Я сглотнула, плотнее кутаясь в одеяло:

— То есть… когда я умру, да?

Лютомир резко сел, посмотрел на меня так строго, что я икнула:

— Ты не умрёшь! — безапелляционно заявил он. — И я, и твой финист сделаем всё, чтобы этого не случилось.

Я развернулась на спину и достала из-за пазухи кристалл, подаренный Риком, вглядываясь в его грани.

— Помнишь, Ракета заставила меня его тебе продемонстрировать, сказав, что это древняя вещь, которую помог достать Святозар? А потом намекнула, что меня хотят убить, а не свергнуть, — я протянула кристалл Лютомиру.

— Да, — он взял его, повертел в руках, потом сделал паузу и поднял глаза к потолку, избегая моего взгляда. — По сути, это не просто подарок, это древний обряд венчания у финистов. Процесс трансформации без заключения брака идёт очень медленно, может занимать десятилетия. Но с этим артефактом… В общем, мы не знаем сколько.

У меня челюсть чуть не упала на подушку.

— То есть ты не невеста, Алиса, ты жена, — наконец подытожил он. — Кристалл снимать поздно: он выполнил функцию. И продолжит высасывать из тебя силы, даже если ты его снимешь.

— Неудивительно. Это как раз в моём амплуа — случайно найти симбиота, случайно стать царевной, случайно развязать войну, случайно выйти замуж. Следующее приключение: случайно забеременеть? — грустно проговорила я.

Лютомир рассмеялся:

— Знаешь, с твоей-то удачей проснёшься завтра, а у тебя уже двойня от Тёмного властелина.

«О боже, зачем я это сказала! — подумала я. — Неужели нельзя было привести более безопасный пример, кроме беременности… Ну, скажем…»

Не скажем.

Потому что во Вселенной больше не осталось того, что меня могло бы напугать сильнее.

— Два тёмных демона в нагрузку к тебе? Нет уж, спасибо большое!

Он рассмеялся, явно наслаждаясь моей реакцией:

— А вдруг получатся милые маленькие царевны?

Я округлила глаза в притворном ужасе:

— Мы серьёзно сейчас обсуждаем наших гипотетических случайных детей?! Ты в своём уме?

— Нет, конечно, — сказал он предельно серьёзно, но тут же добавил: — …Не таких уж гипотетических. И не случайных. А вообще, согласись, лучший вариант — маленькая царевна и маленький властелин.

Не выдержав, я резко повернулась к нему, схватила подушку и накрыла ею его лицо:

— Умолкни! — прошипела я сквозь смех.

Отвернувшись, я продолжала беззвучно хохотать.

«Что за неведомая сила тянет меня за язык и заставляет нести эту околесицу при живом женихе? А… Нет, при муже! Стыд мне и позор — я сама провоцирую эти неловкие ситуации. Боже, Рик, прости! Завтра всё придёт в норму: ты позвонишь, мы поговорим, и я тебе всё-всё расскажу без утайки».

Пока я силилась заснуть, перед моим мысленным взором порхали дети от Рика — маленькие крылатые ангелы.

Я сладко-сладко потянулась — так, что аж позвонки заиграли симфонию облегчения.

«Потягушечки-растушечки!» — мысленно провозгласила я, торжественно распахивая глаза. Ощущения — просто космос.

Желудок тем временем подал голос — не какой-то там скромный намёк, а полноценный бас-профундо: «Ур-р-р!» Ноздри, не дожидаясь команды мозга, втянули аромат еды — и вот уже все нейроны дружно переключились на режим «Где? Что? Сколько порций?».

Дарина застыла над столом в полудвижении, словно кадр из замедленного видео:

— Простите, я вас разбудила?

— Нет, что ты, — я широко улыбнулась, — просто мой желудок услышал запах и решил, что это сигнал к всеобщей мобилизации. Доброе утро!

Дарина поклонилась с безупречной грацией:

— Сейчас время обеда.

Я приподняла бровь:

— Ну что сказать… Вчера я проснулась к ужину, сегодня — к обеду. Прогресс налицо! Видимо, моя биологическая система постепенно синхронизируется с местным часовым поясом. Дарина тут же тенью скользнула ко мне и подала чистую стопку одежды — аккуратно сложенную и пахнущую свежестью.

«Всё-таки хорошо в гостях у Кащея, — подумала я, с умилением разглядывая комплект. — Обо мне давно так никто не заботился. Даже мама дома вместо „доброе утро“ обычно напоминала, что я уже достаточно взрослая, чтобы: загрузить стирку, повесить бельё, погладить, приготовить, убрать, помыть окна, починить розетку, составить генеалогическое древо и заодно разобраться с глобальным потеплением».

Дарина, видимо, решила, что забота — это марафон, а не спринт: расчесала мне волосы с терпением профессионала, и, наконец, я села за стол — наслаждаться трапезой с чувством, будто попала в пятизвёздочный отель, где всё включено.

«Великолепно, — мысленно резюмировала я, отправляя в рот кусочек чего-то невероятно вкусного. — А Лют с моей несносной собакой только панику зря навели. Может, это просто вирус был. Однодневный. Из тех, что нападает, путает все планы, а потом стыдливо ретируется». Как только я закончила с трапезой, Дарина чинно сложила руки на накрахмаленном фартуке и доложила:

— Вам просили передать, чтобы вы отзеркалили Рику Рейвену.

— Что ж ты сразу не сказала?! — я встрепенулась.

— Он сказал, что это не срочно, — пролепетала растерянная Дарина.

«Не срочно? Да у меня же романтический долг просрочен на… э-э-э… сколько там?» — пронеслось в голове.

Не важно. Я уже стояла у зеркала и заказывала межгалактический звонок любимому. Он долго не отвечал. Но я не позволяла себе нервничать — он же не может постоянно сидеть у зеркала, в конце концов! Он там вопросы государственной важности решает. Совет канцлеров, наверное, в разгаре, или вылет в составе спецназа, или разборки с коварным Святозаром, надоумившим подарить мне обручальный кристалл. Обычные дела, в общем.

И тут он ответил.

— О, Рик! — я тут же растеклась лужицей счастья и приложила ладошку к стеклу. Он не сделал встречный жест рукой. Ну и зря — это было бы так мило. Ещё милее, чем шторка с гусями за его спиной.

Лицо Рика было бесстрастным. Собственно, я, наверное, просто подзабыла за эти пару дней, что он — скала. Холодный, собранный, с лицом, будто высеченным из мрамора.

— Здравствуй, Алиса, — поздоровался он строго, как по протоколу.

«Что я опять натворила?» — пронеслось в голове. Мозг тут же услужливо подсказал: «Флиртовала с соперником, вот что!» Щёки зарделись — он, наверное, что-то видел. Собственно, если учесть, что наше чудо-зеркало — идеальное следящее устройство, могло статься, что Рик постоянно был в прямом эфире.

— Я… э-э-э… как продвигаются дела? — выдавила я, мысленно умоляя все галактические силы помочь мне сформулировать что-нибудь поумнее.

Лицо его смягчилось.

— Ни о чём не переживай: политическая обстановка спокойная, родные в порядке. Лучше расскажи, как ты себя чувствуешь?

Я отмахнулась:

— Да всё в порядке, проснулась сегодня как заново родилась. Будто не спала, а прошла полный цикл регенерации.

— Рад это слышать, — Рик опустил глаза, глядя куда-то в пол.

— Здесь как на курорте, сервис как в санатории, только вот бомбят иногда, — попыталась пошутить я, чтобы развеять его хмурый вид. — Но знаешь, это даже добавляет острых ощущений! Как в том анекдоте: «Доктор, у меня всё болит!» — «Зато вы живой!»

Рик снова посмотрел на меня взглядом, полным такой боли, что я невольно задумалась: может, у него там за спиной сейчас рушится целая планета, а мне забыли сообщить?

— И ты не думай, — затараторила я, — Кащей ведёт себя сдержанно и тактично и вовсе не пытается меня соблазнить. А всякие прикосновения — это только для дела, так сказать: то планету зарядить, то исцелиться… О, кстати, действенная вещь! Я даже подумываю запатентовать…

— Алиса, — прервал меня Рик.

Я тут же умолкла. Конечно, он и не думал меня в чём-либо подозревать — зачем я оправдываюсь? Наверняка такие деструктивные мысли о моей неверности не приходили ему в голову. Доверие же. Просто я, видимо, слишком увлеклась самозащитой — как кот, который шипит на пустое место.