я уволюсь. Если этот день когда-нибудь настанет. — На ее губах появляется дразнящая улыбка. — Почему? Ты ревнуешь ко всем остальным мужчинам, с которыми я притворяюсь встречаться?

— Невероятно.

Она добродушно закатывает глаза.

— Ты же знаешь, что все это ненастоящее.

— Так что же это тогда? — Я притягиваю ее бедра к себе, прижимая к эрекции, которая уже снова растет, когда она сидит на мне сверху.

— Ну, у меня только что был твой член во рту, а такого раньше не случалось, так что скажи мне. — Она наклоняется, чтобы поцеловать меня, и я пытаюсь притянуть ее ближе, вернуть услугу, как мне не терпится, но ее пальцы нащупывают цепочку у меня на шее, скрытую под рубашкой, пока я не снял ее. — Что это?

— Гильза.

Ее брови хмурятся.

— Какая?

— Саммер, ты что, забыла, как выстрелила мне в задницу?

Ее глаза расширяются, когда до нее доходит.

— Пуля, которой я в тебя стреляла? Зачем ты это носишь?

— Я просто... не знаю. Я хочу хранить все, что напоминает мне о тебе.

Как только слова срываются с моих губ, я понимаю, как глупо это звучит. Что за идиот носит на шее гильзу после того, как его поддельная девушка случайно подстрелила его? Я только что получил лучший минет в своей жизни, и сейчас я отправлю ее в бега.

— Вау. — Глаза Саммер блестят, и я понимаю, что облажался. Но затем она улыбается. Она никогда еще так мне не улыбалась. Никто не улыбался. Что бы мне ни нужно было сделать, чтобы она продолжала смотреть на меня так, я с радостью буду делать это каждый день до конца своей жизни. — Ты такой же сумасшедший, как и я.

Глава19

САММЕР

— Дай мне удостовериться: ты выстрелила в него, а он носит пулю на шее как трофей? — Даже сквозь шум бара голос Хейзел в моем ухе кристально ясен.

— В основном, да. — Я смотрю в сторону туалетов. Мой последний клиент «Плюс один» — Джон или Рон, или Шон, или как-то так — все время ходит в туалет, держась за живот и становясь все бледнее.

Его бывшая пьяно хохочет на танцполе со своими подружками невесты. Джон-Рон-Шон заплатил мне, чтобы я пришла с ним на девичник его бывшей. Тревога вызывает у него тошноту вплоть до рвоты, в то время как она не обращает на него ни малейшего внимания. Я почти уверена, что его бывшая даже не заметила нашего присутствия. Не то чтобы Джон-Рон-Шон дал ей много возможностей, проведя меньше пятнадцати минут вне туалета за всю ночь. Работа в «Плюс один» достигла нового уровня невыносимости.

— Выходи за этого мужчину прямо сейчас, Саммер! — визжит Хейзел. — Я могу прыгнуть в самолет завтра.

— Пока отложи покупку билета. До свадебных колоколов еще далеко.

Целовать Ноа, заставить его кончить и обнаружить эту пулю на цепочке вокруг его шеи разбудило во мне что-то. Я теперь зависима. Все, чего я хочу, это выбежать из этого бара и поехать прямо к нему.

Я не уверена, насколько он физически активен с его травмой, с точки зрения толчков, но я с радостью заберусь сверху, если ему это нужно. Теперь, когда я попробовала Ноа на вкус, я ненасытна. Мне нужно больше, больше, больше.

Он всхлипнул. Я никогда не заставляла мужчину всхлипывать раньше, но теперь я хочу вызывать этот звук с его губ каждый день до конца своей жизни.

У меня есть мысленный список всех его фантазий, и я планирую осуществить каждую из них.

Из туалета выходит Джон-Рон-Шон. Каким-то образом он выглядит еще хуже, чем раньше. Я надеюсь, что это означает, что он собирается закончить наше свидание. Я так готова, чтобы этот вечер закончился.

— Эй, мой кавалер возвращается. Мне пора.

— Подожди, ты все еще этим занимаешься? Я думала, после того как Мистер Большой-Член-Который-Ты-Когда-Либо-Видела оценил твое искусство, ты решила уволиться?

— Я сказала, что думаю об увольнении. Мне все еще нужны деньги.

— Да, потому что твои ставки за заказы — отстой. Тебе нужно поднять цены — я тебе говорила. Они заплатят, Саммер. Твое искусство того стоит.

Мне совсем не хочется сейчас вступать в дебаты о моих расценках с Хейзел посреди моего поддельного свидания.

— Спасибо, Хейзел. Мне серьезно пора. Поговорим позже.

Джон-Рон-Шон слабо машет мне, когда приближается, и вздыхает, взбираясь на барный стул рядом со мной.

— Эй, Уиллоу. Мне что-то нехорошо. Ты не против, если мы закончим на сегодня?

Уиллоу? Я не удосуживаюсь его поправить. И не то чтобы я знаю его имя. Я стараюсь не выглядеть облегченной его предложением, засовывая телефон в сумочку.

— Все в порядке.

Но по какой-то причине он машет бармену, прося еще один напиток.

— Как насчет последней порции, и тогда мы пойдем?

Я сдерживаю вздох. Он клиент, и он уже полностью оплатил часы моего времени. Самое меньшее, что я могу сделать, это остаться еще на один напиток.

Вспышка движения у входа привлекает мое внимание, пока Джон-Рон-Шон пытается поймать взгляд бармена. Стройная фигура, черное платье, платиновые светлые волосы.

Это⁠…?

Нет, не может быть.

Черт, это она.

Виктория. Гребаная Виктория.

Из всех людей, которые могли бы появиться в этом баре сегодня вечером, пока я на свидании с клиентом, это она.

Как раз вовремя, чтобы застать меня на людях с другим мужчиной. Очевидно, на свидании.

И если я признаюсь, что мне заплатили за то, чтобы я была здесь, мне придется объяснить свою работу, и она поймет, что мои отношения с Ноа тоже подделка.