Глава8

НОА

Каждому сталкеру нужна маска.

По крайней мере, согласно большинству книг в жанре темный роман, которые библиотекарь навалила мне в руки. Как еще сталкер может скрыть свою личность от женщины, которую любит? Теперь мне нужно только выяснить, какую именно выбрать.

Мои родители обожают Саммер. Гораздо больше, чем когда-либо нравилась Наоми. Хотя это не такое уж большое достижение, учитывая, что никому в моей семье Наоми не нравилась. Более того, я уверен, что мои родители никогда никого из нас не любили так сильно, как Саммер.

Жаль, что она играет роль. Невозможно узнать, сколько из того, что она рассказала за ужином прошлой ночью, было правдой. Все, что я знаю, это то, что она была чертовски убедительна со всеми своими историями, улыбками и хихиканьем.

Когда она болтала с моими родителями о своей работе, я мог представить только Саммер, окруженную разрозненными листами бумаги, красками на руках, сидящую со скрещенными ногами под восхитительно тонким платьем, в больших очках на круглых карих глазах, темно-светлые волосы спадают волнами, едва скрывая ее соски, верх платья расстегнут, чтобы продемонстрировать ее декольте, стопки книг вокруг для вдохновения, и пухлые губы, когда я приближаюсь к ней. Образы достаточно сильные, чтобы приковать меня к стулу, чтобы никто за этим столом не увидел свидетельств моих фантазий.

Но я не хочу узнавать поддельную Саммер — я хочу узнать настоящую.

Похоже, для этого мне нужно стать хакером. Кажется, каждый сталкер в ее любимых книгах в этом преуспевает, так что насколько это может быть сложно? Может быть, я наконец-то разберусь, как вернуться в аккаунт в социальных сетях, к которому не могу получить доступ с пятнадцати лет, и удалю все унизительные фотографии, прежде чем Саммер на них наткнется.

Пробегая мимо независимого книжного магазина, я заглядываю в окно. За всеми витринами с новинками и фаворитами продавцов высокая фигура склоняется над высокой стопкой книг на столе, его лицо скрыто под маской.

Какого черта?

Я толкаю дверь. Рядом с ним брюнетка болтает, пока он подписывает книги, и она вытаскивает каждый твердый переплет из стопки, когда он подписывает их с размахом. Женщина пониже ростом с каштановыми волосами и пронзительными голубыми глазами сидит в одном из кресел, ноги на другом, читая экземпляр в твердом переплете.

— Извините. — Я киваю на автора, который, кажется, стремится подписать книги как можно быстрее. — Где вы⁠…

— Подписание еще не началось, — перебивает меня невысокая женщина, даже не удосужившись поднять взгляд от книги.

— Браяр, будь добра. — Женщина, управляющая стопкой книг, улыбается мне. — Я Мэк, личная помощница С.Т. Николсона. Вы здесь за подписанным экземпляром?

— Эм, да. — Кажется, лучше всего солгать. Я уверен, что Браяр выгонит меня, если я скажу иначе. — И мне было интересно: где вы взяли эту маску?

Прежде чем С.Т. Николсон успевает ответить, Браяр на мгновение поднимает взгляд на меня и приподнимает раздраженную бровь.

— Ее сделали на заказ.

— О. — Черт, сколько может стоить маска на заказ? — Где вы⁠…

— В магазине костюмов в паре кварталов отсюда. — Браяр закатывает глаза и возвращается к книге, уже устав от моих расспросов.

Мэк одаривает меня извиняющейся улыбкой.

— Это недалеко. Уверена, они сделают что-то на заказ, если вы этого хотите.

— Какого черта. — Браяр сверлит взглядом страницу, прежде чем перевести свой гнев на автора. — Нож в глазницу был действительно необходим?

С.Т. Николсон тихо усмехается, продолжая выводить свою подпись.

— Дальше будет хуже.

Похоже, это книга Саммер. Ее вкус в книгах так сильно контрастирует с ее личностью, что это почти комично.

— Вот. — Мэк протягивает мне экземпляр.

— Спасибо. — Прежде чем Браяр успевает испортить остальную часть истории, я плачу за подписанный экземпляр и выхожу за дверь. На обложке крупными буквами написано: Нью-Йорк Таймс Бестселлер С.Т. Николсон. На заднем клапане обложки его авторское фото в той же маске. Саммер будет в восторге от экземпляра, подписанного автором.

Я следую указаниям Мэк, пока не дохожу до магазина костюмов в паре кварталов. Вывеска в окне рекламирует магазин мужского белья.

Похоже, именно то место, которое я ищу.

Внутри запах в воздухе представляет собой смесь пластика, латекса и тыквы. Десятки масок выстроены вдоль стен. Некоторые дурацкие, некоторые слегка жутковатые, а большинство откровенно пугающие.

Вариантов слишком много. Как узнать, какая ей понравится? Мне следовало провести больше исследований, прежде чем прийти сюда. Но я не могу спросить Саммер, какую маску мне надеть, чтобы следить за ней, и у нее вряд ли есть коллекция масок, ожидающая своего будущего мужа-сталкера.

Я звоню Аресу, Килиану и Ви, все трое появляются на экране моего телефона. Ви на эллиптическом тренажере, ни капли пота на лице, ни одного волоска не выбилось. Арес лежит с огромным томом в твердом переплете на груди, а Килиан сонно щурится в кровати, как будто только что проснулся.

— Мне нужен ваш совет. Какую маску мне взять?

Ви закатывает глаза и стонет.

— Не впутывай меня в это.

Ее экран гаснет, а затем исчезает. И никакой женской перспективы.

— Не уверен, что мне нужно знать об этом так много, чувак. — Густые брови Ареса хмурятся. — Твои фетиши — это граница, которую я не переступаю.

— А если это фетиши моей девушки?

— Тогда я точно не хочу знать. — Он вешает трубку.

Остается только Килиан, рассматривающий стену с масками передо мной. Он трет глаза, прежде чем прочистить горло, голос хриплый со сна.

— Мой совет? Возьми их все.

Для женщины, которая утверждает, что хочет, чтобы за ней следили, Саммер усложняет задачу. В какие-то дни она встает в шесть, в другие в девять. У нее нет режима — нет постоянного времени приема пищи, отхода ко сну или просмотра телевизора. Как я должен с этим работать?

Ожидая в машине у ее дома, я трижды задыхаюсь в своей маске и снимаю ее, чтобы успокоиться и убедить свой паникующий мозг в том, что пластик не задушит меня.

Наконец, десятилетняя Хонда паркуется на месте на противоположном конце стоянки, и из нее выходит самая красивая женщина, которую я когда-либо видел, направляясь к дому в куртке, туфлях и платье, облегающем каждый ее изгиб.

Может быть, это из-за маски, скрывающей мое лицо, или из-за того, что я буквально слежу за ней, но мою грудь пронзает острая боль. Напоминающая о том, как реагировали мужские персонажи в ее любимых книгах, когда видели женщину, которую любили, с другим мужчиной. Ревность жжет огнем. Теперь я начинаю это понимать.

Я, возможно, не был свидетелем того, как она была на одном из своих свиданий, но я вижу последствия. Вспышки того, как она притворно смеется над его глупой шуткой, как ее платье подчеркивает каждый изгиб, пока его ревнивая бывшая пялится на них, как он очарован тем, как движутся ее губы, когда она говорит, и как они изгибаются в улыбке, как его сердце колотится сильнее при мысли о том, что, возможно, эта связь, которую он чувствует с ней, более реальна, чем он думал.

Она не твоя настоящая девушка. У тебя нет права ревновать. Ты знал, что это ее работа.

Она профессионал. Я знаю это. Но я уверен, что актеры не в восторге, когда видят, как их супруг целуется со своим экранным любовным интересом.

Я жду, пока Саммер поднимется по лестнице и пройдет по площадке к своей квартире, прежде чем выхожу, стараясь держаться в тени, но это чертовски сложно из-за всех этих фонарей, освещающих территорию.

Что, если она поймает меня за слежкой? Что, если она каким-то образом поймет, что это я, даже в маске? Как, черт возьми, я это объясню?

Над моей головой раздается небольшой вздох. Я улыбаюсь. Она нашла мои подарки.

Дверь Саммер захлопывается за ней, и я медленно поднимаюсь по лестнице, морщась от каждого скрипа досок под ногами. Где, черт возьми, в руководстве сталкера написано, как двигаться бесшумно?